О святом Вселенском Пято-Шестом или, лучше сказать, Шестом Соборе



О святом Вселенском Пято-Шестом или, лучше сказать, Шестом Соборе / Том 2. Правила Вселенских Соборов / Пидалион / Правила Православной Церкви с толкованиями / преподобный Никодим Святогорец



Предисловие

Святой Вселенский[177] Пято-Шестой, или, вернее сказать[178], Шестой Собор, был собран в Константинополе, в знаменитой императорской палате, называемой Трулла, при Юстиниане II (который был сыном Погоната и имел прозвище Ринотмит), в 691 г. пo P. X.[179]. На нем присутствовали 227 отцов, по словам Вальсамона и Зонары, а согласно автору «Συνοδικού βιβλιαρίου» – 240. Предводительствовали ими Павел Константинопольский[180], Василий, епископ Гортины Критской, и некий епископ Равенны, – два последних представляли Римского папу[181] – Петр Александрийский, Анастасий Иерусалимский и Георгий Антиохийский. Этот Собор состоялся по императорскому указу не ради рассмотрения какой-то особой ереси и не ради определения веры, иначе было бы основание называть его отдельным Собором, но ради издания необходимых правил, касающихся упорядочения и устройства Церкви. Эти правила и приведены ниже. Они подтверждаются:

– 2, 4 и 8-м деяниями VII Вселенского собора и его 1-м правилом;

– тремя папами: Адрианом I, Григорием II и Иннокентием III;

– Грацианом;

– легатами папы, присутствовавшими на VII Вселенском соборе;

– так называемым Двукратным собором, который приводит правило VI Всел. 31 в своем 12-м правиле;

– Кедрином;

–  Иоанном Дамаскиным, который говорит: «Исследуй определения VI Вселенского собора и найдешь там доказательство»182;

– толкователями правил;

– Фотием;

– собственноручными подписями императора, легатов Римского папы, патриархов и отцов Собора и, кратко сказать, всей Кафолической Церковью, хотя современные латиняне клевещут на эти правила, потому что они обличают их нововведения.

Адриан I в послании к Тарасию оставил нам достойное восхищения свидетельство об этих правилах: «Деяния сего святого VI Собора я принимаю вместе со всеми законно и божественно провозглашенными им правилами, среди которых принято и такое: «На некоторых чтимых иконах начертывается..."» – и далее следует текст всего 82-го правила этого Собора (Синодикон. С. 748). А папа Григорий в послании к св. Герману (которое находится в 4-м деянии VII Всел.) об этом же правиле настоящего VI Вселенского собора пишет: «Потому сонм святых отцов по Божественной воле преподал Церкви это важнейшее правило как основу величайшего спасения». Отметь также, что он называет этот Собор святым сонмом, а его правила – изданными по Божественной воле.

Для того чтобы заградить уста противников и заставить их замолчать, достаточно одного свидетельства патриарха Тарасия об этих правилах, а тем более – всего VII Вселенского собора, который говорит дословно следующее: «Некоторые люди, страждущие недугом неведения, соблазняются этими правилами и спрашивают: «Разве это правила VI Собора?» Но пусть они знают, что святой великий VI Вселенский собор был собран при Константине против говоривших, что во Христе одно действие и воля; отцы Собора предали анафеме еретиков и, ясно изложив православную веру, удалились в свои пределы в 14-й год правления Константина. Затем... эти же отцы, собравшись при Юстиниане, сыне Константина, приняли упомянутые правила, и пусть никто не сомневается в них, потому что те же отцы, которые подписались при Константине, подписали и настоящую хартию при Юстиниане, что выясняется из идентичности их подписей. Должно было им, поскольку они объявили Собор Вселенским, принять и церковные правила» (4-е деяние VII Всел.; см.: Синодикон. Т. 2. С. 780).

В том же 4-м деянии VII Всел. написано, что на VII Вселенском соборе был зачитан оригинал хартии, которую подписали отцы настоящего VI Вселенского собора. А Петр Никомидийский сказал, что у него была и другая книга, содержащая настоящие правила VI Вселенского собора (см. также: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 603–618).

102 правила святого Вселенского шестого собора с толкованиями


Правило 1

Наилучший порядок для начинающего всякое слово и дело – от Бога начинать и с Богом оканчивать, по изречению Богослова183. Поэтому и ныне, когда и благочестие уже ясно проповедуется нами, и Церковь, в основании которой (ἐν ᾗ)[184] – Христос, непрестанно умножается и преуспевает, так что возвышается над кедрами ливанскими185, мы, полагая начало священным словесам, Божией благодатью определяем, чтобы нововведения и изменения не касались веры, переданной нам очевидцами и служителями Слова186, богоизбранными апостолами, а также 318 святыми и блаженными отцами, собравшимися в Никее при Константине, нашем императоре, против нечестивого Ария и возведенного им в догмат языческого инобожия или, собственно говоря, многобожия. Они единомыслием веры открыли и прояснили нам единосущие в трех Ипостасях Богоначального естества, не попустили остаться ему сокрытым под спудом неведения, но открыто научили верных поклоняться Отцу и Сыну и Святому Духу единым поклонением, а лжеучение о неравных степенях Божества ниспровергли и разрушили, сложенные же еретиками из песка детские построения против Православия сокрушили и ниспровергли. Таким же образом и веру, проповеданную 150 святыми отцами, собравшимися в этом царствующем граде при великом Феодосии, нашем императоре, утверждаем, охотно принимаем богословские изречения, а нечестивого Македония вместе с прежними врагами истины отвергаем, поскольку он дерзко посмел счесть Владыку рабом и разбойнически вознамерился рассечь несекомую Единицу, отчего несовершенным было бы таинство нашего упования. Вместе с ним, гнусным и против истины неистовствовавшим, мы осудили и Аполлинария, познавшего тайны зла, который нечестиво изрыгнул, будто бы Господь принял тело без души и ума, – тем самым и он наводил на мысль, будто спасение наше несовершенно. Подтверждаем также, как несокрушимую силу благочестия, учение, изложенное богоносными отцами, ранее собравшимися во граде Эфесе при Феодосии, сыне Аркадия, нашем императоре, проповедуем Единого Христа, Сына Божия воплотившегося, и признаем бессеменно родившую Его непорочную Приснодеву в собственном смысле и поистине Богородицей, а вздорное Несториево разделение, как далеко отстоящее от Божия жребия, отвергаем, ибо он учит, будто Единый Христос – отдельно человек и отдельно Бог, и возобновляет иудейское нечестие. Сверх того православно утверждаем веру, начертанную 630 богоизбранными отцами в Халкидонской митрополии при Маркиане, в бытность его нашим императором. Сия вера громогласно возвестила концам земли Единого Христа, Сына Божия, состоящего из двух естеств и в двух тех же самых естествах прославляемого, а суемудрого Евтихия, заявлявшего, будто великое таинство домостроительства совершилось призрачно, извергла из священной ограды Церкви, как нечто отвратительное и мерзкое, а вместе с ним также Диоскора с Несторием, один из которых был защитником и поборником разделения, а другой – смешения, и которые с противоположных сторон нечестия низринулись в одну пропасть погибели и безбожия.

Еще признаем, что и благочестивые изречения 165 богоносных отцов, собравшихся в этом царствующем граде при Юстиниане, благочестивой памяти нашем императоре, произнесены Духом, и тому же научаем наших потомков. Названные отцы соборно предали анафеме и отринули Феодора Мопсуестийского, Несториева учителя, Оригена с Дидимом и Евагрием, возобновивших языческие басни, в умопомешательстве своем и сновидениях измысливших для нас переходы и превращения неких тел и душ и нечестиво буйствовавших против воскресения мертвых, а кроме того, отцы отвергли писания Феодорита против правой веры и 12 глав блж. Кирилла и так называемое послание Ивы.

Вновь обязуемся хранить в неприкосновенности и веру святого VI Собора, недавно собранного в сем царствующем граде при божественной памяти нашем императоре Константине. Эта вера приобрела еще бόльшую силу благодаря тому, что благочестивый император утвердил своими печатями соборные постановления ради их незыблемости во все века. Вера эта боголюбиво изъяснила, что мы должны славить два естественных хотения, или две воли, и два естественных действия в воплощенном домостроительстве Единого Господа нашего Иисуса, истинного Бога, а тех, которые извратили правый догмат истины и проповедовали людям одну волю и одно действие в Едином Господе Боге нашем Иисусе Христе, осудила благочестивым судом, а именно: Феодора Фаранского, Кира Александрийского, Гонория Римского, Сергия, Пирра, Павла, Петра, бывших предстоятелями в сем богохранимом граде, Макария, Антиохийского епископа, Стефана, его ученика, и безумного Полихрония. Таким образом эта вера хранит неприкосновенным общее тело Христа, Бога нашего. Кратко сказать, постановляем, чтобы вера всех в Церкви Божией прославившихся мужей, которые были светилами в мире и обладали словом жизни (см. Флп. 2:15–16), оставалась твердой и до скончания века пребывала непоколебимой, равно как Богом преподанные их писания и догматы. Отвергаем и анафематствуем всех, кого они отвергли и анафематствовали, как врагов истины, тщетно взбунтовавшихся против Бога и постоянно неправду о (Сущем на) высоте говоривших187. Если же кто-либо из всех не придерживается и не приемлет названных выше догматов благочестия, не так мыслит и проповедует, но покушается идти против них, тому да будет анафема, по определению, уже прежде вынесенному упомянутыми выше святыми и блаженными отцами, и да будет исключен и извергнут из списка христиан как чуждый. Ибо мы окончательно решили не прибавлять что-либо и не убавлять по сравнению с определенным прежде, хотя бы и могли каким бы то ни было образом.

Толкование

Это 1-е правило не истолковано ни Зонарой, ни Вальсамоном, поскольку представляет собой не что иное, как краткое перечисление догматов и вероопределений святых Вселенских шести соборов, бывших прежде настоящего Собора, и тех еретиков, против которых эти Соборы созывались, а также времен и мест, когда и где эти Соборы проходили. И это не просто повторение, но и утверждение соборных догматов. Поэтому мы, следуя тем же самым толкователям, отсылаем читателей для получения более пространных сведений об определениях и догматах упомянутых святых Соборов, временах и местах, а также еретиках, против которых каждый из них был собран, к предисловиям правил каждого Собора, чтобы сказанное там не повторять здесь напрасно. Мы поясним лишь отдельные выражения, не вполне понятные простым людям.

Итак, начав с изречения Григория Богослова[188], которое гласит, что наилучший порядок для намеревающегося приступить ко всякому слову и делу – начинать от Бога и заканчивать с Богом, правило определяет, чтобы пребывала неизменной и непоколебимой вера, переданная как святыми апостолами[189], так и следующими отцами:

1. Отцами I Собора, которые ариево инобожие[190] или, лучше сказать, многобожие уничтожили и проповедали единосущие, т. е. тождество сущности (или природы) во Святой Троице.

2. Отцами II Собора, богословские изречения которых отцы настоящего Собора, по их словам, охотно принимают. Это те самые изречения, которые прибавлены II Собором в Символе веры к богословию о Святом Духе: к словам I Собора «и в Духа Святаго» II Собор прибавил «Господа, животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки».

3. Отцами III[191], IV, V и VI Соборов[192].

Кратко сказать, отцы настоящего Собора постановляют, чтобы пребывали твердыми и до скончания века непоколебимыми вера и Богом преподанные догматы всех святых, которые просияли в Божией Церкви и стали для мира как бы живоносными светилами. Кроме того, отцы предают анафеме всех тех врагов истины (т. е. еретиков), которых отцы прежних Соборов анафематствовали, а также определяют, что они не имеют намерения и никоим образом не могут прибавить что-либо или убавить в упомянутых догматах. А тому, кто не придерживается этих святоотеческих догматов благочестия, не мыслит сообразно с ними и не возвещает о них, но пытается им противоречить, тому, говорят отцы, да будет анафема и да будет он исключен из списка христиан и отсечен, как чуждый и сгнивший член.

Правило 2

Прекраснейшим и важнейшим признал сей святой Собор и то, чтобы отныне для исцеления душ и врачевания страстей пребывали твердыми и ненарушимыми 85 правил, принятые и утвержденные бывшими прежде нас святыми и блаженными отцами и переданные нам под именем правил святых славных апостолов. Поскольку же в этих правилах нам заповедано принимать переданные через Климента «Постановления» тех же святых апостолов, в которые некогда инославные, к вреду Церкви, привнесли нечто подложное, чуждое благочестия и помрачившее для нас благолепную красоту божественных догматов, то мы надлежащим образом ради назидания и безопасности христианской паствы отвергли эти «Постановления», совершенно не допуская зародышей еретической лжи и не примешивая их к подлинному и неповрежденному учению апостолов.

Одобряем и все прочие священные правила, которые изложили святые и блаженные наши отцы, именно: 318 богоносных отцов, собравшихся в Никее, отцы в Анкире, а также в Неокесарии, в Гангре, в Антиохии Сирийской и Лаодикии Фригийской; кроме того, 150 отцов, которые собрались в этом богохранимом царствующем граде; 200 отцов, ранее учредивших Собор в Эфесской митрополии; 630 святых и блаженных отцов, собравшихся в Халкидоне; равным образом Собор отцов в Сардике, а также в Карфагене; кроме того, еще раз в этом богоспасаемом и царствующем граде собравшиеся отцы при Нектарии, предстоятеле этого царствующего града, и Феофиле, архиепископе Александрии. Утверждаем также правила Дионисия, архиепископа великого града Александрии; Петра, архиепископа Александрии и мученика; Григория Чудотворца, епископа Неокесарии; Афанасия, архиепископа Александрии; Василия, архиепископа Кесарии Каппадокийской; Григория НисскогоГригория БогословаАмфилохия Иконийского; Тимофея I, архиепископа великого града Александрии; Феофила, архиепископа великого града Александрии; Кирилла, архиепископа Александрии, и Геннадия, патриарха этого богохранимого и царствующего града. Еще и правило Киприана, архиепископа африканской страны и мученика, которое изложено состоявшимся при нем Собором и получило силу по переданному обычаю в местах прежде упомянутых предстоятелей, и только у них. И никому да не будет позволено вышеуказанные правила искажать, или отменять, или принимать другие, помимо установленных, правила с ложным надписанием, которые составлены дерзнувшими торговать истиной. Если же кто будет уличен в том, что изменяет какое-либо правило из вышеуказанных или пытается его отвергать, то будет повинен против этого правила: он понесет епитимию, какую оно назначает, и через то, в чем преткнулся, получит исцеление.

(Апост. 85, IV Всел. 1; VII Всел. 1.)

Толкование

Поскольку каждый Собор, а особенно Вселенский, и составлял определение, в котором излагались догматы веры, и записывал правила, способствующие установлению порядка и благочиния в Церкви, постольку и настоящий Собор, после того как в 1-м правиле одобрил и утвердил определения веры святых Вселенских соборов, здесь, во 2-м правиле, одобряет и утверждает также правила, во-первых, святых апостолов, числом 85. Об этих правилах Собор говорит, что их приняли и утвердили и прежде бывшие отцы. (А переданные через Климента «Апостольские постановления», поскольку они в некоторых частях искажены инославными к вреду Церкви, Собор отвергает ради безопасности христиан. Однако мне кажется, что в том виде, в каком они напечатаны теперь, они не содержат ничего неуместного или подложного. Смотри о них также в Апост. 85.)

Во-вторых, Собор одобряет и подтверждает правила четырех Вселенских соборов; в-третьих, правила названных Поместных соборов[193]; в-четвертых, правила отдельных перечисленных по именам святых отцов.

Собор прибавляет, что никому не позволяется никакие из указанных правил искажать или не принимать или вместо них признавать другие правила с ложными надписями. А если окажется, что кто-то пытается искажать или отвергать какое-либо из этих правил, то такой должен понести епитимию, определяемую тем правилом, которое он искажает или отвергает. Именно: если правило предписывает и назначает отлучение, или извержение, или анафему, то такую епитимию и должен получить искажающий и отвергающий правило, чтобы он уврачевал свою погрешность тем самым правилом, против которого погрешил[194].

Прочти также Апост. 85, IV Всел. 1 и предисловие к апостольским правилам.

Правило 3

Наш благочестивый и христолюбивый император призвал этот святой Вселенский собор сделать тех, кто числится в клире и преподает другим божественное, чистыми и непорочными служителями, достойными мысленной жертвы великого Бога, Который есть и Жертва, и Архиерей, и очистить их от скверны, приставшей к ним из-за беззаконных браков. На это принадлежащие к святейшей Римской Церкви предлагали соблюдать правило акривии, а подвластные престолу этого богохранимого и царствующего града – правило человеколюбия и сострадания. Потому мы, отечески и вместе боголюбиво соединив воедино то и другое, чтобы не допустить ни расслабленной кротости, ни жестокой строгости, и особенно приняв во внимание то, что падение, произошедшее по неведению, простирается на немалое число мужей, определяем подвергать каноническому извержению тех, которые связались вторым браком и до 15-го дня прошлого января месяца минувшего 4-го индикта 6199 г. остались в порабощении греху, не пожелав образумиться.

Что же касается тех пресвитеров или диаконов, которые хотя пали в такую страсть второбрачия, однако прежде, чем мы узнали об этом, познали полезное и отсекли от себя зло, далеко отбросив эту чуждую и незаконную связь, а также тех, у которых жены второго брака уже умерли, а сами они обратились, обучившись целомудрию и скоро забыв свои прежние беззакония, – о таких решено, чтобы они прекратили какое бы то ни было священное служение или действие, пребывая с этих пор определенное время под епитимией. Честью же седалища и занимаемого ими положения пусть пользуются, довольствуясь почетным местом и плача пред Господом, чтобы Он простил им беззаконный их поступок, совершенный по неведению. Несообразно благословлять другого тому, кто должен заботиться о собственных ранах.

А те, которые хотя сочетались с одной женой, но взятая ими была вдовица, равно как и те, которые после рукоположения вступили в противозаконный[195] брак, т. е. пресвитеры, диаконы и иподиаконы, после отстранения от священнослужения на некое краткое время и пребывания под епитимией могут быть опять возвращены на свои степени, при условии если они никогда не продвинутся на другую, высшую, степень и, конечно, если они уже расторгли беззаконное сожительство.

Однако мы постановили это относительно тех, которые, как сказано, до пятнадцатого числа месяца января четвертого индикта замечены в вышеозначенных согрешениях, и только относительно священных лиц, отныне же определяем и возобновляем правило, которое гласит: «Сочетавшийся двумя браками после крещения или взявший наложницу не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом или вообще принадлежать к списку священного чина»196. Равным образом и «взявший в жены вдову, или брошенную, или блудницу, или рабыню, или актрису не может быть епископом, или пресвитером, или диаконом или вообще принадлежать к списку священного чина»197.

(Апост. 17–19; VI Всел. 26; Василий Велик. 12, 27.)

Толкование

Отцы настоящего Собора, исправляя возникшее в то время зло и оберегая себя на будущее, приняли это соответствующее церковной икономии правило, поскольку император попросил их очистить священнослужителей того времени от нечистоты недозволенных и противозаконных браков, в которые те впали. Притом, с одной стороны, представители Римского папы предлагали соблюсти по отношению к ним акривию правил, а с другой – епископы, подчиненные Константинопольскому патриарху, говорили, что следует проявить к ним снисхождение и человеколюбие. Отцы Собора, соединив вместе то и другое, т. е. акривию и снисхождение (особенно потому, что многие священнослужители в то время вступили в такие браки по неведению), по просьбе императора определили, чтобы те из вступивших во второй брак священнослужителей, которые не покаялись в этом до времени настоящего Собора и не расторгли свои противозаконные браки, подвергались совершенному извержению и становились мирянами.

А что касается тех второбрачных священнослужителей, т. е. пресвитеров или диаконов, которые, напротив, покаялись прежде, чем состоялся этот Собор, и сами расторгли противозаконный брак или по смерти своих вторых жен обратились к целомудрию и покаянию, то признано справедливым, чтобы они прекратили священнослужение на определенный промежуток времени. Однако они могут пользоваться почетным правом сидеть и стоять вне алтаря вместе со священнослужителями, плача пред Богом о прощении совершенного ими по неведению беззакония и никого не благословляя. He подобает тому, кто должен врачевать покаянием язвы собственной души, преподавать благословение другим, как говорит правило Василия Велик. 27.

В свою очередь те пресвитеры, диаконы и иподиаконы, которые взяли в жены вдову или женились после рукоположения, после отстранения на краткое время от любого священнодействия пусть снова исполняют то, что присуще священству, однако на бόльшую степень пусть не восходят, но пребывают на тех степенях, на которых каждый из них находится. Но это должно быть после того, как они расторгнут противозаконные сожительства.

Определив это по икономии и снисхождению к упомянутым священнослужителям, названные отцы возобновляют (т. е. принимают решение, чтобы в будущем имели силу) правила святых апостолов, а именно 17-е и 18-е, которые и приводятся дословно. Смотри их толкование, а также толкование Апост. 19.

Правило 4

Если какой-либо епископ, или пресвитер, или диакон, или иподиакон, или чтец, или певец, или придверник совокупится с посвященной Богу женой, тο да будет извержен, потому что растлил невесту Христову. Если же это мирянин, да будет отлучен.

(Апост. 25; I Всел. 9; IV Всел. 16; VI Всел. 21, 40, 44, 45; Анкир. 19; Неокесар. 9; Василий Велик. 3, 6, 17–20, 32, 51, 60, 70.)

Толкование

Настоящее правило извергает клириков, которые впадают в блуд с женами, посвященными Богу, т. е. с монахинями, и отлучает сделавших это мирян, ибо они растлили невесту Жениха душ Христа Бога, была ли она девицей, прежде чем стала монахиней, или же вдовой. При этом священнослужителей и клириков извергают не только в том случае, когда те впадут в блуд с монахиней, но и в том, когда впадут в блуд с мирянкой. Прочти также Апост. 25 и IV Всел. 16.

Правило 5

Никто из священного чина да не держит при себе женщину или служанку, за исключением не вызывающих подозрения лиц, означенных в правиле, тем самым сохраняя себя от нареканий. Если же кто-либо преступит определенное нами, да будет извержен. To же самое пусть соблюдают и скопцы, заботясь о своей безупречности. Преступающие же это, если они клирики, да будут извержены, a если миряне – отлучены.

(I Всел. 3; VII Всел. 18, 22; Анкир. 19; Карфаг. 45; Василий Велик. 88.)

Толкование

Определение настоящего правила таково. Никто из священнослужителей, если желает жить благопристойно, да не приводит в свой дом сожительницу или служанку, за исключением не вызывающих подозрения лиц, которых перечисляет правило (имеется в виду I Всел. 3), т. е. матери, сестры или тетки, все равно – по отцу или по матери, ради того чтобы оставаться безукоризненным в глазах народа. А тот из священнослужителей, кто преступит это правило, да будет извержен. Подобно им и скопцы, охраняя себя от нареканий, да не живут с лицами, вызывающими подозрения. Если же они дерзнут на это, то, если они клирики (а значит, оскоплены не по своей воле или скопцы от природы), пусть будут извержены, а если миряне – отлучены. Прочти также I Всел. 3.

Правило 6

Поскольку в апостольских правилах сказано, что из производимых в клир безбрачных только чтецы и певцы могут жениться, то и мы, соблюдая это, определяем, чтобы отныне ни в коем случае иподиакону, или диакону, или пресвитеру после рукоположения не было позволено вступать в брачное сожительство, а если он дерзнет это сделать, да будет извержен. Если же кто-либо из вступающих в клир хочет сочетаться с женой по закону брака, то пусть делает это прежде рукоположения во иподиакона, или диакона, или пресвитера.

(Апост. 26; IV Всел. 14, 15; Анкир. 13; Карфаг. 19, 33.)

Толкование

Поскольку правило Апост. 26 определяет, что только чтецы и певцы могут жениться после хиротесии, постольку и отцы данного Собора, подтверждая это настоящим правилом, определяют, чтобы отныне и впредь ни одному иподиакону, или диакону, или пресвитеру после рукоположения не было позволено жениться. А если он это сделает, то да будет извержен[198]. Если же кто-нибудь из таких хочет жениться, то пусть женится до рукоположения во иподиакона, диакона или пресвитера.

Правило 7

Поскольку мы узнали, что в некоторых церквах диаконы имеют церковные должности и из-за этого некоторые из них по дерзости и своеволию сидят выше пресвитеров, то определяем, чтобы диакон, хотя бы и звание имел, т. е. занимал какую-либо церковную должность, не сидел выше пресвитера, разве только, представляя лицо своего патриарха или митрополита, он прибудет в другой город по какому-либо делу. Тогда он как занимающий место того будет почтен. Если же кто-либо дерзнет этого добиваться, употребляя насилие, то после низведения со своей степени да будет последним из всех в том чине, к которому он причисляется в своей Церкви. Господь наш увещевает не радоваться первым местам, согласно учению, предложенному святым евангелистом Лукой от лица Самого Господа нашего и Бога. Он говорил званым такую притчу: Когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых почетнее тебя, и звавший тебя и его, подойдя, не сказал бы тебе: уступи ему место; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: друг! пересядь выше; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится (Лк. 14:7–11).

To же самое пусть соблюдается и относительно прочих священных чинов, потому что мы знаем, что звания духовные превосходнее мирских.

(I Всел. 18; Лаодик. 20.)

Толкование

Настоящее правило определяет: поскольку некоторые диаконы, имея церковные должности (такие начальственные служения называются также почестями и источниками дохода, по Вальсамону, т. е. это должности клириков-экзокатакилов199: великого эконома, великого сакеллария, скевофилакса, хартофилакса, малого сакеллария и протэкдика), ведут себя дерзко и садятся выше пресвитеров, то впредь ни один диакон, какую бы церковную должность он ни занимал, не должен садиться выше пресвитера, разве только, представляя лицо патриарха или митрополита, он будет послан в другое место по какому-либо церковному делу. Тогда ему будут воздавать бόльшую, нежели пресвитеру, почесть, но не потому, что он диакон, а потому, что, как мы сказали, он занимает место патриарха или митрополита. А тот диакон, который с дерзостью тирана сядет выше пресвитера и которому будет оказано предпочтение перед другими диаконами, равными ему по сану, должен стать последним и низшим среди всех диаконов, потому что Господь в Священном Евангелии от Луки учит нас не радоваться первым местам. Он рассказывает приглашенным на обед или ужин такую притчу: «Человек, когда ты будешь позван кем на брак, не садись на первое место, чтобы не случился кто из званых им лучше тебя и звавший тебя и его, подойдя, не сказал тебе: «Уступи ему место»; и тогда со стыдом должен будешь занять последнее место. Но когда зван будешь, садись на последнее место, чтобы звавший тебя, подойдя, сказал: «Друг мой! Пересядь выше»; тогда будет тебе честь пред сидящими с тобою за трапезой, ибо всякий возвышающий сам себя унижен будет, а унижающий себя возвысится».

He только диаконы не должны пользоваться большей честью, чем пресвитеры, и сидеть выше их, но и все прочие низшие чины священнослужителей и клириков не должны сидеть выше старших чинов, т. е. ни иподиаконы – выше диаконов, ни чтецы – выше иподиаконов. Ведь если среди лиц, носящих мирские и светские звания, низшие по званию не сидят впереди и им не отдают предпочтение перед высшими и имеющими более высокое звание, то сколь более должно это соблюдаться среди лиц, носящих духовные и по божественной благодати Духа дарованные звания, которые больше и выше мирских?[200] Прочти также I Всел. 18.

Правило 8

Желая во всем держаться установлений святых отцов наших, возобновляем также правило, повелевающее, чтобы ежегодно проходил Собор епископов каждой митрополичьей области там, где митрополит сочтет за лучшее. Но поскольку из-за набегов варваров и по другим случайным причинам предстоятели Церквей не имеют возможности собирать Соборы дважды в год, то решено, чтобы Собор вышеуказанных епископов созывался непременно единожды в год ради естественно возникающих церковных вопросов в каждой митрополичьей области, в период от святого праздника Пасхи и до конца октября каждого года, в том месте, которое, как сказано выше, одобрит митрополит. А тем епископам, которые не явятся на Собор, хотя находятся в своих городах и притом пребывают в здравии и свободны от всякого неотложного и необходимого занятия, братолюбиво делать выговор.

(Апост. 37; I Всел. 5; IV Всел. 19; VII Всел. 6; Антиох. 20; Карфаг. 26, 81, 84, 85, 104.)

Толкование

Здесь отцы подтверждают и возобновляют правило предшествующих святых отцов, которое предписывает каждый год проводить два Собора в каждой митрополичьей области. Но поскольку архиереям трудно собираться дважды в год из-за опасения варварских вражеских набегов и из-за других временных обстоятельств, отцы предписывают непременно и в обязательном порядке один раз в год в каждой митрополичьей области проводить Собор епископов для рассмотрения и приведения в порядок текущих церковных дел. Такой Собор должен проводиться в промежуток времени от святой Пасхи до конца октября в том месте, которое найдет подходящим митрополит каждой митрополичьей области. А тем епископам, которые не явятся на Собор, хотя находятся в своих епископских областях, здоровы и не заняты каким-либо неотложным делом, должно братолюбиво делать выговор.

Прочти также Апост. 37.

Правило 9

Никакому клирику не позволяется содержать корчемницу. Ибо если таковому запрещается в корчемницу входить, то насколько более – прислуживать в ней другим и браться за то, что ему не дозволено? Итак, если он совершит таковое, пусть либо прекратит, либо будет извержен.

(Апост. 42, 43, 54; VII Всел. 22; Лаодик. 24; Карфаг. 18, 47, 69.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что никакому клирику не позволяется содержать корчемницу и прислуживать в ней. Ведь если ему не позволено даже входить в корчемницы, то насколько более ему не разрешается находиться там, обслуживать посетителей и делать то, что неприлично его званию? Тот же, кто займется чем-то подобным, пусть или прекратит, или будет извержен. Но если имеющий собственную корчемницу поручает другим прислуживать в ней, от этого, согласно Зонаре, ему нет ни вреда, ни препятствия к тому, чтобы оставаться в сане. Впрочем, лучше продать ее и приобрести другую собственность, более благопристойную и более приличествующую званию клириков[201].

Прочти также Апост. 42.

Правило 10

Епископ, или пресвитер, или диакон, взимающий проценты или так называемые сотые, пусть или прекратит, или будет извержен.

(Апост. 44; I Всел. 17; Лаодик. 4; Карфаг. 5, 20; Василий Велик. 14.)

Толкование

Тот епископ, говорит настоящее правило, или пресвитер, или диакон, который берет проценты с данных взаймы денег, например, 12 или 6 монет со 100, пусть или прекратит так делать, или, если не прекращает, пусть будет извержен.

Прочти также Апост. 44.

Правило 11

Никто из принадлежащих к священному чину и никакой мирянин да не ест иудейских опресноков, не вступает в содружество с иудеями, не призывает их в болезни, не принимает от них лечения и отнюдь не моется вместе с ними в банях. Если же кто-либо станет так делать, то, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило повелевает, чтобы никакой клирик или мирянин не ел посылаемых ему от иудеев опресноков, а также ни в коем случае не дружил с ними, не призывал их в случае болезни и не лечился у них[202], ни в коем случае не мылся с ними в бане. А тот, кто поступит иначе, если он клирик, должен быть извергнут, если же мирянин – отлучен.

Смотри также Апост. 7, 70.

Правило 12

До нашего сведения дошло и то, что в Африке и Ливии и других местах некоторые из находящихся там боголюбезнейших предстоятелей даже по совершении над ними хиротонии не отказываются от сожительства со своими женами, создавая для других людей преткновение и вводя их в соблазн. Итак, поскольку мы весьма заботимся о том, чтобы делать все для пользы руководимой нами паствы, мы посчитали разумным, чтобы отныне такого не было вовсе. Утверждаем же это мы не для того, чтобы отклонить или опровергнуть апостольские законоположения, но для того, чтобы предусмотрительно позаботиться о спасении и преуспеянии людей к лучшему, а также не навлечь какого-либо порицания на священный сан. Ибо божественный апостол говорит: Все делайте в славу Божию. He подавайте соблазна ни Иудеям, ни Еллинам, ни церкви Божией, так, как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись. Будьте подражателями мне, как я Христу (1Кор. 10:33)203.

Если же окажется, что кто-либо так поступает, да будет извержен.

(Апост. 5; VI Всел. 30, 48; Гангр. 4; Карфаг. 4, 33.)

Толкование

Мы узнали, что в Африке и Ливии (или оба слова обозначают одно и то же место, потому что расположенная на юге одна из четырех частей света, ранее называемая Ливией, позже была переименована в Африку, по мнению Хрисанфа; или Ливией правило называет вообще всю ту часть света, а Африкой какую-то отдельную, входящую в нее область, по мнению Мелетия) и других местах архиереи и после того, как примут рукоположение, живут вместе со своими женами и вводят в соблазн других людей. Поэтому, стараясь делать все, что направлено на общую пользу христианской паствы, мы определяем, чтобы отныне и впредь ни один архиерей не жил вместе со своей женой после того, как будет рукоположен[204]. Определяем же мы это не для опровержения общего апостольского правила (т. е. 5-го), подвергающего отлучению того епископа, который под предлогом благоговения расстается со своей женой против ее воли, и не для отклонения повеления, которое Павел особо дает Титу, говоря: И чтобы ты поставил пo всем городам пресвитеров... Если кто непорочен, муж одной жены...205 (под пресвитерами подразумеваются епископы, согласно Златоусту206, поскольку, как мы уже сказали в начале правила Апост. 1, епископ именуется также пресвитером207. Очевидно это и из следующих слов апостола: Ибо епископ должен быть...208 – и т. д.). He для упразднения этих правил, продолжаю, мы определяем это, но для того, чтобы позаботиться о спасении и более совершенном преуспеянии христиан и чтобы эти люди не навлекли какого-либо обвинения на архиерейский чин. Если даже архиереи, сожительствующие со своими женами, живут с ними в целомудрии и воздержании, все-таки простой народ соблазняется и порицает их, подозревая в таковой их совместной жизни нечто противоположное. Божественный же апостол завещает нам все, что бы мы ни делали, делать во славу Божию и не становиться соблазном ни для иудеев, ни для эллинов, ни для христиан209. Он говорит: Так, как и я угождаю всем во всем, ища не своей пользы, но пользы многих, чтобы они спаслись. Будьте подражателями мне, как я Христу210. Если же кто-то из архиереев будет жить вместе со своей женой, пусть будет извержен.

Смотри также Апост. 5.

Правило 13

Мы узнали, что в Римской Церкви в качестве правила передают требование, чтобы те, которым предстоит удостоиться рукоположения в сан диакона или пресвитера, обещали больше не иметь супружеских отношений со своими женами. Мы же, следуя древнему правилу апостольской строгости и порядка, желаем, чтобы законный брак посвященных мужей и впредь оставался нерасторжимым, никоим образом не разрушаем их союза с женами и не лишаем в приличное время супружеской близости. Поэтому, если кто-либо окажется достойным рукоположения в сан иподиакона, или диакона, или пресвитера, таковому да не препятствуют отнюдь вступить на эту степень из-за того, что он сожительствует со своей законной женой. И да не требуют от него при рукоположении обязательство в том, что он оставит законную супружескую близость с собственной женой, чтобы мы не были вынуждены тем самым оскорбить установленный Богом и благословленный Его присутствием брак. Ведь и евангельское изречение гласит: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19:6), и апостол учит: Честен брак и ложе непорочно (Евр. 13:4), а также: Соединен ли ты с женой? не ищи развода (1Кор. 7:27). Мы знаем еще, что и собравшиеся в Карфагене, заботясь о чистоте жизни служителей Церкви, сказали, чтобы иподиаконы, прикасающиеся к Священным Тайнам, и диаконы, и пресвитеры, по своим определениям, воздерживались от своих жен, чтобы апостольское предание, с самой древности соблюдаемое, и мы также сохранили, зная время всякой вещи211, а в особенности посту и молитве. Ведь предстоящим алтарю в то время, когда они приступают к Святым Дарам, подобает быть воздержными во всем, чтобы они смогли получить от Бога то, чего в простоте просят212.

Итак, если кто-то дерзнет, нарушая апостольские правила, лишать кого-либо из посвященных, т. е. пресвитеров, или диаконов, или иподиаконов, союза и супружеской близости с законной женой, да будет извержен. Таким же образом, если пресвитер или диакон под предлогом благоговения изгонит свою жену, да будет отлучен, если же останется непреклонным, да будет извержен.

Толкование

Это правило определяет следующее. Мы узнали, что в Риме как непреложное правило соблюдается то, чтобы намеревающиеся стать диаконами или пресвитерами обещали во время рукоположения, что после рукоположения более не будут совокупляться со своими женами. Поэтому мы, следуя древнему правилу святых апостолов, а именно 5-му, утверждаем и постановляем, чтобы брак священнослужителей оставался прочным и нерасторжимым, и при этом не лишаем их после рукоположения супружеских отношений с их женами в приличное время, т. е. когда нет поста и когда они не священнодействуют Божественные Тайны[213]. Следовательно, если какой-либо женатый человек достоин стать иподиаконом, диаконом или пресвитером, пусть станет им и пусть от него не требуется непременно дать обещание расстаться со своей женой, – чтобы тем самым мы не были вынуждены бесчестить брак, установленный Богом и благословленный Его присутствием, а именно на браке в Кане Галилейской. Ведь и в Евангелии изречение Господа гласит: Что Бог сочетал, того человек да не разлучает, и апостол учит: Честен брак и ложе непорочно, а также: Соединен ли ты с женой? не ищи развода.

Отцы Карфагенского собора, предусмотрительно заботясь о чистоте священнослужителей, постановили в правиле 33, чтобы прикасающиеся к Священным Тайнам иподиаконы, диаконы и пресвитеры воздерживались от своих жен по своим определениям[214]. Отцы утвердили это для того, чтобы и мы также сохранили апостольское и с самой древности соблюдаемое предание, по правилу 3 того же Собора (т. е. как писаные предания, так и неписанные, по словам Зонары и Вальсамона). Так и мы, говоря то же, что и эти отцы, постановляем, чтобы служители Церкви трех перечисленных выше степеней воздерживались от своих жен во время поста и молитвы, по слову ап. Павла. Предстоящим алтарю подобает во время священнодействия быть воздержными во всем, чтобы они смогли через это воздержание получить от Бога то, чего ищут в простоте (т. е. или без рассуждений, по мнению Зонары, или для общей пользы народа, согласно Карфаг. 3). А значит, если кто-либо дерзнет, в обход апостольских правил, запрещать иподиаконам, диаконам и пресвитерам законное совокупление с женами, да будет извержен[215]. Правило излагает дословно правило Апост. 5, толкование которого прочти.

Правило 14

Правило святых и богоносных отцов наших да соблюдается и в том, чтобы в пресвитера не рукополагать прежде 30 лет, но выжидать, даже если бы человек был весьма достойный, ибо Господь Иисус Христос крестился и начал учить на 30-м году. Подобным образом и диакон прежде 25 лет, а диаконисса прежде 40 лет да не рукополагаются.

(I Всел. 19; IV Всел. 15; Неокесар. 11; Карфаг. 21.)

Толкование

Настоящее правило дословно повторяет правило Неокесар. 11, подтверждая его, и определяет, что никого не должно рукополагать в пресвитера прежде достижения 30-летнего возраста. Даже если бы тот, кого намереваются рукополагать, был в высшей степени достоин посвящения, тем не менее ему следовало бы дожидаться исполнения срока, потому что и Господь крестился и начал проповедовать Евангелие в 30 лет (И Он, начиная Свое служение, был лет тридцати, – говорит Лука (см. Лк. 3:23)), а Ему должны подражать и пресвитеры, поскольку они, получая пресвитерский сан, назначаются учителями верных[216].

Подобным образом диакона не должно рукополагать прежде достижения 25 лет (то же самое говорит и Карфаг. 21), а диакониссу – прежде 40 лет.

Да будет снисходителен Бог к сегодняшнему нарушению этих правил. И если нарушители не стыдятся самих священных, богоносных и святых отцов, то пусть устыдятся хотя бы светского человека – императора Юстиниана, который в своей 123-й новелле говорит: «Не позволяем становиться пресвитером тому, кто моложе 30 лет, диаконом – моложе 25 и иподиаконом – моложе 20 лет».

Прочти также I Всел. 19 и примеч. к Неокесар. 11.

Правило 15

В иподиакона нельзя рукополагать прежде 20 лет. Если же кто-либо будет рукоположен в какую бы то ни было священную степень прежде определенного возраста, да будет извержен.

Толкование

В иподиакона, говорит настоящее правило, нельзя рукополагать в возрасте моложе 20 лет. А тот из принадлежащих к четырем указанным степеням, который рукоположен ранее указанного для них возраста, да будет извержен.

Согласование

Чтеца же рукополагали, по Карфаг. 19, когда он достигал юношеского возраста, т. е. в 14 лет, a пo 123-й новелле Юстиниана, помещенной в 3-й кн. «Василик» (тит. 1, гл. 28), – в 18 лет (новелла, повелевающая рукополагать его в восемь лет, при очищении законов была опущена и не вошла в «Василики», а следовательно, утратила силу).

О том, сколько лет должно быть епископу при рукоположении, смотри в примеч. 2 к Апост. 1. И поскольку гражданский закон повелевает о подобном судить по подобному, постольку, естественно, и чтеца, и епископа, если они рукоположены прежде назначенного возраста, извергают так же, как и прочих, согласно настоящему правилу VI Собора217.

Правило 16

Поскольку книга Деяний передает, что апостолы поставили семь диаконов, и поскольку отцы Неокесарийского собора в изложенных ими правилах определенно сказали, что «по правилу должно быть семь диаконов, хотя бы город был очень большим, а убедишься ты в этом из книги Деяний», то мы, сопоставив с изречением апостолов мысль отцов, нашли, что у них речь шла не о мужах, служащих таинствам, но о служении нуждам столов. В книге Деяний написано так: В тe дни, когда умножились ученики, произошел у Еллинистов ропот на Евреев за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей. Тогда двенадцать Апостолов, созвав множество учеников, сказали: нехорошо нам, оставив слово Божие, пещись о столах. Итак, братия, выберите из среды себя семь человек изведанных, исполненных Святаго Духа и мудрости; их поставим на эту службу, а мы постоянно пребудем в молитве и служении слова. И угодно было это предложение всему собранию; и избрали Стефана, мужа, исполненного веры и Духа Святаго, и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Николая Антиохийца, обращенного из язычников; их поставили перед Апостолами (см. Деян. 6:1–6).

Изъясняя это, учитель Церкви Иоанн Златоуст рассуждает так: «Удивительно, как не разделился народ при избрании тех мужей и как не были унижены перед ними апостолы! Но необходимо понять, какое именно достоинство они имели и какое получили рукоположение. Может быть, диаконское? Однако этого достоинства не было в церквах. Тогда служение пресвитеров? Но в то время еще не было ни одного епископа, а только апостолы. Потому, я думаю, ясно и очевидно, что это имя не означало ни диаконов, ни пресвитеров»218.

На основании этого и мы возвещаем, что вышеуказанных семерых диаконов не должно принимать за служителей таинств, по изложенному учению, но они суть те, кому было поручено распоряжение общими нуждами собиравшихся в то время, и в этом они стали для нас образцом человеколюбия и попечения о нуждающихся.

(Неокесар. 15.)

Толкование

Это правило исправляет, а точнее, улучшает правило Неокесар. 15, которое определяет, чтобы даже в самом большом городе было только семь, и не больше, диаконов, как повествует книга Деяний. Итак, отцы настоящего Собора говорят: «Мы, сопоставляя толкование, которое предлагают отцы, с тем, что сказано об этих семи диаконах в Деяниях апостолов, находим, что эти диаконы были служителями не таинств, но столов». В Деяниях говорится: «В те дни, когда умножились христиане, возроптали уверовавшие из эллинов (или, по мнению других, те иудеи, которые принимали Ветхий Завет не в еврейском подлиннике, но в переводе на греческий язык) на уверовавших из евреев (или на тех, кто принимал Писание в еврейском подлиннике) за то, что вдовицы их пренебрегаемы были в ежедневном раздаянии потребностей при совершающихся тогда общих трапезах». Итак, народ, по совету апостолов, избрал семь этих диаконов (они перечислены по именам), мужей, исполненных Духа Святого и засвидетельствованных всеми, и поставил их служить потребностям столов, апостолы же пребывали в молитве и служении учения.

Толкуя это, божественный Златоуст сначала удивляется тому, что из-за этого избрания диаконов народ не разделился (ведь, вероятно, одни хотели избрать одного, другие – другого), а потом говорит, что эти диаконы не имели ни звания служителей (διακόνων) таинств, ни звания пресвитеров, ибо подобные звания еще не были установлены в Церкви, так как она находилась в своем начале, или, так сказать, младенчестве. Потому отцы Собора, соглашаясь с толкованием божественного Златоуста, возвещают, что эти диаконы, как мы сказали, не были служителями таинств, но заботились об общих нуждах христиан того времени и продовольствии для них[219] и стали для нас примером человеколюбия и заботливости, которые и мы должны проявлять по отношению к нищим.

He только эти отцы не руководствовались названным правилом Неокесарийского собора, но и жившие до них императоры Юстиниан и Ираклий, из которых первый поставил в Великой церкви сто диаконов, а второй и больше ста. Да и вообще все церкви имеют столько диаконов и клириков, сколько могут содержать[220].

Правило 17

Поскольку клирики различных церквей, оставив свои церкви, в которых они рукоположены, прибегли к иным епископам и без разрешения своего епископа зачислены в чужие церкви, из чего стало явно, что они оказались непокорными, то мы определяем, чтобы с января месяца прошедшего 4-го индикта (ἐπινέμησις) совершенно никто из клириков, на какой бы степени он ни был, не имел права без увольнительной грамоты от своего епископа быть причисленным к другой церкви. Тот, кто не будет отныне соблюдать этого, но станет своим поступком бесчестить совершившего над ним рукоположение, да будет извержен – как он сам, так и неразумно его принявший.

(Апост. 12, 15, 33; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 11, 13, 20, 23; VII Всел. 15; Антиох. 3, 7, 8, 11; Лаодик. 41, 42; Сардик. 7, 8, 15, 16, 19; Карфаг. 31, 63, 97, 98, 116.)

Толкование

Настоящее правило не разрешает клирикам оставлять свои церкви и переходить в другие без разрешения и увольнительной грамоты своего епископа, потому что иначе они проявляют непокорность. А тот, кто начиная с января прошлого 4-го индикта (ибо слово ἐπινέμησις означает индикт, как явствует из 3-го правила настоящего Собора), иначе говоря, с сегодняшнего дня и впредь дерзнет так поступать, своим переходом и покрывая позором рукоположившего его, и показывая свое к нему презрение, да будет извержен, равно как и тот, кто неразумно его принял. Прочти также Апост. 12, 15.

Правило 18

Клирикам, которые под предлогом нашествия варваров или по какому-то другому обстоятельству стали переселенцами, повелеваем, как только эти обстоятельства изменятся или варварские нашествия, ставшие причиной их удаления, прекратятся, вновь возвращаться в свои церкви и не оставлять их надолго без причины. Если же кто-либо ведет себя несогласно с настоящим правилом, то да будет отлучен, пока не возвратится в свою церковь. Тому же самому наказанию пусть подвергается и епископ, его удерживающий.

(Апост. 15; I Всел. 15, 16; IV Всел. 5, 10, 20, 23; VI Всел. 17; VII Всел. 15; Антиох. 3; Сардик. 15, 16, 19; Карфаг. 63, 98.)

Толкование

Настоящее правило не позволяет оставлять свои церкви не только тем клирикам, у которых нет для этого причины, но и тем, которые уходят или из-за нашествия варваров, или, может быть, из-за тяжести долгов и налогов, или голода, или смертельной эпидемии, или по какому-то другому обстоятельству. Правило предписывает им возвращаться в свои церкви, как только та причина, по которой они удалились, будет устранена. Тот же, кто не станет поступать согласно этому правилу, должен быть отлучен до тех пор, пока не вернется в свою церковь; на такой же срок отлучается и епископ, который держит такого клирика в своей епископской области.

Смотри также толкование Апост. 15.

Правило 19

Предстоятели церквей должны во всякий день, а особенно в дни воскресные, научать весь клир и народ словесам благочестия, избирая из Божественного Писания мысли и суждения истины и притом не преступая уже установленных пределов или преданий богоносных отцов. Если же будет исследоваться слово Писания, пусть изъясняют его согласно с тем, что предложили светила и учителя Церкви в своих писаниях, и никак иначе, и пусть лучше прославляются их писаниями, чем сочинением собственных произведений, чтобы при недостатке умения в этом иногда не уклониться от должного. Через учение упомянутых отцов люди получают познание как о предметах превосходных и достойных избрания, так и о вредных и неприемлемых, и потому переменяют свою жизнь к лучшему и не становятся добычей страсти неведения, но, внимая учению, побуждают себя удаляться от зла и из страха грозящих им наказаний соделывают свое спасение.

(Апост. 58; Двукрат. 16; Лаодик. 19; Карфаг. 79, 131–133; Петра Александр. 10; Григория Нис. 6.)

Толкование

Это правило определяет, что предстоятели церквей – прежде всего епископы, а затем и пресвитеры – должны учить весь клир и народ каждый день, но особенно и обязательно по воскресеньям[221], а также в прочие праздники, потому что в эти дни христиане оставляют свои дела, собираются в церквах и внимают Божественным словесам, а следовательно, и учителя в эти дни могут доставить им наибольшую пользу. Однако они должны учить, основываясь не на собственных рассуждениях и мыслях, но на взятых из Божественного Писания, и не преступать соборно утвержденных определений и догматов веры или преданий богоносных отцов. Если же они будут рассуждать о слове Писания, то должны объяснять его не иным каким-то образом, но так, как изъяснили его в своих писаниях учители Церкви. И пусть более стараются преуспевать в преподавании учения божественных отцов, чем в сочинении собственных речей, чтобы, пользуясь своими мыслями, но подчас будучи не в силах понять Писание правильно, они не отступили от должного и от истины. Люди, узнавая из учения отцов о том, что полезно для их душ и что, напротив, вредно, переменяют греховную жизнь на добродетельную и освобождаются от тьмы неведения. И снова внимая этому учению и слыша о наказаниях и муках, которые ожидают грешных, они из страха перед этими муками избегают злых дел и совершают свое спасение.

Кроме того, правило Лаодик. 19 говорит, что сначала на литургии должно быть поучение епископа.

Прочти также Апост. 58.

Правило 20

Да не будет позволено епископу всенародно учить в другом, не принадлежащем ему городе. Если же кто-либо будет уличен в том, что так делает, да будет отстранен от епископства, а действия пресвитера пусть совершает.

(Апост. 35; II Всел. 2; III Всел. 8; Антиох. 13, 22; Сардик. 3, 11, 12.)

Толкование

He позволяется, говорит это правило, никакому епископу учить открыто и всенародно в чужой епископской области, т. е. без разрешения местного епископа, поскольку такое всенародное учительство бесчестит местного епископа: как будто бы он глупец и невежда, а тот – мудрец и учитель. Если же окажется, что кто-то так делает, пусть будет отстранен от епископского достоинства и исполняет только священнодействия пресвитера. Это правило определяет, чтобы чужой епископ не учил именно всенародно, потому что если он отвечает на вопросы частным образом, то не согрешает.

Это правило не противоречит правилу IV Всел. 29 по причинам, названным в правиле Апост. 35, которое и прочти.

Правило 21

Виновные в канонических преступлениях и за это окончательно и навсегда подвергнутые извержению, а также низведенные на место мирян, если, добровольно устремляясь к исправлению, отвергают грех, из-за которого отпали от благодати, и совершенно отстраняются от него, пусть стригутся по образу клира. Если же по собственному произволению этого не пожелают, то пусть растят волосы, подобно мирянам, ибо пребывание в миру предпочли жизни небесной.

(Апост. 25; I Всел. 9; VI Всел. 4; Неокесар. 9; Василий Велик. 3, 17, 32, 50, 70.)

Толкование

Тем священнослужителям, которые за канонические преступления, например, блуд, прелюбодеяние или другие подобные грехи, извержены совершенно и навсегда, приняли облик мирян и стоят вместе с ними, настоящее правило предписывает: если они добровольно покаются и совершенно воздержатся от греха, из-за которого потеряли благодать священства, то пусть стригут волосы на голове, т. е. имеют на темени так называемую папалитру, что было внешним признаком клириков[222]. Если же они добровольно не покаются, пусть растят волосы, подобно светским людям, чтобы, стыдясь того, что имеют вид мирян, когда-нибудь осознали совершенное ими зло и покаялись.

Прочти также Апост. 25.

Правило 22

Епископов и каких бы то ни было клириков, рукополагаемых за деньги, а не после испытания и избрания за образ жизни, повелеваем извергать, равно как и рукоположивших.

(Апост. 29; IV Всел. 2; VI Всел. 23; VII Всел. 4, 5, 19; Василия Велик. 90; послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Настоящее правило предписывает извергать епископов и любых других клириков, которые рукоположены за взятку, а не ради своего достоинства и добродетельной жизни. Но извергаются не только они, но и рукоположившие их.

Смотри также Апост. 29.

Прочти и восстенай, брат, о нарушении столь многих и важных правил! Симонии ныне предаются так, как будто бы она была добродетелью, а не богомерзкой ересью, как называет ее святейший Геннадий. Если кто-нибудь начнет исследовать сегодняшнее положение церковных дел с точки зрения священных канонов, то он, конечно, придет в недоумение и не найдет ни малейшего соответствия прежнему их положению, чтобы как-либо разрешить свое недоумение. Все клирики беззаконно получают свою степень, беззаконно живут и умирают. Оттого наши рабские оковы и сжимаются все сильнее, становятся все более тяжкими, а мы этого не чувствуем и нарушаем законы все бесстыднее...

Правило 23

О том, что никто из епископов, пресвитеров или диаконов, преподавая пречистое причастие, не должен взимать с приобщающегося за это причащение денег или чего-нибудь иного, ибо благодать не продается и мы не преподаем освящение от Духа за деньги, но должны без лукавства преподавать его достойным Дара. Если же обнаружится, что кто-нибудь из числящихся в клире требует какого-либо рода воздаяния от того, кому преподает пречистое причастие, да будет извержен как подражатель заблуждения и злодеяния Симона.

(Апост. 29; IV Всел. 2; VI Всел. 22; VII Всел. 4, 5, 19; Василия Велик. 90; послания Геннадия Константинопол. и Тарасия Константинопол.)

Толкование

Настоящее правило постановляет, что никакой епископ, пресвитер или диакон[223] от тех, кого он причащает Божественных Таин, не должен требовать как некоего долга денег или другого приношения, даже самого малого, за Божественное причащение. Благодать таинств не продается, и мы преподаем освящение Божественного Духа не за деньги, но бескорыстно – тем, которые того достойны. По словам Вальсамона, потому многие и называют Божественное причащение Дарами, что преподается оно даром.

Если же кто-либо поступит иначе, он должен быть извержен как подражатель заблуждения и ереси Симона-волхва, который считал, что благодать Пресвятого Духа продается за деньги[224].

Прочти также Апост. 29.

Правило 24

Никому из числящихся в священном чине или монахов да не будет позволено ходить на скачки или присутствовать на театральных игрищах. И даже если какого-либо клирика позовут на брак, то, как только начнутся вводящие в соблазн игрища, да восстанет и тотчас удалится, ибо так повелевает учение наших отцов. Если же кто-либо будет уличен в нарушении этого правила, пусть или перестанет, или будет извержен.

(Апост. 42, 43; VI Всел. 51, 62, 66; VII Всел. 22; Лаодик. 53, 54; Карфаг. 17, 70.)

Толкование

Никакому посвященному или монаху, как говорит настоящее правило, не позволяется ходить в те места, где устраиваются скачки, или смотреть и слушать игрища подобно женщинам. Если же какого-нибудь клирика позовут на свадьбу, то он может пойти, однако, когда задумают устроить такие вводящие в соблазн сатанинские игрища, пусть он тут же встанет и удалится, как предписывает учение отцов, т. е. правило Лаодик. 54 (правда, оно прибавляет, что священнослужителям не подобает смотреть и других зрелищ, бываемых на свадьбах и пиршествах, и следует удаляться еще до того, как начнется представление). А уличенный в запрещенном настоящим правилом поступке пусть или прекратит, или будет извержен[225].

Правило 25

Вместе со всеми прочими возобновляем и то правило, которое определяет: деревенские или сельские приходы в каждой Церкви должны неизменно оставаться у владеющих ими епископов, и в особенности если они, удерживая их в течение 30 лет без применения насилия, управляли ими. Если же за время этих 30 лет произошел или произойдет из-за этих приходов какой-то спор, то тем, которые говорят, что с ними относительно приходов поступили несправедливо, позволяется возбудить дело перед Собором митрополичьей области.

(IV Всел. 17; Карфаг. 128–130.)

Толкование

Настоящее правило возобновляет правило IV Всел. 17, которое излагается тут дословно, однако не полностью, а частично, поэтому и смотри его толкование в своем месте.

Правило 26

Пресвитер, по неведению вступивший в беззаконный брак, да пользуется пресвитерским седалищем, согласно с тем, что законоположено нам священным правилом, от прочих же действий да воздержится. Ибо такому довольно прощения, а благословлять другого тому, кто должен заботиться о собственных ранах, не следует, так как благословение есть преподаяние освящения; не имеющий же его из-за греха, совершенного по неведению, как преподаст другому? А потому пусть не благословляет ни публично ни частным образом, и не разделяет другим Тела Господня, и не совершает какого-либо другого служения, но, довольствуясь занимаемым местом, пусть просит со слезами других людей и Господа простить ему беззаконный поступок, совершенный по неведению. Притом очевидно, что такой беззаконный брак должен быть расторгнут и муж ни в коем случае не может сожительствовать с той, из-за которой лишился права священнодействовать.

(Апост. 19; VI Всел. 3; Неокесар. 9; Василия Велик. 23, 27, 78.)

Толкование[226]

Настоящее правило совершенно одинаково с правилом Василия Велик. 27, которое определяет, что иерей, который в неведении женится на какой-либо своей родственнице, может быть прощен, поскольку не знал об этом родстве, и может пользоваться честью иерейского седалища, но воздерживаться от всех прочих священнодействий. В самом деле, достаточно того, что он не подвергается канонической епитимии, но получает прощение, благословлять же других тому, кто должен врачевать собственные язвы, т. е. каяться в противозаконном браке, не подобает, потому что благословение – это преподаяние освящения, а если таковой иерей этого освящения не имеет, то как даст его другому? Итак, пусть он ни открыто ни тайно не благословляет, не причащает других и не совершает что-либо другое, но, довольствуясь честью седалища, как мы сказали, пусть плачет пред Богом, чтобы Он простил ему совершенное по неведению беззаконие, а пред другими – чтобы и они молили за него Господа. До этих слов – это правило Василия. А Собор еще прибавляет, что честью седалища он может пользоваться не прежде, чем расторгнет беззаконный брак, из-за которого извержен из священства, ведь если он его не расторгнет, то не только лишится чести седалища, но и будет подлежать епитимиям. Прочти также Апост. 19.

Правило 27

Никто из числящихся в клире пусть ни в городе, ни в пути не одевается в несоответствующую одежду, но носит одежду, предназначенную для уже состоящих в клире. Если же кто-либо так сделает, да будет отлучен на одну неделю.

(VII Всел. 16; Гангр. 12, 21.)

Толкование

Клирики и священнослужители должны и выглядеть скромно, потому что хотя Бог смотрит на сердце, но люди смотрят на внешность, по написанному: Человек смотрит на лицо, Бог же смотрит на сердце (1Цар. 16:7). Следовательно, из внешнего тоже делают вывод о внутреннем расположении сердца. По этой причине настоящее правило и определяет, чтобы никакой клирик не носил одежд, несвойственных его званию, т. е. дорогих и шелковых или даже военных, ни тогда, когда он пребывает в городе, ни тогда, когда находится в пути, но пользовался обычной одеждой клириков, а именно скромной и простой. Тот же, кто поступит иначе, должен быть отлучен на одну неделю.

Согласование

Правило VII Всел. 16 также подвергает епитимии священнослужителей, которые носят роскошные одежды и не исправляются, – равно как и тех, которые умащают себя благовониями. Если же правило Гангр. 12 и предает анафеме тех, которые осуждают носящих шелковые одежды с благоговением, то оно не противоречит настоящему правилу. Во-первых, потому, что настоящее правило говорит только о клириках, носящих такие одежды, а правило Гангрского собора говорит вообще как о клириках, так и о мирянах. Во-вторых, потому, что настоящее правило говорит о носящих одежды, несообразные с обычаем. В-третьих, наконец, потому, что тот же Гангрский собор сказанное в упомянутом 12-м правиле поправляет в 21-м правиле, говоря: «Скромные и простые одежды мы хвалим, a изысканных и мягких отвращаемся». А если Собор порицает мягкие одежды, когда их носят миряне, то гораздо более порицает их, когда в них одеваются клирики. Таким образом, Гангрский собор не только не противоречит настоящему, но и согласен с ним и, более того, еще строже подходит к этому вопросу.

Так и Господь говорит: Остерегайтесь тех, которые любят ходить в длинных одеждах (Лк. 20:46). И если ап. Петр запрещает женщинам носить многоценную одежду (см. 1Петр. 3:3), хотя женщины по самой своей природе любят украшаться, и если Павел запрещает им то же самое (см. 1Тим 2:9), то сколь более это запрещается клирикам? Василий Великий также требует, чтобы у нас были приличные одежды, и говорит в 11-й беседе на шестоднев: «Если ты увидишь одетого в цветистую одежду и покрытого шелковыми тканями, то пренебреги им»227. И Златоуст в 11-й беседе на Первое послание к Тимофею говорит: «Ты видишь человека, одетого в шелковые одежды? Посмейся над ним»228. А Исидор Пелусиот, объясняя в 74-м письме, что представлял собой тканый сверху и не сшитый229 хитон Христа, говорит: «Кому неизвестна малоценность той одежды, которую носили бедняки из галилеян? У них был особенно распространен гиматий, сотканный тем своеобразным способом, каким ткались грудные повязки, – с диагональным переплетением». И в конце он добавляет: «Итак, если ты горячо желаешь этого [брачного чертога], то подражай малоценной одежде Иисуса, ибо любовь к роскоши приводит к здешней изнеженности, а не горней светоносности»230.

Правило 28

Поскольку мы узнали, что в различных Церквах, когда в алтарь по некоему укоренившемуся обычаю приносят виноград, священнослужители, соединяя его с бескровной жертвой приношения, то и другое вместе разделяют затем народу, мы постановили, чтобы впредь никто из посвященных так не делал, но во отпущение грехов и оживотворение преподавал народу одно только приношение. Подношение же винограда иереи пусть рассматривают как приношение начатков и, благословляя его отдельно, преподают просящим в благодарение Подателю тех плодов, питаясь которыми наши тела, по Божественному повелению, укрепляются и возрастают. Если же какой-либо клирик поступит против предписанного, да будет извержен.

(Апост. 3, 4; VI Всел. 32, 57, 99; Карфаг. 44.)

Толкование

Поскольку в некоторых местах по обычаю некоторые люди приносили на святую трапезу виноград, а иереи смешивали его с пречистыми Тайнами и преподавали народу то и другое вместе, постольку настоящее правило предписывает отныне и впредь ни одному иерею так не делать[231], но святое причастие преподавать отдельно тем, кто достоин, для отпущения их грехов и оживотворения[232]. Виноград же как первый урожай благословлять особой молитвой и преподавать людям, с тем чтобы они воздавали благодарение Богу, дающему такие плоды, питаясь которыми возрастают и укрепляются наши тела. Тот же, кто поступит вопреки этому правилу, да будет извержен. Прочти также Апост. 3.

Правило 29

Правило отцов Карфагенского собора повелевает, чтобы таинство алтаря совершалось не иначе как теми, кто ничего не вкушал, за исключением одного дня в году, в который совершается Господня вечеря. Вероятно, божественные отцы воспользовались такой икономией в то время по некоторым полезным для Церкви причинам местного характера. Поэтому, когда ничто не побуждает нас оставить акривию, мы, следуя апостольским и отеческим преданиям, определяем, что не должно в Четыредесятницу, в четверг последней недели, разрешать пост и бесчестить всю Четыредесятницу.

(Апост. 69; VI Всел. 89; Лаодик. 49–52; Карфаг. 48, 56; Дионисия Александр. 1; Тимофея Александр. 8, 10.)

Толкование

Поскольку Господь наш Иисус Христос вечером в Великий четверг вначале вкусил обычную трапезу, а после этого преподал Божественные Тайны апостолам, то и в местностях Африки установился обычай, по которому в Великий четверг, как говорит Зонара, вначале ели какие-нибудь более приятные кушанья, ослабляющие обычное сухоядение, соблюдаемое в прочие дни Четыредесятницы, а после этого совершали таинство и причащались Божественных Таин.

Итак, настоящий Собор, совершенствуя правило Карфаг. 48, упоминающее об этом обычае, определяет, что те отцы, вероятно, употребили такую икономию с целью принести какую-то пользу в тех местах. Однако мы, поскольку не имеем никакой причины, побуждающей нас оставлять строгость правил, следуем как преданию апостолов, т. е. правилу Апост. 69, которое определяет, чтобы все постились во время святой Четыредесятницы (Четыредесятница включает в себя и Великий четверг, и всю Великую седмицу), так и преданию отцов, т. е. 50-му правилу отцов Лаодикийского собора. Это правило определяет, что никто не должен разрешать пост четверга последней недели Четыредесятницы (т. е. Великого четверга) и этим разрешением бесчестить и делать бесполезным пост всей Четыредесятницы, но следует всю Четыредесятницу, а значит и в Великий четверг, поститься с сухоядением[233].

Согласование

Отметь, что не одно упомянутое правило Карфаг. 48 определяет, что иереям следует литургисать натощак: 56-е правило того же Собора говорит, что это было подтверждено и Никейским собором. Однако если кто-то находится в опасности умереть, то ему следует причаститься и после еды, согласно правилу Никифора Константинопол. 9. А Златоуст, обвиненный в том, что он причастил неких людей после того, как они поели, пишет в письме к еп. Кириаку: «Если я это сделал, то да будет изглажено мое имя из книги епископов. Впрочем, если они все же говорят это против меня и настаивают на этом, то пусть осудят и Павла, который после вечери крестил целый дом. Пусть осудят и Христа, Который после вечери преподал причастие апостолам»234.

Поэтому намеревающимся причаститься позволительно пить воду до полуночи, а после этого времени им не следует ничего брать в рот, пока не причастятся.

Прочти также Апост. 69.

Правило 30

Желая все совершать для созидания Церкви, мы рассудили распорядиться и об иереях в варварских (βαρβαρικαῖς) Церквах. Поэтому, если они считают долгом превзойти апостольское правило о том, чтобы не изгонять свою жену под предлогом благоговения, и делать сверх определенного в нем и, исходя из этого, по согласию со своими супругами воздерживаются от плотского общения друг с другом, то мы определяем, чтобы они более ни под каким видом не сожительствовали с ними, дабы тем самым представить нам полное доказательство своего обещания. Попустили же мы это им не из-за чего-либо другого, как только из-за их малодушного помысла, а также чуждых и неустойчивых их нравов.

(Апост. 5; VI Всел. 12, 13, 48; Гангр. 4; Карфаг. 3, 4, 33.)

Толкование

Поскольку в варварской Африке священнослужители, желая превзойти законоположение правила Апост. 5, которое предписывает священнослужителю не разлучаться со своей женой под предлогом благоговения, договариваются со своими женами и воздерживаются от плотского совокупления, то настоящее правило определяет, что поступившие так никоим образом не должны более жить со своими женами.

С одной стороны, это установлено с той целью, чтобы этим расторжением сожительства священнослужители показали, что не ради лицемерного и ложного благоговения, но поистине ради жажды целомудрия и девства дали такое обещание и заключили соглашение. А с другой стороны, установление вызвано тем, что, постоянно взирая на своих жен и общаясь с ними, священнослужители вновь склоняются к плотской связи с ними.

Однако и это, говорит правило, мы разрешили им не по какой-либо другой причине, как только из-за их малодушного помысла и грубого нрава, согласно Зонаре, или отсутствия у них благоустроенных церковных обычаев, по Вальсамону, и нетвердости их веры (и смотри: то же самое, что Собор по этим причинам допускает в Берберии, он не дозволяет в Риме по причине кротости нравов, церковного благочиния и т. д., и это несмотря на то, что названный обычай перешел в Берберию от римлян, согласно Карфаг. 4).

Прочти еще Апост. 5, а также VI Всел. 12, 13.

Правило 31

Определяем, чтобы клирики, которые литургисают или крестят в молельнях, находящихся в домах, делали это с согласия местного епископа, так что если какой-либо клирик не соблюдет этого, да будет извержен.

(Апост. 31; IV Всел. 18; VI Всел. 34, 59; Двукрат. 12–15; Гангр. 6; Антиох. 5; Лаодик. 58; Карфаг. 10, 62.)

Толкование

Настоящее правило не позволяет священнослужителям литургисать или крестить без разрешения и согласия местного епископа в комнате и домовой церкви (т. е. в помещении, предназначенном для молитвы, но неосвященном), потому что это – незаконное собрание и отпадение от епископа. Они должны делать это с его согласия и позволения. Тот же, кто не соблюдет этого, да будет извержен[235].

Согласование

Двукратный собор в 12-м правиле приводит настоящее правило дословно, подтверждая его и прибавляя, что иереям, которые должны совершать литургию в домовых церквах, подобает получать разрешение от архиерея. Если же кто-либо, не будучи назначен им и не получив от него разрешения, дерзнет там литургисать, то да будет извержен, а миряне, бывшие с ним в общении, – отлучены.

Правило Лаодик. 58, говорящее, что архиерею или иерею не должно совершать литургию в домах, не противоречит настоящему правилу, поскольку говорит не о домовых церквах, о которых идет речь в настоящем правиле, а просто о домах, т. е. о домах обычных. В них совершать литургию без великой нужды запрещено[236].

Кроме того, 59-е правило настоящего VI Вселенского собора извергает тех клириков, которые совершат крещение в чьем-либо молитвенном доме, а не в соборной церкви, и извергает мирян, принявших в этом участие[237].

Прочти также толкование Апост. 31.

Правило 32

До нашего сведения дошло, что в армянской стране совершители бескровной жертвы приносят на святой трапезе только вино, не смешивая его с водой, и ссылаются на учителя Церкви Иоанна Златоуста, который в толковании на Евангелие от Матфея (Беседа 82) говорит: «Почему по воскресении Господь пил не воду, а вино? Для того, чтобы с корнем исторгнуть другую лукавую ересь. Поскольку некоторые употребляют в таинствах воду, то Господь, показывая, что Он употреблял вино и тогда, когда таинство преподал, и тогда, когда по воскресении без таинства предлагал обыкновенную трапезу, говорит: От плода лознаго (Мф. 26:29). Виноградная же лоза производит вино, а не воду»238. Вследствие этого они [приносящие одно вино] думают, что этот учитель отвергает необходимость присоединения воды в священном жертвоприношении.

Чтобы отныне ими не владело неведение, мы раскрываем мысль этого отца православно. Поскольку тогда существовала древняя лукавая ересь гидропарастатов, которые в своем жертвоприношении вместо вина употребляли только воду, то этот богоносный муж, опровергая беззаконное учение этой ереси и показывая, что они идут против апостольского предания, составил вышеприведенную речь. И своей Церкви, пастырское руководство которой было ему вверено, Златоуст передал повеление всякий раз, когда надлежит совершать бескровную жертву, присоединять воду, указывая этим на соединение крови и воды, которые истекли из честнόго ребра нашего Искупителя и Спасителя Христа Бога ради оживотворения всего мира и искупления грехов. И во всех Церквах, где просияли духовные светила, соблюдается этот Богом данный чин. И Иаков, брат по плоти Христа Бога нашего, первый, кому был вверен престол Иерусалимской Церкви, и Василий, епископ Кесарийской Церкви, слава которого распространилась по всей вселенной, в преподанном нам письменно чине таинственного священнодействия повелели составлять священную чашу на Божественной литургии именно из воды и вина. И преподобные отцы, собравшиеся в Карфагене, определенно сказали об этом: «В святом таинстве да не приносится ничего кроме Тела и Крови Господней, как и Сам Господь заповедал, т. е. хлеба и вина, смешанного с водой».

Итак, если какой-либо епископ или пресвитер поступает не по переданному от апостолов чину и приносит пречистую жертву, не соединяя воду с вином, да будет извержен как несовершенно возвещающий таинство и вводящий новшество в Предание.

Толкование

Настоящее правило устраняет неправильный обычай, который распространился в армянской стране, т. е. обычай литургисать на одном вине, не соединяя его с водой по Преданию Церкви. Поскольку же делающие так приводили в оправдание такого обычая свидетельство из толкования Иоанна Златоуста на Евангелие от Матфея и считали, что этот божественный отец словами «Господь и прежде воскресения, и после воскресения использовал вино» отвергает необходимость соединения воды с Тайнами, то из-за этого их ошибочного понимания отцы Собора показывают истинный смысл слов святого. По той причине, говорят они, что существовала древняя ересь так называемых гидропарастатов[239], которые использовали в Божественном священнодействии только воду, а не вино, божественный Златоуст произнес такое слово, чтобы опровергнуть эту ересь и не принимать этот лукавый обычай гидропарастатов. Сам Златоуст через свою Божественную литургию заповедал Церкви Константинополя в бескровной таинственной жертве смешивать воду с вином для изображения крови и воды, которые излились из честнόго ребра Господа, повешенного на кресте, ради оставления грехов и оживотворения всего мира, по евангельскому изречению: Один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода240 [241].

He только Златоуст, но и Иаков, брат Божий и первый Иерусалимский иерарх[242], и Василий Великий в чине своих литургий заповедали наполнять святой потир вином и водой, а кроме них – и отцы Карфагенского собора в 44-м правиле, которое и приводится дословно. Итак, архиерей или иерей, не смешивающий по апостольскому преданию при Божественном священнодействии воду с вином, да будет извержен, поскольку тем самым он делает таинство Божественной евхаристии несовершенным и опровергает Предание.

Прочти также Апост. 3.

Правило 33

Поскольку мы узнали, что в армянской стране принимаются в клир только лица из священнического рода, в чем видно стремление следовать иудейским обычаям, и что некоторые из них и без пострижения поставляются в священные певцы и чтецы Божественного храма, то мы решили: отныне желающим возвести кого-либо в клир не позволяется обращать внимание на происхождение производимого, но им должно, испытав, достойны ли они быть причисленными к клиру, по принятым в священных правилах определениям производить таких в церковных служителей, происходят ли они от посвященных предков или нет. Но и читать с амвона Божественные словеса народу по чину причисленных к клиру не позволено вообще никому, кроме тех, кто получил священническое посвящение и благословение от своего пастыря в соответствии с правилами. Если же кто-либо будет уличен в том, что поступает вопреки предписанному, да будет отлучен.

(Апост. 77; VII Всел. 14; Лаодик. 23; Карфаг. 22.)

Толкование

И это правило исправляет жителей армянской страны, которые не только принимали в клир лишь происходивших из священнического рода (следуя обычаю иудеев, которые принимали в священство только происходивших из колена Левия), но и поставляли певцов и чтецов в Церкви без хиротесии архиерея. Впредь повелевается не смотреть на то, происходит ли тот, кого собираются рукополагать, из священнического рода или нет, но испытывать, поистине ли он достоин быть принятым в клир. Кроме того, никому не разрешается провозглашать с амвона Божественные слова народу[243], пока не получит от архиерея каноническое посвящение во чтеца. Тот же, кто поступит вопреки установленному, должен быть отлучен.

Согласование

Правило VII Всел. 14 также запрещает кому-либо без хиротесии епископа читать с амвона, хотя бы он был и монахом. А правило Карфаг. 22 запрещает чтецам после чтения кланяться народу. Правило Лаодик. 23 говорит, чтобы чтецы не носили орарь, когда читают.

Прочти также Апост. 77.

Правило 34

Священное правило ясно возвещает и то, что заговор или составление тайных сообществ, как преступление, и внешними законами совершенно воспрещается, гораздо же более следует запрещать быть этому в Церкви Божией. Поэтому мы усердно стремимся соблюдать следующее: если окажется, что какие-либо клирики или монахи устраивают заговор, или составляют тайные общества, или строят козни епископам или соклирикам, да будут совсем лишены своего сана.

(Апост. 31; IV Всел. 18; Двукрат. 13–15; Антиох. 5; Карфаг. 10, 62.)

Толкование

Это правило совершенно одинаково с правилом IV Всел. 18, поэтому прочти его толкование в своем месте.

Смотри также толкование Апост. 31.

Правило 35

Да не будет позволено вовсе никому из митрополитов после смерти епископа, подвластного его престолу, отнимать или присваивать имущество епископа или его церкви, но до поставления другого епископа пусть оно хранится у клира церкви, предстоятелем которой был почивший. Разве только в этой церкви не останется клириков, – тогда имущество будет сохранять в целости митрополит, с тем чтобы передать все епископу, который будет рукоположен.

(Апост. 40; IV Всел. 22; Антиох. 24; Карфаг. 30, 89.)

Толкование

He позволяется, говорит настоящее правило, никакому митрополиту, когда умрет какой-либо его епископ, расхищать или присваивать имущество или епископа, или его епископии, но пусть имущество сохраняют клирики епископии, пока не появится новый епископ. Если же случится, что в этой епископии не останется клириков, тогда сберегать имущество в целости и сохранности должен будет митрополит, пока не отдаст епископу, который впоследствии будет рукоположен. Смотри также Апост. 40.

Правило 36

Возобновляя законоположение 150 святых отцов, собравшихся в этом богохранимом и царствующем граде, и 630, собравшихся в Халкидоне, определяем, чтобы Константинопольский престол пользовался равными преимуществами с престолом древнего Рима и в церковных делах был возвеличен подобно ему, будучи вторым после него; а следующим после него пусть числится престол великого града Александрии, после – Антиохийский, а после него – престол града Иерусалима.

(Апост. 34; II Всел. 3; IV Всел. 28.)

Толкование

Настоящее правило[244] восстанавливает правило II Всел. 3 и IV Всел. 28, в которых говорится о преимуществах Константинопольского престола, и определяет, что он должен пользоваться равными и одинаковыми преимуществами с Римским престолом и столь же великим положением в церковных делах, будучи вторым после него только по порядку. Третьим же является Александрийский предстоятель, четвертым – Антиохийский и пятым – Иерусалимский, причем в указанной последовательности они мыслятся и называются только ради того, что это необходимо при перечислении.

Прочти указанные выше правила и I Всел. 6, а также примеч. 17, в котором мы упоминаем о пяти патриархах.

Правило 37

В разные времена происходили варварские нашествия, и множество городов из-за этого оказалось в руках беззаконных, так что предстоятель такого города не мог по совершении над ним рукоположения занять свой престол, утвердиться на нем в священническом назначении и затем по установившемуся обычаю совершать рукоположения и делать и предпринимать все, что подобает епископу. Ввиду этого мы, охраняя честь священства и уважение к нему и желая, чтобы нападение язычников ни в коем случае не наносило ущерба церковным правам, постановили: если кто рукоположен таким образом и по указанной причине не вступил на свои престолы, то не считать это поводом для обвинения. А посему совершать им рукоположения различных клириков согласно канонам, пользоваться властью председательства в соответствии со своим положением, и всякому исходящему от них распоряжению быть твердым и законным. Ибо вынужденность обстоятельств и ограниченность исполнения акривии не могут ограничить право управления.

(Апост. 36; Анкир. 18; Антиох. 17, 18.)

Толкование

Настоящее правило определяет: поскольку некоторые архиереи после хиротонии не смогли отправиться на свои кафедры и в свои епископские области[245] из-за того, что те были захвачены в результате варварских нашествий, постольку мы, заботясь о сохранении почтения и уважения к архиерейскому сану и не допуская, чтобы варварское пленение создавало препятствие для соблюдения церковных прав, определяем, чтобы рукоположенные таким образом и не имевшие возможности из страха перед варварами утвердиться на своих кафедрах, беспрепятственно совершали хиротонии различных клириков своей епископской области, даже будучи вдали от нее (см. также примеч. 1 к Антиох. 16), в соответствии с постановлениями правил. Определяем также, чтобы эти архиереи имели честь и власть председательства сообразно со своим положением, т. е. местом, отведенным их епископской области, например первым, или вторым, или третьим и т. д., и чтобы все, что они будут совершать по праву архиерейства, т. е. как архиереи, было твердым и законным[246]. Хотя акривия (которая заключается в том, что архиереи должны отправляться на свои кафедры и там совершать перечисленные действия) пострадала из-за затруднительных обстоятельств и варваров, но пределы управления из-за этой временной необходимости не должны страдать, т. е. архиереи все же должны совершать такие действия на своих кафедрах, пусть и вдали от них.

Прочти также Апост. 36.

Правило 38

Правило, принятое нашими отцами, сохраняем и мы, а оно определяет так: если царской властью был основан город или будет основан после, то и распределение церковных дел должно следовать гражданским и государственным постановлениям.

(IV Всел. 17.)

Настоящее правило тождественно правилу IV Всел. 17, поэтому смотри его толкование в своем месте.

Правило 39

Наш брат и сослужитель Иоанн, предстоятель острова Кипра, из-за варварских нашествий, а также с целью освободиться от рабства язычников и свободно подчиниться скипетру христианнейшей власти, промышлением человеколюбивого Бога и старанием христолюбивого и благочестивого нашего императора переселился вместе со своим народом с названного острова в Геллеспонтскую митрополичью область. Мы в свою очередь постановляем, чтобы сохранялись неизменными привилегии, предоставленные престолу упомянутого мужа богоносными отцами, ранее собравшимися в Эфесе, и чтобы новый Юстинианополь имел права Константинополя и поставляемый для него боголюбезнейший епископ стоял во главе всех епископов Геллеспонтской митрополичьей области и принимал рукоположение от своих епископов в соответствии с древним обычаем, ибо и богоносные наши отцы постановили соблюдать обычаи каждой Церкви. А епископ города Кизика пусть подчиняется предстоятелю названного города Юстинианополя, по примеру всех прочих епископов, подвластных упомянутому боголюбезнейшему предстоятелю Иоанну, который, когда повелит нужда, пусть рукополагает и епископа того же самого города Кизика.

(Апост. 34; I Всел. 6, 7; II Всел. 2, 3; III Всел. 8; IV Всел. 28; VI Всел. 36; Антиох. 9.)

Толкование

Во времена императора Юстиниана II Кипрский архиепископ Иоанн, удалившись из своей митрополичьей области вместе с народом, пришел в митрополичью область Геллеспонта (согласно Вальсамону, Геллеспонт представляет собой восточные земли, простирающиеся от Абидоса, т. е. восточной крепости с внешней стороны, до Фракии, а согласно Хрисанфу, Геллеспонт – это пролив, простирающийся от Тенедоса до Каллиуполя). Архиеп. Иоанн сделал это как по причине варварских набегов, так и потому, что, Промыслом Божиим и заботой императора освободившись от варварского пленения, подчинился римской власти. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы сохранялись все преимущества, дарованные Кипрскому предстоятелю правилом III Всел. 8, и этот новый Юстинианополь имел права Константинополя (т. е. чтобы он тоже был автокефальным, подобно Константинополю, или чтобы Геллеспонтская митрополичья область подчинялась Кипру точно так же, как Асийский, Понтийский и Фракийский диоцезы подчинены Константинопольскому предстоятелю, о чем мы сказали в IV Всел. 28). Настоящее правило также определяет, чтобы архиепископ Юстинианополя принимал рукоположение от своих епископов, согласно древнему обычаю, и чтобы митрополит города Кизика подчинялся ему, равно как и все епископы на Кипре, и, когда повелит нужда, принимал от него рукоположение[247].

Прочти также III Всел. 8.

Правило 40

Поскольку прилепляться к Богу, удаляясь от житейского волнения, весьма спасительно, то мы не должны без испытания, несвоевременно принимать избирающих монашеское житие, но должны и с ними поступать по преподанному нам отцами правилу: обет жизни по Богу необходимо принимать как уже твердый и происходящий от свободной воли и рассуждения тогда, когда разум достигнет совершенной зрелости. Итак, намеревающийся принять на себя иго монашества да не будет моложе 10 лет, причем во власти предстоятеля испытывать и такого, не полезнее ли для него продлить срок вступления в монашескую жизнь и утверждения в ней. Хотя Василий Великий в своих священных правилах законополагает добровольно посвящающую себя Богу и любящую девство причислять к чину дев по исполнении ей 17 лет, однако мы по аналогии с тем, что сказано о вдовах и диакониссах, указали иной возраст для избравших монашеское житие. Ибо у божественного апостола предписано избирать в Церкви вдову 60 лет (1Тим. 5:9). И священные правила позволили рукополагать диакониссу в 40 лет, поскольку приняли во внимание, что Церковь Божественной благодатью стала сильнее и продвигается далее, и что верные в соблюдении Божественных заповедей тверды и непоколебимы. Это в полной мере заметили и мы и соответственно вынесли определение, скоро запечатлевая того, кто намерен приступить к подвигам по Богу, благословением благодати, словно некоей печатью. Тем самым мы побуждаем его не медлить долго и не уклоняться, но всего более увещеваем его к избранию добра и утверждению в нем.

(I Всел. 19; IV Всел. 15; VI Всел. 14; Карфаг. 6, 51, 135; Василия Велик. 18, 24.)

Толкование

Тех, которые хотят стать монахами или монахинями, не следует, согласно настоящему правилу, принимать без испытания и в неподходящее время, вопреки правилу, преподанному нам божественными отцами (а особенно Василием Великим). Обет, который таковые будут давать Богу, следует принимать, как надежный и исходящий от их собственной воли, тогда, когда способность их разума к рассуждению достигнет совершенства[248], как говорит Василий Великий в 18-м правиле249, а особенно в 15-м правиле из пространно изложенных250.

Итак, намеревающийся стать монахом должен быть не моложе 10 лет, однако во власти архиерея испытать его и увеличить срок испытания (в соответствии с природным благоразумием испытуемого), если архиерей сочтет это полезным. Хотя Василий Великий в упомянутом 18-м правиле определяет причислять к лику дев девицу старше 16 или 17 лет, мы, по примеру постановления о вдовах и диакониссах, сократили до 10 лет указанные Василием 16 и 17 лет. Апостол определяет, чтобы вдова избиралась, т. е. причислялась к Церкви, в возрасте не менее 60 лет, а отцы IV Вселенского собора говорят в 15-м правиле, что диаконисса принимает рукоположение в 40 лет[251], ибо они видят, что Церковь Божия благодатью Божией преуспевает, а христиане проявляют твердость в хранении Божественных заповедей. Так же и мы, хорошо понимая это, установили настоящее правило, запечатлевая на нежной душе того, кто собирается начать монашеские духовные подвиги, благословение Божественной благодати, как некую печать, и научая его в этом правиле не тому, чтобы он долгое время пренебрегал деланием добродетели, но, напротив, тому, чтобы быстрее избрал благую часть.

Правило Карфаг. 6 говорит, что дев должен посвящать Богу только епископ. 51-е правило того же Собора гласит, что епископ должен еще и заботиться о них, а в его отсутствие заботиться о них должен пресвитер.

Правило 41

Желающим в городах или селах удаляться в затвор и внимать себе в уединении должно прежде вступать в монастырь, обучаться отшельническому образу жизни, в течение трех лет в страхе Божием повиноваться начальнику обители и во всем, как подобает, оказывать послушание. И когда они таким образом показывают свое произволение вести отшельническую жизнь, местный предстоятель должен испытывать и то, от всего ли сердца и добровольно ли они ей преданы. После этого в продолжение еще одного года они должны терпеливо пребывать вне затвора, чтобы их намерение обнаружилось в большей степени, ибо тогда они представят совершенное доказательство того, что стремятся к такому безмолвию не в погоне за пустой славой, но ради самого подлинного добра. Если по истечении столь продолжительного срока они не изменят своего произволения, пусть вступают в затвор и пусть им более не дозволяется оставлять это уединение когда хотят, разве только их понудит к этому общая потребность и польза или какие-то затруднительные обстоятельства, грозящие им смертью, но и в этом случае – с благословения местного епископа. А дерзающих без указанных причин выходить из мест своего пребывания должно против их желания сначала заключать в оставленном ими затворе, а потом постами и другими строгими мерами врачевать их, чтобы они знали, что, по Писанию, никто, возложивший руку свою на плуг и озирающийся назад, не благонадежен для Царствия Небесного (см. Лк. 9:62).

Толкование

Великая дерзость – едва-едва удалившись от мирской жизни, становиться отшельником и заключаться в затворе и из одной крайности устремляться к другой – из бурного моря жизни в труднопроходимое море безмолвия. Поэтому отцы в настоящем правиле определяют, что желающие удалиться в затвор должны поступать в монастырь и, после того как три года будут во всем показывать послушание игумену, должны пройти испытание у архиерея, исповедуя, что они по своей воле и от всего сердца жаждут такого отшельничества.

Вслед за этим они должны безмолвствовать вне затвора один год, чтобы представить еще большее удостоверение в том, что не ради суетной славы, но только ради блага безмолвия они желают такой жизни. И если после всего этого они остаются тверды в том же помысле и желании, то пусть удаляются в затвор и пусть им более не будет позволено выходить из него когда захотят, разве только ради общей пользы народа и ввиду смертельной опасности. Но и тогда пусть выходят с благословения и позволения местного епископа. А если они выйдут не по этим причинам, то должно и против их воли вновь заключать их в затвор и наказывать постами и прочими лишениями, для того чтобы они поняли, что, как сказал Господь, всякий, кто возлагает руку свою на плуг, т. е. начинает жительство по Богу, а потом возвращается к мирской жизни, не может свободно войти в Царствие Небесное.

Правило 42

Относительно так называемых пустынников, которые, облекаясь в черные одежды и отпуская волосы, обходят города, вращаются среди мирских людей и бесчестят свой обет, определяем: если они хотят после пострижения волос принять монашеский образ (σχήμα) пo примеру прочих монахов, то помещать их в монастырь и причислять к братии. Если же не пожелают этого, то совсем изгонять их из городов, и пусть живут в пустынях, по названию которых они и прозвище себе придумали.

Толкование

Поскольку в древности множество обманщиков, которые называли себя пустынниками, в черной одежде и с отпущенными волосами скитались по городам среди мужчин и женщин, позоря монашеское звание, то настоящее правило определяет: если бы такие захотели постричь волосы, как прочие монахи, живущие в монастырях[252], и жить в монастыре, то это было бы хорошо; а если не хотят, то должно и вовсе изгонять их из городов. И пусть они отправляются жить в пустыни, по названию которых ложно, а не истинно назвали себя пустынниками.

Правило 43

Позволительно христианину избрать подвижническую жизнь и, оставив многомятежную бурю житейских дел, вступить в монастырь и принять пострижение в монашеский образ, даже если он был уличен в каком бы то ни было грехопадении. Ибо Спаситель наш Бог сказал: Приходящего ко Мне не изгоню вон (Ин. 6:37). А поскольку монашеское жительство запечатлевает образ (στηλογραφούσης) жизни в покаянии, то мы одобряем искренно присоединяющегося к такому жительству; и каким бы ни был его нрав, он не воспрепятствует ему в исполнении его намерения.

(Двукрат. 2.)

Толкование

Как видно, некоторым желающим вести монашескую жизнь препятствовали в этом, вероятно, из-за совершенных ими грехов. Поэтому настоящее правило определяет, что всякому христианину (имеется в виду – свободному, а не подвластному; см. также Апост. 82) позволяется отрекаться от мира и идти в монастырь, чтобы принять постриг[253], хотя бы он совершил и величайший грех. Ведь Сам Господь сказал: «Не прогоню того, кто идет ко Мне». Жизнь монахов запечатлена покаянием, как в чертах памятника запечатлено то, что он изображает. Поэтому мы благосклонны к тем, кто избирает покаяние, и радуемся с ними, и никакая причина (имеется в виду грех, а не зависимое положение) не воспрепятствует таким людям в исполнении их намерения.

Правило Никифора 25 говорит еще, что если кто-либо в болезни просит монашеской схимы, то нужно дать ему ее без промедления и не препятствовать действию на него благодати. To же самое говорят и Вальсамон, и Симеон Фессалоникийский. Однако никто не должен становиться монахом без старца, который примет его в послушание, по Двукрат. 2.

Правило 44

Монах, обличенный в блудодеянии или приводящий женщину для брачного общения и сожительства, да будет подвергнут епитимиям, положенным по правилам для блудников.

(IV Всел. 16; Анкир. 19; Василий Велик. 6, 18–20, 60.)

Толкование

Если монах, определяет настоящее правило, будет обличен в том, что он совершил блуд или женился, то да будет под епитимией как блудник, а именно семь лет, в соответствии с правилами, причем беззаконное сожительство прежде должно быть расторгнуто. А под «правилами» имеется в виду правило Василия Велик. 19.

Прочти также IV Всел. 16[254].

Правило 45

Поскольку нам стало известно, что в некоторых женских монастырях тех, кому предстоит сподобиться священного монашеского образа, приводящие их сначала наряжают в разнообразные шелковые одежды и даже надевают на них усыпанные золотом и камнями украшения, а затем, когда они подойдут к алтарю, снимают с них этот пышный наряд, и тотчас же им преподается благословение монашеского образа и их облекают в черное одеяние, то мы определяем, чтобы отныне и впредь этого не было. Ибо неблагопристойно, чтобы та, которая по собственному произволению уже отвергла житейские удовольствия, с усердием приступила к жительству по Богу, в мыслях своих непоколебимо утвердилась в нем и затем вступила в монастырь, из-за этого тленного и преходящего украшения вновь приводила себе на память то, что уже предала забвению. Это приводит ее в сомнение и смущает ей душу, захлестывая, словно волнами, и бросая то в одну, то в другую сторону. От этого случается также, что она подчас и слезы не проронит, никак не выразив внешне своего сердечного сокрушения; а если, как и следовало, прослезится на мгновение, то видящий это сочтет, что причиной тому – не стремление к поприщу подвига, а оставление мира и того, что в мире.

(Карфаг. 135.)

Толкование

Настоящее правило воспрещает женщинам, которым предстоит принять монашеский постриг, наряжаться в шелковые одежды и украшаться различными украшениями из золота и драгоценных камней и в таком наряде приближаться к святому алтарю храма в женском монастыре, там снимать с себя эти суетные одеяния, тут же надевать черные монашеские одежды и получать благословение монашеского образа. Если женщина по собственному произволению уже отвергла всякое житейское наслаждение, возлюбила жительство по Богу, непоколебимостью мысли подтвердила это свое произволение и затем, не колеблясь, вступила в монастырь, не пристало ей из-за этих украшений вновь вспоминать то, что она прежде отвергла и забыла[255]. И не в этом лишь дело, но и в том, что из-за этих украшений ее душа может прийти в смятение: словно волны, нахлынут на нее мирские представления, так что не позволят и слезу проронить во время пострига (и тем самым показать сокрушение сердца). А если она и проронит случайно малую слезу, то видящие подумают, что это случилось не столько из-за того, что она удостоена ангельского образа, сколько из-за того, что оставила мир и все, что в мире.

Правило 46

Женщины, избирающие подвижническую жизнь и зачисляемые в монастырь, пусть совсем не выходят из него, а если какая-то совершенно необходимая нужда заставит их, то пусть делают это по благословению и поручению настоятельницы. Но и тогда пусть выходят не одни, не сами по себе, а с какими-либо старицами и первенствующими в монастыре, по заповеди игумении. Ночевать же вне монастыря им совсем не позволяется. Также и мужчины, проходящие монашескую жизнь, могут выходить, когда заставляет необходимость, по благословению того, кому вверено начальство. А нарушающие вынесенное нами ныне определение, будь то мужчины или женщины, да подвергнутся соответствующим епитимиям.

(VI Всел. 47.)

Толкование

Отцы настоящего Собора требуют, чтобы монахини вообще не выходили из своих монастырей, а если их будет заставлять сделать это какая-либо неизбежная нужда, то пусть выходят по благословению и с разрешения настоятельницы, но и тогда не одни, а вместе с другими, старицами по возрасту и рассуждению. Ночевать же вне своих монастырей им совершенно не позволяется. И монахи подобным образом, когда заставляет необходимость, пусть выходят из своего монастыря по благословению игумена. Те же, кто поступает иначе, мужчины ли то или женщины, пусть подвергаются подобающей епитимии, которую назначит игумен или игумения.

Согласование

Василий Великий (120-е правило из кратко изложенных) также предписывает монаху никуда не ходить без разрешения предстоятеля256. А тот, кто выйдет из монастыря, не получив благословения, должен быть отлучен от причастия (епитимия 12)257. Даже для посещения родственников монахи не должны удаляться от братии и вести жизнь, никем не засвидетельствованную (32-е правило из пространно изложенных)258. А 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» идет дальше и предписывает епископу проявить предусмотрительность и позаботиться о том, чтобы ни монахи, ни монахини совсем не выходили из своих монастырей и не скитались по городам, но исполняли необходимые дела через осведомителей и апокрисиариев, оставаясь в своих монастырях (Фотий. Тит. 11, гл. 4).

Правило 47

Пусть ни женщина не ночует в мужском монастыре, ни мужчина в женском. Ибо верные должны удаляться от всякого преткновения и соблазна и благоустроять свою жизнь так, чтобы благочинно и непрестанно служить Господу259. Если же кто-либо поступит вышеупомянутым образом, то, клирик ли он или мирянин, да будет отлучен.

Толкование

Настоящее правило определяет, чтобы вообще никакая женщина не ночевала в мужском монастыре и, наоборот, никакой мужчина не ночевал в монастыре женском. Все христиане не должны вводить людей в соблазн и вызывать у них подозрение, но обязаны проводить свою жизнь благообразно и угождая Господу, тем более это следует соблюдать монахам. А если женщины ночуют в мужском монастыре и, напротив, мужчины – в женском, то это служит соблазном для них самих, ибо разжигает природный огонь вожделения и в тех и в других, а кроме того, соблазняет посторонних, поскольку наводит их на неуместные подозрения против монашествующих.

Тот, кто так поступит, должен быть отлучен, клирик ли он или мирянин.

Правило 48

Жена возводимого на епископскую кафедру, по общему согласию прежде разлучившись со своим мужем, после хиротонии его в епископа пусть вступит в монастырь, построенный далеко от места пребывания этого епископа, и остается на попечении епископа. Если же окажется достойной, то пусть будет возведена и в достоинство диакониссы.

Толкование

Настоящее правило предписывает, чтобы жена того, кому предстоит стать архиереем, сначала разлучалась с ним по обоюдному согласию. И после того как он будет рукоположен, вступала в монастырь, далеко отстоящий от его епископской области, т. е. становилась там монахиней[260], однако о необходимом для ее жизни должен заботиться этот епископ (если, конечно, она лишена средств).

Все это предписано для того, чтобы они не видели друг друга, не вспоминали постоянно прежнего времяпрепровождения и совместной жизни и, следовательно, не разжигались плотской страстью. А если жена достойна, то пусть становится и диакониссой.

Прочти также Апост. 5, VI Всел. 12 и примеч. 251 (к VI Всел. 40).

Из этого правила Властарь делает верный вывод о том, что и жены умерших иереев не должны вступать во второй брак.

Правило 49

Возобновляя и это священное правило, определяем, чтобы однажды освященные по изволению епископа монастыри всегда оставались монастырями, и принадлежащие им вещи сохранялись за монастырем, и чтобы впредь эти монастыри уже не могли быть мирскими жилищами, и вообще никто не мог отдавать их мирским людям. Но если доныне это случалось, то мы определяем, чтобы это ни в коем случае не имело силы и чтобы с настоящего времени покушающиеся делать это подлежали епитимии по правилам.

(IV Всел. 24; VII Всел. 13.)

Толкование

Настоящее правило возобновляет правило IV Всел. 24, излагая его дословно, поэтому смотри его толкование в своем месте. Здесь к нему прибавлено лишь, что никто (т. е. ни клирик, ни мирянин, ни монах) не может передавать монастыри мирским людям (с той целью, разумеется, чтобы они управляли ими)[261]; и если это до сих пор происходило, то отныне и впредь происходить не должно.

Правило 50

Никто вообще, будь он из мирян или клириков, отныне да не играет в кости, если же кто-либо будет уличен в том, что так делает, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

(Апост. 42, 43.)

Толкование

Отцы настоящего Собора запрещают играть в кости, или карты, или шашки, или другие подобные игры, – всем мирянам и клирикам. Тот же, кто после этого правила станет играть в них, если он клирик, должен быть извержен, а если мирянин – отлучен.

Смотри также Апост. 42.

Правило 51

Святой Вселенский собор совершенно запрещает устраивать так называемые мимические представления, а кроме того, зрелища звериной травли и пляски на сцене. Если же кто-либо пренебрежет настоящим правилом и предастся чему-то из этого запрещенного, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

(VI Всел. 24, 62, 66; Карфаг. 17 (18), 70 (72).)

Толкование

Настоящее правило совершенно запрещает выступления так называемых мимов, которые, иногда подражая жестам арабов, иногда армян, а иной раз – рабов, иногда даже осыпая друг друга пощечинами, всем этим возбуждают в зрителях безудержный смех. А зрелища звериной травли[262] заключаются в том, что кто-то смотрит, как звери, например львы, или медведи, или какие-то другие дикие животные, дерутся или растерзывают осужденных на смерть людей. Великая жестокость и грубость – наблюдать за столь страшным кровопролитием и смеяться. Кроме того, правило запрещает танцы и непристойные песни (λυγίσματα)263 мужчин или женщин на сценах. A сцена (σκηνή) – это шатер, в котором устраивали разные представления и разыгрывали роли или «кто-нибудь показывал сценическое искусство», как говорит Фотий в 21-й гл. 13-го тит. Следовательно, и актерами (σκηνικοί) называются те, которые исполняют роль то господ, то слуг, то кого-нибудь другого. Тот же, кто пренебрежет настоящим правилом и увлечется подобного рода зрелищами, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Прочти также 24-е правило того же VI Вселенского собора.

Правило 52

Во все дни поста святой Четыредесятницы, кроме субботы, воскресенья и святого дня Благовещения, да совершается священная Литургия Преждеосвященных Даров.

Толкование

Дни святой Четыредесятницы – это дни скорби и сокрушения, а приношение совершенной жертвы Богу, и особенно в дни памяти святых, большинство считают поводом для торжества, радости и праздника, почему имеют обыкновение вместе веселиться в эти дни. Скорбь же и радость противоположны друг другу. Из-за этого настоящее правило предписывает в седмичные дни Четыредесятницы совершать Литургию Преждеосвященных Даров[264], иначе говоря, второе приношение совершенной и принесенной жертвы. В субботы же и воскресенья, как дни более радостные и непостные, – равно как и в день Благовещения, поскольку он является началом и главизной нашего спасения, а следовательно, праздником и торжеством, – правило позволяет приносить совершенную жертву и служить полную литургию.

Согласование

Согласно с настоящим правилом говорит и правило Лаодик. 49, определяя, чтобы в дни Четыредесятницы не приносился хлеб, т. е. не служилась полная литургия, разве только в субботу и воскресенье. Кроме того, 51-е правило того же Собора запрещает совершать память и праздновать дни рождения мучеников в постные дни Четыредесятницы, а позволяет только в субботы и воскресенья. Вальсамон в толковании правила Лаодик. 51, а также Властарь в гл. 5 буквы «Т» говорят, что и поминовения усопших не должны совершаться в другие дни Четыредесятницы, кроме субботы[265], подобно тому как определяют это и уставы. Смотри также Апост. 69.

Правило 53

Родство пo духу больше союза по телу, а мы узнали о случаях, когда некоторые становятся восприемниками детей от святого и спасительного крещения и после этого вступают в брачное сожительство с их матерями, когда те овдовеют. Поэтому мы определяем: с настоящего времени ничего подобного не делать. Если же кто-либо после настоящего правила будет уличен в том, что так поступает, такой прежде всего да оставит это беззаконное супружество, а потом да будет подвергнут и епитимиям блудников.

Толкование

Настоящее правило запрещает восприемнику ребенка при святом крещении брать в жены его мать-вдову, поскольку родство по духу, в силу которого они, восприемник и его кума, становятся духовными братом и сестрой, – больше родства по плоти (больше не по количеству степеней, ибо плотское родство супругов запрещается только до третьей степени по прямой линии, но по качеству и отношению; см. гл. 8 «Учения о браках»). А те люди, которые дерзнут так поступить, прежде всего должны расторгнуть этот противозаконный брак, а затем понести за него каноническую епитимию как блудники.

To же самое, что говорит настоящее правило о восприемничестве, следует соблюдать при усыновлении, совершенном через обряд и с чтением священных молитв, согласно 24-й новелле Льва Мудрого.

Правило 54

Поскольку Божественное Писание ясно нас научает: He входи ни к какому своему родственнику no плоти с тем, чтобы открыть срам его (см. Лев. 18:6), то богоносный Василий, хоть и перечислил в своих правилах некоторые из запрещенных браков, но большую часть обошел молчанием, и тем и другим доставив нам пользу. А именно, отвергнув множество постыдных наименований, чтобы этими словами не осквернить речи, он обозначил нечистоты общими наименованиями, через которые указал нам на беззаконные браки в целом. Но поскольку из-за этого умолчания и недостаточно ясного различия между беззаконными браками естество смешивало само себя, мы решили сказать об этом предмете более открыто.

Определяем отныне, что заключающий брак со своей двоюродной сестрой, или отец и сын с матерью и дочерью, или отец и сын с двумя девами-сестрами, или мать и дочь с двумя братьями, или два брата с двумя сестрами, подпадают под семилетнюю епитимию, разумеется, после их отстранения от противозаконного сожительства.

Толкование

Божественное Писание ясно учит нас: «Человек, не бери в общение брака никакого сродника по плоти», и Василий Великий, упомянув это изречение в 87-м правиле, перечислил в своих правилах отдельные виды запрещенных браков (например, в 76-м правиле он говорит о женитьбе на собственной невестке, в 78-м – о женитьбе на двух сестрах, в других правилах – о других браках) и умолчал о большинстве из них, как о постыдных, чтобы их наименованиями не осквернять речь. Он собирательно, неясно обозначил все беззаконные браки общим названием нечистоты (а те слова, которые Собор приписывает Василию, он взял, как сам он говорит, из Божественного Писания, именно у божественного Павла, который говорит: А блуд и нечистота не должны даже именоваться у вас266 – и т. д.).

Но поскольку из-за этого умолчания природа людей подвергалась родственному кровосмешению, постольку мы даем более ясное определение об этом в настоящем правиле: отныне и впредь если кто-нибудь возьмет в жены свою двоюродную сестру, или если отец и сын возьмут мать и дочь или двух сестер, или два брата возьмут мать и дочь или двух сестер, то все они должны вначале расторгнуть это незаконное сожительство и затем в течение семи лет нести каноническую епитимию. А Василий Великий в 68-м правиле в общем определяет, что брак, заключенный при запрещенном родстве, подпадает под каноническую епитимию прелюбодеев, т. е. 15-летнюю (см. также «Учение о браках»).

Правило 55

Поскольку мы узнали, что жители города Рима в святой пост Четыредесятницы постятся по субботам вопреки Церковному Преданию, святой Собор решил, чтобы и в Римской Церкви ненарушимо соблюдалось правило, гласящее: «Если будет обнаружено, что какой-либо клирик постится в день Господень или в субботу (за исключением лишь одной субботы), – таковой да будет извержен. А если мирянин, то да будет отлучен».

Толкование

Настоящий Собор этим правилом запрещает древним римлянам поститься (т. е. или совершенно ничего не вкушать, или поститься до девятого часа с сухоядением) по субботам святой Четыредесятницы (потому что в эти дни разрешается вино, елей и ракообразные) и определяет, что и в Риме следует сохранять ненарушимым 64-е правило святых апостолов, которое Собор и приводит дословно. Прочти его толкование[267].

Правило 56

Подобным образом мы узнали, что в армянской стране и других местах по субботам и воскресеньям святой Четыредесятницы некоторые едят яйца и сыр. Потому решено и то, чтобы Церковь Божия по всей вселенной, следуя единому чину, совершала пост и воздерживалась как от всего закалаемого, так и от яиц и сыра, которые есть плод и произведение того, от чего мы воздерживаемся. Если же кто-либо не будет этого соблюдать, то, если они клирики, да подвергаются извержению, а миряне – отлучению.

Толкование

Очевидно, христиане, жившие в Армении, слыша, что апостольское правило запрещает поститься в субботу и воскресенье, и не разумея правильно этих слов, по субботам и воскресеньям Четыредесятницы ели сыр и яйца. Поэтому Собор настоящим правилом определяет, что вся Христова Церковь по всей вселенной должна сохранять один и тот же чин: в дни Четыредесятницы поститься (разрешая только на вино, елей и ракообразных)[268] и равно воздерживаться как от закалаемых животных[269], так и от сыра и яиц, которые являются плодом и продуктом этих животных. А те, которые не сохранят этого, если они клирики, да будут подвергнуты извержению, а если миряне – отлучению. Прочти также Апост. 64 и 69.

Правило 57

О том, что не должно приносить в алтари мед и молоко.

(Апост. 3.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не должно приносить в святой алтарь на святую трапезу молоко и мед, согласно с правилом Апост. 3, толкование которого и прочти. Настоящее правило также улучшает и исправляет правило Карфаг. 44, определяющее приносить подобное по некоторому местному обычаю.

Правило 58

Никто из числа мирян да не преподает себе Божественные Тайны, когда есть епископ, или пресвитер, или диакон. Тот же, кто на что-либо такое отваживается, как поступающий против предписанного на одну неделю да будет отлучен, научаясь тем самым не думать о себе более, нежели должно думать (Рим. 12:3).

Толкование

Тот мирянин, который сам себя причащает Божественных Таин без необходимости (имеется в виду – когда есть епископ, или пресвитер, или диакон, согласно Зонаре), поступает самонадеянно и присваивает себе вопреки законам достоинство священства. Ибо право причащать дано иереям, а не мирянам, почему настоящее правило дерзающего делать так несмотря на то, что есть иерей, и отлучает от Церкви на одну неделю, ради того чтобы этот человек, по слову апостола, научился не думать о себе больше, чем должно думать[270].

Правило 59

В молельне внутри жилища да не совершается крещение вовсе, но намеревающиеся удостоиться пречистого просвещения пусть приходят в кафолические церкви и там сподобляются этого дара. Если же кто-либо будет уличен в том, что не хранит наших определений, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило предписывает совершать крещение не в молельне внутри жилища, но в кафолических и, следовательно, освященных церквях. Тот же, кто не будет соблюдать этого, если он клирик – да будет извержен, а если мирянин (имеется в виду участник такого крещения) – да будет отлучен.

Смотри также Апост. 31[271].

Правило 60

Поскольку апостол возглашает, что соединяющийся с Господом есть один дух с Господом (1Кор. 6:17), то очевидно, что и усваивающий себя врагу становится едино с ним по причине соединения. Итак, тех, которые притворяются беснующимися и лицемерно из-за порочности нравов изображают их, решено наказывать всяческими способами и подвергать их таким же лишениям и трудам, каким по справедливости подвергались бы подлинно бесноватые ради освобождения от действия демона.

Толкование

Некоторые люди из-за порочности нрава и ради денег притворяются одержимыми, подражают беснующимся в жестах и беспорядочных движениях, скитаются по городам, доставляют людям беспокойство и становятся посмешищем. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы такие подвергались всяческим епитимиям и подпадали под столь суровые меры наказания и столь великие труды, под какие подпадают действительно беснующиеся, чтобы с их помощью освободиться от демона, которому и эти притворно беснующиеся усвоились и с которым стали едино, как и прилепляющийся и усваивающийся Господу становится одним духом с Ним, по словам Павла.

Вальсамон говорит, что притворяющихся бесноватыми многие патриархи и архиереи в разные времена связывали цепями и заключали в темницы.

Смотри также Апост. 79.

Правило 61

Обращающиеся к прорицателям, или так называемым стоначальникам и тому подобным, чтобы те открыли им все, о чем они хотят узнать, да подлежат шестилетней епитимии, по недавним определениям о них отцов. Той же епитимии должны подвергаться и те, которые водят медведиц или подобных животных на забаву и к вреду простецов и в своих обольстительных пустых речах возвещают о счастье, судьбе, родословии и множестве подобных вещей, а также так называемые облакогонители, колдуны, филактеры и прорицатели. Упорствующих же в этом, и не исправляющихся, и не избегающих этих пагубных языческих занятий определяем совсем извергать из Церкви, как повелевают и священные правила. Ибо что общего у света с тьмою? – как говорит апостол. Или какая совместность храма Божия с идолами? Или какое соучастие верного с неверным? Какое согласие между Христом и Велиаром? (2Кор 6:14–16).

Толкование

Христианам не следует заниматься ничем из того, чем занимались язычники, т. е. предсказаниями, ворожбой и прочим тому подобным. Поэтому настоящее правило определяет, чтобы шесть лет воздерживались от Божественных Таин те христиане, которые обращаются к прорицателям[272] и так называемым стоначальникам[273] или другим подобным людям с целью узнать от них о чем-то сокрытом (т. е. о деньгах или о чем-либо потерянном). Таким образом наказали их и предшествующие отцы. Как и всех вышеперечисленных, правило наказывает шестилетней епитимией и тех, которые водят с собой медведиц[274] или других подобных животных для забавы и во вред простым людям или же предсказывают людям судьбу, говорят о том, что их ждет в жизни, о том, в хороший или плохой день они родились, и произносят другие вводящие в заблуждение слова. Точно так же оно наказывает и тех, кого называют облакогонителями[275], колдунами[276], филактерами[277] и прорицателями, – все они должны понести назначенное наказание, если покаются и оставят свои гибельные, диавольские и языческие занятия. Если же упорствуют в этом пороке и заблуждении и не отказываются от него, то должно совершенно изгонять их из Церкви Христовой и отлучать от собрания христиан, как определяют и божественные правила. Ибо, как говорит Павел, что общего у света с тьмою? Какое единство у храма Божия с алтарем идолов? Какое соучастие верного с неверным? Какое согласие у Христа с диаволом?

Следует отметить, что епитимия, которую налагает это правило, дается только мирянам, – и тем, которые сами занимаются перечисленными нами выше диавольскими и колдовскими делами, и тем, которые обращаются к таким людям. А клирики-священнослужители, которые сделают нечто подобное, несомненно, подвергаются извержению, по Вальсамону и Зонаре[278].

Согласование

Гадающих, следующих эллинским обычаям, приводящих волшебников[279] в свои дома для того, чтобы они обнаружили чары, которыми их кто-то якобы околдовал, отцы Анкирского собора в 24-м правиле наказывают пятилетней епитимией, а Василий Великий в 83-м правиле – шестилетней. Ему и последовал этот Собор, назвав «предшествовавшими отцами» Василия и отцов Собора в Анкире. А правило Лаодик. 36 явно изгоняет вон из Церкви носящих обереги и запрещает клирикам и иереям становиться волшебниками, или чародеями[280], или числогадателями[281], или астрологами, или делать обереги. В словах «как священные правила повелевают» Собор подразумевает главным образом упомянутое правило Лаодик. 36, но, может быть, и те, о которых скажем сейчас. Правило Григория Нис. 3 определяет, что тех, которые ходят к колдунам и прорицателям, нужно хорошо расспрашивать, и если они, вынуждаемые какими-то невыносимыми обстоятельствами, проявили малодушие и были введены в заблуждение этими людьми, то нужно наказывать их снисходительней, как и отрекшихся от Христа под пытками. Если же они поступили так потому, что презрели веру Христову и не поверили, что Христос есть Бог, сильный освободить их от всякого зла и несчастья, то должны быть наказаны как добровольно отрекшиеся от Христа, а именно: всю жизнь они не могут приобщаться (разве что при кончине), должны быть отлучены от Церкви и молиться только в стороне от всех, как указывает тот же Григорий Нисский во 2-м правиле. Кроме того, правило Василия Велик. 7 на отравителей[282] налагает ту же епитимию, что и на христиан, принесших жертву идолам и, следовательно, отлученных от христианской Церкви. Тот же Василий в 65-м правиле тех, кто исповедуется в совершённом колдовстве или отравлении, наказывает епитимией, предписанной совершившим умышленное убийство, а в 72-м правиле так же наказывает обратившихся к прорицателям.

Правило 62

Так называемые календы, воты и врумалии и совершаемое в 1-й день месяца марта празднество желаем навсегда искоренить из жительства верных; но еще более того – всенародные пляски женщин, которые могут стать причиной великого вреда и пагубы. Также пляски и обряды, совершаемые мужчинами или женщинами по некоему старинному и чуждому христианского жития обычаю во имя тех, которых язычники ложно именуют богами, отвергаем и определяем: из мужчин никому не одеваться в женскую одежду и никому из женщин – в одежду, приличествующую мужчинам; также не носить комических, или сатирических, или трагических масок; не возглашать имени мерзкого Диониса, когда давят виноград в точилах, и в то время, когда вино вливают в бочки; не разражаться по невежеству или легкомыслию смехом, что есть действие бесовской прелести. Тех, которые отныне, зная об этих запретах, покусятся совершать что-либо из упомянутого, если они клирики, повелеваем извергать, а если миряне – отлучать.

Толкование

Календами называются первые дни каждого месяца, которые обычно торжественно отмечали язычники, ради того чтобы проводить весь месяц в радости[283], а воты и врумалии были языческими праздниками. Воты, что значит «скот и овцы», отмечались в честь бога Пана, которого греки считали хранителем овец и прочих домашних животных, а врумалии – в честь Диониса, носившего у греков прозвище «Вромий», от слова βρόμος, что означает «шум и гром»284. Римляне называли Диониса Врумалий, т. е. «шум», а праздник – врумалии, во множественном числе. Это то же самое, что и дионисии, как их называли греки.

Правило предписывает совсем удалить из жизни христиан подобные языческие праздники, равно как и празднество, совершаемое в 1-й день марта (вероятно, ради хорошей погоды). He должны допускаться ни прилюдные хороводы женщин, ни празднества и пляски мужчин и женщин в честь языческих ложных богов. Кроме того, правило постановляет, чтобы ни мужчина не носил женскую одежду, ни женщина – мужскую, а также чтобы они не надевали на себя личины и маски комические – возбуждающие смех, или трагические – вызывающие плач и слезы, или сатирические – маски собственно сатиров и вакхов. Сатиры и вакхи, как исступленные и бесноватые, совершали пляски в честь Диониса285. Правило также постановляет, чтобы никто не призывал имени мерзкого Диониса (который считался подателем и хранителем вина) в то время, когда давят виноград в точилах, и не смеялся и не хохотал, когда новое вино вливают в бочки. Таким образом, тот, кто отныне и впредь, зная об этом, сознательно примется за какое-либо из упомянутых демонских и языческих дел, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Согласование

Заметь, что и Бог во Второзаконии (Втор. 22:5) запрещает женщине носить мужскую одежду, а мужчине женскую: Пусть не будет платья мужского на женщине и не облачится мужчина в одеяние женское, потому что мерзостъ для Господа Бога твоего всякий делающий это. Гангрский собор не позволяет женщине носить мужские одежды даже ради мнимого подвижничества: делающую это он предает анафеме в 13-м правиле.

Прочти также 24-е правило настоящего Собора.

Правило 63

Подложные жития мучеников, составленные врагами истины для того, чтобы обесславить Христовых мучеников и привести слушателей к неверию, повелеваем не обнародовать в церквах, но предавать огню. Принимающих же их или внимающих им как истинным – анафематствуем.

Толкование

Неверные и враги истины, желая обвинить христиан, сочинили рассказы о том, как Христовы мученики говорили и делали, по-видимому, нечто смешное и нелепое. Тем самым они намеревались и мучеников оскорбить, и веру православных осмеять. Поэтому настоящее правило предписывает не оглашать прилюдно подобные лживые сочинения, но сжигать их. Принимающие же их за истинные да будут преданы анафеме[286]. Смотри также Апост. 60.

Правило 64

О том, что не должно мирянину всенародно произносить речь или учить, тем самым присваивая учительское достоинство, но он должен подчиняться оставленному Господом установлению и отверзать слух получившим благодать учительского слова и у них обучаться божественному. Ибо в единой Церкви Бог сотворил разные члены, по изречению апостола (1Кор. 12:27), истолковывая которое, Григорий Богослов ясно показывает их чин[287]: «Да почтим и сохраним этот чин, братия! Один пусть будет ухом, а другой – языком, один – рукой, а другой – чем-либо иным, один пусть учит, а другой учится». И немного далее: «И учащийся да будет в повиновении, и раздающий да раздает с веселием, и служащий да служит с усердием. He всем быть языком, к чему мы более всего устремляемся, не всем – апостолами, не всем – пророками, не всем – истолкователями»288. И несколько далее: «Для чего делаешь себя пастырем, будучи овцой? Для чего становишься головой, когда ты нога? Для чего берешься предводительствовать войском, когда ты поставлен в ряду воинов?»289 И в другом месте: «Премудрость повелевает: «Не будь поспешен на словах290, не равняйся с богатым, будучи беден (Притч. 23:4), не стремись быть мудрее мудрого"»291.

Если же кто-либо будет уличен в нарушении настоящего правила, пусть его отлучат на 40 дней.

Толкование

Настоящее правило запрещает мирянину как учителю давать наставления открыто в церквах и повелевает ему лучше самому учиться у тех, кто получил дарование учительства, потому что как в одном теле есть различные члены, по словам Павла, так и в одной Церкви есть люди разного чина, кому какой даровал Бог. Поэтому Григорий Богослов, толкуя это речение апостола (в слове «О соблюдении доброго порядка в собеседовании»), говорит, что один в Церкви – ухо, другой – язык, третий – рука, четвертый – какая-нибудь другая часть тела, и что не все язык, т. е. учителя, не все апостолы, не все пророки. Ты же, человек, будучи овцой, зачем делаешь себя пастырем? Будучи ногой, зачем делаешься главой? Будучи солдатом, для чего пытаешься стать полководцем, т. е. предводителем солдат? Еще и Соломон говорит: «Не будь легок на слова и, будучи нищим, не стремись превосходить богатых, не старайся стать мудрее мудрых». Тот же, кто поступит вопреки этому правилу, да будет отлучен на сорок дней.

Впрочем, если какой-либо мирянин будет искусен в слове и благочестив в поведении, ему не запрещается отвечать на вопросы и учить наедине, как говорит Зонара и как сказано в 32-й гл. 8-й кн. «Апостольских постановлений»292. Ведь написано: Будут все научены Богом293. Так и Аполлос говорил и учил о Господе, несмотря на то что знал только крещение Иоанна (Деян. 18:25), и Акила с Прискиллой, точнее научившие пути Божию того же Аполлоса (там же).

Правило 65

Повелеваем впредь никому не разжигать в новолуния перед своими лавками или домами костров, через которые иные, по некоему древнему обычаю, безумно отваживаются еще и перепрыгивать. Поэтому тот, кто сделает что-либо такое, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен. Ибо в 4-й книге Царств написано: «И сотворил Манассия жертвенник всему воинству небесному на двух дворах дома Господня, и проводил детей своих через огнь, и ворожил, и волхвовал, и завел чревовещателей, и умножил число ведунов, и умножил дела лукавые пред Господом, чтобы прогневать Его» (см. 4Цар. 21:5–6).

Толкование

Поскольку некоторые христиане в подражание язычникам зажигали перед своими лавками и домами костры и через них прыгали, то этот Собор извергает тех клириков и отлучает тех мирян, которые впредь будут так делать. Если такие языческие обычаи подвигали Бога на возмущение и гнев, когда их соблюдали несовершенные иудеи, то гораздо более они раздражают Его тогда, когда их соблюдаем мы, совершенные христиане и ученики Евангелия. Желая показать это, Собор говорит: «Царь Манассия сделал жертвенник, т. е. принес жертвы воинству и силе небесной, а именно звездам (особенно Луне, как написано у Иеремии: Кадить царице неба (т. е. Луне) и возливать ей возлияния294), посреди двух дворов храма, и проводил своих детей через огонь, и ворожил (ἐκληδωνίζετο) [295], и волхвовал[296], и завел многих чревовещателей и ведунов[297], и сотворил лукавое перед Господом, и прогневал Его». Отметь, что слова «проводил детей своих через огонь» Собор понял здесь в том смысле, что Манассия заставлял своих детей прыгать через костер, а Кирилл Александрийский в толковании на книгу Исаии объяснил, что он совершил всесожжение, принеся своих детей в жертву демонам298.

Правило 66

Всю седмицу от святого дня Воскресения Христа Бога нашего до Недели Новой верные непременно должны проводить время в святых церквах в псалмах и славословиях и песнопениях духовных299, радуясь и празднуя во Христе, внимая чтению Божественных Писаний и наслаждаясь Святыми Тайнами: тем самым мы будем воскресать и возвышаться со Христом. Поэтому в названные дни да не совершаются никогда конные ристания или другое народное зрелище.

Толкование

Поскольку вся Светлая седмица считается одним днем, который назван Господним, то настоящее правило определяет, что всем христианам подобает эту неделю пребывать в церквах, радуясь и празднуя Воскресение Господа в псалмах, гимнах и духовных песнях, внимая словесам Божественных Писаний и причащаясь Божественных Тайн, потому что таким образом мы будем воскресать и возвышаться со Христом[300]. Поэтому в эти дни пусть не будет конских бегов или какого-либо другого народного зрелища, т. е. непристойной игры, или плясок, или состязаний, или иного подобного увеселения.

Смотри также Апост. 9 и VI Всел. 24.

Правило 67

Божественное Писание заповедало нам воздерживаться от крови, удавленины и блуда (Быт. 9:3–4Лев. 17 и 18:13; Деян. 15:28–29). Поэтому тех, кто ради сластолюбивого чрева с помощью некоего искусства готовит в пищу кровь какого бы то ни было животного и затем ест ее, мы наказываем подобающим образом. Итак, если кто-либо отныне начнет каким бы то ни было образом есть кровь животного, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило повелевает, чтобы ни один христианин не ел крови никакого животного, с каким бы искусством и каким бы способом она ни была приготовлена, даже если она соединена с другой пищей, т. е. даже если это суджук или что-то другое. Ведь и Божественное Писание Ветхого и особенно Нового Завета определенно повелело христианам воздерживаться от крови, удавленины и блуда (и идоложертвенного). А того, кто будет есть кровь, если он клирик, пусть извергнут, а если мирянин – пусть отлучат.

Прочти и Апост. 63.

Правило 68

О том, что книги Ветхого и Нового Завета, святых и признанных наших проповедников и учителей вообще никому не позволяется портить, или разрезать, или отдавать книготорговцам, или так называемым мироварам, или кому бы то ни было другому для уничтожения, если только они не повреждены молью, или водой, или чем-либо другим и не стали совершенно непригодными. Уличенный же отныне в том, что делает нечто подобное, да будет отлучен на год; равным образом и покупающий названные священные книги, если он не держит их у себя для собственной пользы и не отдает другому, чтобы тот пользовался ими с благой целью и хранил их, но принимается их портить, да будет отлучен.

Толкование

He позволено, говорит настоящее правило, никому портить или разрезать[301] книги Писания Ветхого и Нового Завета и признанных учителей, т. е. одобренных и признанных после испытания (ибо многие написали книги, но были отвергнуты и осуждены), или отдавать их для уничтожения книготорговцам, а именно тем, кто стирает написанное в них или как-то иначе портит книги, или продавцам благовоний, или кому-либо другому. Исключение составляет случай, когда они совершенно изъедены червями или сгнили и буквы в них стерлись от давности, так что их невозможно читать[302]. Тот же, кто сделает что-либо подобное, пусть будет отлучен на один год. Равным образом должен быть отлучен и тот, кто купит названные священные книги не для того, чтобы самому получать пользу от их чтения, и не для того, чтобы отдать их другому для его пользы, но для того, чтобы их испортить.

Правило 69

Да не будет позволено никому из числа мирян входить в священный алтарь, хотя по некоторому древнейшему обычаю это отнюдь не возбраняется царской власти и могуществу, когда та захочет принести дары Сотворившему.

Толкование

Святой алтарь предназначен для посвященных, поэтому настоящее правило запрещает входить в него какому-либо мирянину, за исключением царя, но и ему позволяет не как мирянину, а как тому человеку, который наделен властью и могуществом и есть помазанник Божий. Ему разрешается по древнейшему обычаю входить в алтарь, когда он хочет принести дары сотворившему его Богу и причаститься[303].

Согласование

Поэтому правило Лаодик. 44 и запрещает женщинам входить в алтарь. А 1-е правило патриарха Николая ради уважения к монашескому образу разрешает тем монахам, которые не повинны ни в каком преступлении, входить в святой алтарь, чтобы зажигать лампады или свечи. Кроме того, св. Никифор в своем 15-м правиле говорит, что монахини могут входить в святой алтарь для того, чтобы возжигать лампады и свечи, украшать и подметать его. Однако если кто-то еще не монах, а только послушник, то он не должен входить в алтарь, как говорит Вальсамон в толковании 1-го правила Николая, которое и прочти.

Правило 70

Да не будет позволено женщинам говорить во время Божественной литургии, но, по слову ап. Павла, да молчат, ибо не позволено им говорить, а быть в подчинении, как и закон говорит. Если же они хотят чему научиться, пусть спрашивают о том дома у мужей своих (1Кор. 14:34–35).

Толкование

Настоящее правило запрещает женщинам говорить во время Божественной литургии (несомненно, и во время всех собраний верных, бывающих в церкви). Они должны молчать, как пишет Павел, потому что им не позволено говорить, а заповедано подчиняться и слушать, как и в законе Моисеевом сказано о женщине: К мужу твоему (будет) обращение твое, и он будет обладать тобою (Быт. 3:16). Если же они хотят узнать что-либо, пусть спрашивают об этом дома у своих мужей. To же самое определяют и «Апостольские постановления» (кн. 3, гл. 6)304. И один внешний мудрец говорит: «Женщину украшает молчание»305[306].

Правило 71

Изучающим гражданские законы не должно следовать языческим обычаям: ходить в театры, или устраивать так называемые килистры, или одеваться в необычные для всех одежды, – ни в то время, когда приступают к занятиям, ни в то время, когда заканчивают их, ни в продолжение всего этого обучения. Если же кто-нибудь отныне дерзнет сделать это, да будет отлучен.

Толкование

Как у безрассуднейших из афинских мудрецов было в обыкновении – о чем пишет Григорий Богослов в надгробном слове Василию Великому – сражаться со своими противниками, захватывать города и дороги и делать другие подобные вещи, принятые у молодых софистов307, так и христиане, изучавшие гражданские законы, следовали этим языческим обычаям и на зрелищах состязались за то, кому из них выпадет первенство, устраивали так называемые килистры[308] или носили необычную одежду. Настоящее правило запрещает им делать все это и тогда, когда они приступают к изучению законов, и тогда, когда находятся в середине обучения, и тогда, когда заканчивают его. А тот, кто впредь сделает это, да будет отлучен.

Правило 72

Да не позволяется ни православному мужчине жениться на женщине-еретичке, ни православной женщине сочетаться браком с мужчиной-еретиком, а если выяснится, что кто-либо совершил нечто подобное, то брак нужно считать недействительным и беззаконное сожительство расторгать, ибо не следует смешивать несмешиваемое и сочетать волка с овцой и жребий грешников с частью Христовой. Если кто-нибудь преступит определенное нами, да будет отлучен. Но если некоторые, пребывая еще в неверии и не будучи причислены к пастве православных, сочетались друг с другом законным браком, потом же один, избрав благо, прибегнул к свету истины, тогда как другой предпочел быть связанным узами заблуждения, а не устремить взор к божественным лучам (причем неверующая согласна жить с верующим или, наоборот, неверующий с верующей), да не разлучаются, по словам божественного апостола: Ибо неверующий муж освящается женою верующею, и жена неверующая освящается мужем верующим (1Кор. 7:14).

(IV Всел. 14.)

Толкование

Настоящее правило определяет, что не позволено православному мужчине брать в жены еретичку или православной женщине выходить замуж за еретика. Если кто-нибудь и совершит это, брак да будет недействителен и противозаконное сожительство да будет расторгнуто, потому что не подобает соединять волка с овцой и жребий грешников и еретиков с частью Христа и православных. Тот же, кто нарушит настоящее правило, да будет отлучен[309]. Однако если при вступлении в брак оба супруга пребывали в неверии и придерживались одного заблуждения, потом же один из них обратился ко Христу, а другой остался во тьме неверия, – тогда, если неверующая половина согласна жить с верующей, пусть не разлучаются, как говорит Павел и как сказано в правиле Василия Велик. 9. Во-первых, потому, что освящается и неверующий муж, когда живет с верующей женой, и неверующая жена, когда живет с верующим мужем, a во-вторых, потому, что благодаря такому сожительству, может быть, и другая половина придет к благочестию. Почему ты знаешь, жена, не спасешь ли мужа? Или ты, муж, почему знаешь, не спасешь ли жены? (1Кор. 7:16). Смотри также IV Всел. 14.

Правило 73

Поскольку животворящий Крест явил нам спасение, необходимо нам со всем усердием стараться воздавать должную честь тому, через что мы были спасены от древнего греха. Поэтому, и умом, и словом, и чувством совершая ему поклонение, мы повелеваем всеми способами изглаживать сделанные кем-либо изображения креста на земле, чтобы на знамение нашей победы не наступали и тем самым не бесчестили его. Итак, отныне напечатлевающих на земле изображения креста определяем отлучать.

Толкование

Животворящим Крестом мы были спасены[310] и освобождены от рабства греху, поэтому нам должно (как говорит настоящее правило) стараться воздавать ему подобающую честь и поклонение (также и умом), вспоминая о том, скольких благ мы благодаря ему сподобились, и словом, рассказывая об этом другим и вознося благодарение распятому на нем Христу, и чувством, прикладываясь к нему и почитая его, когда видим. Поскольку же некоторые простецы изображают честной Крест повсюду, даже на поверхности земли, якобы из благоговения и с тем, чтобы воздать ему бόльшую честь, то Собор предписывает изглаживать знак креста, если он будет найден начертанным на земле, чтобы победное знамение нашего спасения не топтали и тем самым не бесчестили[311]. Те же, которые с этих пор будут изображать крест на земле, да подвергаются отлучению.

Правило 74

He должно в домах Господних, или в церквах, устраивать так называемые агапы: есть в храме и устраивать застольные ложа. Дерзающие же делать это или пусть прекратят, или пусть будут отлучены.

Толкование

Настоящее правило дословно совпадает с правилом Лаодик. 28, которое запрещает христианам устраивать агапы (т. е. трапезы, совершаемые из любви и приводящие сотрапезников к любви и единству) в домах Господних, или в церквах, а также приготовлять в них мягкие и высокие ложа, которые называются латинским словом accubita (застольные ложа), от глагола accumbo или accubo, означающего в латинском «возлежать за столом», потому что христиане ели, возлежа на них[312]. Осмеливающиеся же на это или пусть прекратят, или пусть будут отлучены. Необходимо отметить, что, как считает Вальсамон, под домами Господними в этом правиле подразумевается всякое место, посвященное Господу, в том числе и притвор, а под церквами – собственно храм. Поэтому союз «или» он принимает не за пояснительный, как говорит Зонара, а за разделительный, так что, по его мнению, никому не должно есть не только внутри церквей, но и в церковных притворах.

Согласование

Подобным образом и правило Карфаг. 49 запрещает епископам, клирикам и мирянам устраивать трапезы в церквах, разве только кому-нибудь во время путешествия по необходимости придется поесть. Еще обрати внимание: хотя эти правила и запрещают устраивать агапы в церквах, однако они не запрещают устраивать их в обыкновенных домах. Поэтому правило Лаодик. 27 постановляет, чтобы священнослужители и миряне по чревоугодию не уносили с собой никакой пищи, когда их приглашают на такие агапы. Правило Гангр. 11 анафематствует тех, кто презирает устраивающих такие агапы (разумеется, вне церкви) и в честь Господа приглашающих братьев и, уничижая все это, не хочет ходить на них. 76-е правило настоящего VI Вселенского собора отлучает тех, кто продает вино и пищу или другие предметы внутри священных оград. Кроме того, правило VI Всел. 97 клириков, проживающих в священных местах, извергает, а мирян – отлучает. 88-е правило того же Собора клириков, вводящих в священный храм животное, извергает, а мирян – отлучает, за исключением случаев, если они сделали это по великой нужде.

Смотри также примеч. к VI Всел. 83.

Правило 75

Мы желаем, чтобы приходящие в церкви петь не испускали бесчинных воплей, не принуждали свое естество к крику и не добавляли ничего неприличного и несвойственного Церкви, но с великим вниманием и умилением возносили псалмопения Богу, взирающему на сокровенное. Ибо священное слово учило сынов Израилевых быть благоговейными (Лев. 15:31).

Толкование

Совершаемое в церквах псалмопение есть воззвание к Богу для умилостивления Его за наши грехи. Призывающий же и молящийся должен иметь расположение смиренное и сокрушенное, а если кто-то кричит, то это выражает дерзость и отсутствие благоговения. Поэтому настоящее правило повелевает, чтобы поющие в церквах не принуждали свое естество к громкому крику, а также не произносили ничего неприличного Церкви. Что же неприлично Церкви? Толкователь Зонара отвечает, что это по-женски вычурные напевы и переливы звуков (иначе говоря, множество теретизмат313 и чрезмерная пестрота мелодий, которая сближает их с блудными песнями). Настоящее правило повелевает устранить все это из Церкви, а поющим – с великим вниманием приносить псалмопения Богу, Который более взирает на сокровенное сердца, т. е. на псалмопение и молитву, совершаемые умом в сердце, чем на внешние возгласы. Потому и священное слово книги Левит учит сынов израилевых быть благоговейными перед Богом[314].

Согласование

Говорит также и прор. Давид: Пойте разумно315. Толкуя это речение, Василий Великий (правило 279 из кратко изложенных) говорит: «Разумение слов Священного Писания подобно различению качества снедей, которые вкушают уста, поскольку, согласно книге Иова, гортань распознает вкус пищи, ум же разбирает слова (см. Иов. 12:11). Итак, если чья-то душа распознаёт смысл каждого слова, как вкус различает качество каждой снеди, то такой человек исполняет эту заповедь Давида»316. Тот же Василий Великий добавляет (правило 281 из кратко изложенных): «Тот, кто идет петь в церковь без желания, пусть или исправится, или будет изгнан»317. Он же говорит, что если будет много певцов (правило 307 из кратко изложенных), пусть приступают к псалмопению поочередно318, т. е. понедельно. Правило Лаодик. 15 постановляет, чтобы в церкви никто другой не пел, кроме певцов, состоящих в клире и поющих по книгам, т. е. кроме поющих по кожаной или бумажной певческой книге. А 23-е правило того же Собора говорит, чтобы певцы не носили орарь, когда поют. В промежутках между пением псалмов должно быть и чтение (или молитва), согласно 17-му правилу того же Собора[319].

Правило 76

Нельзя внутри священных оград устраивать корчму, или предлагать изделия из ароматических веществ (ἀρωμάτων) [320], или продавать что-нибудь другое, так как должно сохранять почтение к церквам. Спаситель наш и Бог, жительством во плоти поучая нас, велел не делать до́ма Отца Его домом торговли. Он и деньги меновщиков рассыпал и прогнал тех, кто делал храм обыкновенным местом (Ин. 2:16). Поэтому если кто-нибудь будет уличен в названном преступлении, да будет отлучен.

Толкование

Господь сказал иудеям: Написано: дом Мой назовется домом молитвы (см. Лк. 19:46Ис. 56:7), а вы сделали его вертепом разбойников (см. Иер. 7:11). Чтобы это страшное слово не было обращено и к верным, отцы этим правилом запрещают устраивать харчевни, т. е., согласно Зонаре, продавать вино, ракию или какую-либо пищу или даже, согласно Вальсамону, ароматические вещества или другие предметы внутри священных оград, т. е. рядом с божественными храмами и церквами и в их дворах, чтобы сохранять почтение к ним.

Поэтому и Господь, наставляя нас, сказал, чтобы мы не делали дома Отца Его домом торговли. Он и разбросал пенязи (т. е. мелкие монеты) меновщиков и изгнал бичом тех, кто делал священное место обыкновенным.

Тот, кто совершит названное преступление, да будет отлучен[321].

Прочти также VI Всел. 74.

Правило 77

He должно посвященным, или клирикам, или монахам мыться в бане вместе с женщинами, и вообще никакому христианину-мирянину, ибо это прежде всего вызывает нарекания со стороны язычников. Если же кто-нибудь будет уличен в этом, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило слово в слово повторяет правило Лаодик. 30, добавляя к нему только слова о епитимии. Правило говорит, что не должно священнослужителям, посвященным в алтаре, или клирикам, посвященным вне алтаря, или монахам и аскетам, или просто христианам-мирянам мыться в бане вместе с женщинами, поскольку это непристойное дело является в глазах язычников первым поводом для порицания христиан и величайшим соблазном. Апостол же повелевает, чтобы мы не подавали соблазна ни иудеям, ни эллинам, ни Церкви Божией (1Кор. 10:32). И если, как говорит Зонара, помысел приходит в смятение даже в том случае, когда кто-нибудь встретит женщину на дороге или в доме, то как не помрачится и не возбудится к вожделению ум тех мужей, которые с женщинами моются? A пo мнению Вальсамона, даже супругам не должно мыться вместе (в бане, море или реке), ведь они владеют телами друг друга для деторождения, а не для того, чтобы раздеваться и взирать на свою срамоту. Сверх сказанного в правиле Лаодикийского собора настоящее правило говорит, что тот, кого обличат в этом, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен[322].

Согласование

«Апостольские постановления» (кн. 1, гл. 9) тоже запрещают женщине мыться вместе с мужчиной323. О таком бесчинстве говорят также Епифаний (гл. о ереси 30)324 и Климент Александрийский в «Педагоге» (кн. 3, гл. 5)325.

Правило 78

Просвещаемым должно изучать вероучение и в пятый день седмицы326 давать отчет епископу или пресвитерам.

Толкование

Подобным образом и это правило слово в слово повторяет правило Лаодик. 46, которое говорит, что оглашенные, готовящиеся к просвещению и крещению (см. толкование I Всел. 14), должны во все время своего оглашения (а сколь продолжительным оно было, см. в примеч. 10 (к I Всел. 20) основательно изучать догматы православной веры и каждый четверг, согласно Зонаре, на память рассказывать о них архиерею или пресвитерам, которые проводят оглашение. Необходимо это для того, чтобы оглашенные не крестились без понимания смысла нашего таинства и чтобы по своему невежеству и неутвержденности (2Пет. 3:16) не поддавались легко на обман еретиков[327].

Согласование

Кроме того, 47-е правило того же Лаодикийского собора говорит, что крестившимся в болезни должно изучать догматы веры, когда выздоровеют.

Правило 79

Исповедуя, что Божественное рождение от Девы как бессеменное было и безболезненным (ἀλόχευτον328), и проповедуя это всей пастве, мы вразумляем тех, кто по невежеству делает нечто неподобающее. Оказалось, что некоторые после дня святого Рождества Христа Бога нашего приготовляют хлебцы из пшеничной муки и передают их друг другу под предлогом якобы чествования родов (λοχειῶν) Всенепорочной Девы Матери, поэтому мы постановляем, чтобы ничего подобного верующие не делали. Ибо описывать и представлять себе неизреченное Ее рождение по примеру того, что обычно и свойственно нам, не значит воздавать честь Деве, превыше ума и слова родившей по плоти невместимое Слово. Итак, если кто-нибудь отныне будет уличен в том, что он делает нечто подобное, то если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Некоторые христиане пo невежеству на второй день после Рождества Христова приготовляли хлебцы из пшеничной муки и другое угощение, передавали это друг другу и ели, делая так под предлогом чествования родов Богородицы (подобно тому, как существует обычай оказывать честь прочим женщинам, которые рожают естественным образом). Поэтому настоящее правило определяет, чтобы впредь христиане так не делали. Ведь то, что мы таким обычаем уподобляем неизъяснимое рождение от Приснодевы обыкновенному и убогому нашему человеческому рождению, считается не честью, а, скорее, бесчестием для Той, Которая превыше ума и слова родила во плоти невместимого для мира Бога Слова. По словам Зонары, как зачатие мы признаем бессеменным и от Святого Духа, так и рождение от Нее – превосходящим всякие роды, которые суть болезненное рождение младенца, сопровождающееся истечением крови[329].

Тот, кто будет делать воспрещаемое правилом, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Согласование

Смотри еще у св. Епифания главу о 79-й ереси (против коллиридиан), где он говорит, что некоторые женщины на квадратное ложе, покрытое полотном, кладут какой-то хлебец, а затем вкушают, делая это под предлогом поклонения Богородице Марии; сверх того они произносят еще что-то богохульное330.

Правило 80

Если епископ, или пресвитер, или диакон, или кто-либо из причисленных к клиру, или мирянин не имеет никакой настоятельной необходимости или затруднительного дела, побуждающих его долго отсутствовать в своей церкви, но, оставаясь в городе, три воскресных дня в течение трех недель не приходит в собрание, то, если он клирик, да будет извержен; если же мирянин – да будет отстранен от общения.

Толкование

Настоящее правило определяет, что тот епископ, или диакон, или вообще клирик, или мирянин, который, не имея настоятельной необходимости или затруднения, принуждающих его отсутствовать в своей церкви, но находясь в городе, три воскресенья не придет вместе с другими верными в церковь, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин, да будет отлучен. Ведь он – одно из двух – или неверный, или, если верный, пренебрегает общим славословием Бога и молитвой к Нему.

Согласование

Настоящее правило представляет собой дословную выдержку из правила Сардик. 11. Однако слова «не должно епископу, если он не имеет никакой настоятельной необходимости или затруднительного дела, надолго оставлять свою церковь» Сардикийский собор выносит отдельно, подразумевая, что епископам не следует долгое время отсутствовать в своей епископской области, а настоящий Собор, связывая эти слова с последующими, истолковал их так, что епископам не должно отсутствовать в церковном собрании верных. Слова же «оставаясь в городе, три воскресных дня» и пр. Сардикийский собор относит к мирянам, а настоящий Собор – и к епископам тоже, подобно тому как и 12-е правило того же Сардикийского собора требует, чтобы епископ, находящийся в своих поместьях, расположенных в чужой епископской области, три воскресных дня приходил с другими верными в церковь, находящуюся по соседству. Правило Гангр. 5 анафематствует того, кто пренебрегает церковью и бывающим в ней собранием верных. Подобным образом и 20-е правило того же Собора анафематствует тех, которые с надмением осуждают дни памяти мучеников и совершаемые в эти дни собрания и литургии. А 21-е правило того же Собора похваляет церковные собрания как общеполезные.

Правило 81

Мы узнали, что в некоторых местностях в Трисвятой песни после слов «Святый безсмертный» возглашается: «распныйся за ны, помилуй нас», а это древними святыми отцами как чуждое благочестию было удалено из этой песни, равно как был отринут ими беззаконный еретик, который впервые ввел этот возглас. Поэтому и мы, утверждая благочестиво законоположенное прежде нас святыми отцами, анафематствуем тех, кто позволяет уже после настоящего определения произносить этот возглас в церкви или присоединяет к Трисвятой песни что-нибудь иное. И если нарушитель этих определений – посвященный, мы постановляем лишить его звания посвященного, а если мирянин – отлучить.

Толкование

Первыми дерзнули в Трисвятой песни после слов «Святый безсмертный» сделать прибавку «распныйся за ны» Петр Гнафевс и его последователи, теопасхиты[331]. Именно эти еретики за сделанное ими прибавление были осуждены Собором, который прошел в Риме при Феликсе до V Вселенского собора, и прежде всего был анафематствован Гнафевс (см. предисловие к V Всел.). Поскольку же все еще находились некоторые последователи ереси Гнафевса, которые произносили Трисвятую песнь с этой богохульной прибавкой, то настоящий Собор анафематствует тех, кто принимает ее и присоединяет к Трисвятому либо в церкви и открыто, либо при уединенной молитве, и если это клирики, извергает их, а если миряне, отлучает.

Правило 82

На некоторых чтимых иконах начертывается агнец, на которого Предтеча указывает перстом и который был принят как образ благодати, потому что через закон предуказывал нам истинного Агнца – Христа Бога нашего. Поэтому мы, лобызая ветхие образы и тени как символы и предызображения истины, переданные Церкви, предпочитаем благодать и истину, принимая ее как исполнение закона. Итак, для того чтобы даже искусством живописания перед глазами всех изображалось совершенное, мы и определяем отныне на иконах вместо ветхозаветного агнца представлять изображение Агнца, берущего на Себя грех мира, Христа Бога нашего, в человеческом облике. Через это мы постигаем смирение Бога Слова и приводим себе на память Его жительство во плоти, Его страдания, спасительную смерть и совершившееся благодаря этому искупление мира.

Толкование

Поскольку некоторые изображают Христа как овцу и агнца, на Которого Предтеча указывает своим перстом и говорит: Вот Агнец Божий, Который берет на Себя грех мира (Ин. 1:29), то настоящее правило повелевает, чтобы впредь этого не было. Христа как совершенного человека следует изображать в человеческом образе, чтобы Его человеческий облик напоминал нам Его жительство во плоти, страдание, смерть и совершившееся благодаря этому спасение мира. Ведь мы почитаем те ветхие образы закона постольку, поскольку они предызображали истину Евангелия и благодати, и одним из таких образов был и закалаемый на Пасху агнец, служивший образом Христа, истинного Агнца, берущего на Себя грех мира. Теперь же, когда пришла сама истина и свершились сами события, их мы предпочитаем образу, их и принимаем[332].

Правило 83

Никто да не преподает Евхаристию телам умерших (τελευτώντων), ибо написано: Приимите, ядите (Мф. 26:26), а тела мертвых не могут ни принять, ни съесть.

Толкование

Это правило почти одинаково с правилом Карфаг. 25. Поскольку существовал, согласно Зонаре, древний обычай преподавать Евхаристию, т. е. Божественные Тайны, телам умерших[333], то оба правила и запрещают это, говоря, что Господь, когда давал таинственный Хлеб Своим ученикам, а через них, следовательно, и всем верным, сказал: Приимите, ядите, – а тела мертвых не могут ни принять его, ни съесть.

Никому также не подобает крестить мертвых, согласно второй части того же правила Карфаг. 25. А Златоуст (Беседа 4 на Послание к евреям) надолго отлучает от Церкви как идолослужителя того христианина, который за плату приглашает плакальщиц, чтобы они рыдали над его умершими родственниками, и не внимает вразумлениям. Отлучает также и самих плакальщиц, если они дерзнут пойти оплакивать334.

Правило 84

Следуя каноническим установлениям отцов, определяем: всякий раз, когда нет надежных свидетелей, утверждающих, что младенцы несомненно были крещены, а сами они из-за возраста не в состоянии дать надлежащим образом ответ о преподанном им таинстве, их должно беспрепятственно крестить, чтобы возникшее недоумение не лишило их такового очищения через освящение.

(Карфаг. 80.)

Толкование

Подобным образом и это правило дословно повторяет правило Карфаг. 88, вынося определение о случаях, когда не находится надежных свидетелей, чтобы засвидетельствовать, что дети крещены (например, потому, что варвары взяли детей в плен и увезли в отдаленные местности[335], а потом христиане их выкупили), и сами дети не в состоянии удостоверить в том, что они крещены, «из-за возраста», а именно из-за того, что их крестили в младенческом возрасте. Таковых детей, продолжаю, подобает без всякого препятствия крестить, чтобы сомнение в том, крещены они или нет, не лишило их очищения через омовение.

Еще смотри примеч. к Апост. 47.

Правило 85

Мы приняли сказанное в Писании: при двух и трех свидетелях утверждается всякое слово (см. Втор. 17:6). Поэтому определяем: рабы, освобождаемые своими господами, пусть принимают эту честь при трех свидетелях, которые своим присутствием придадут законность освобождению и от себя удостоверят это дело.

Толкование

Поскольку, по гражданским законам, освобождение рабов – дело, никак не оцененное, то, когда приходилось засвидетельствовать его, подобало присутствовать пятерым или более свидетелям, чтобы дело имело надежное доказательство. Но, отвергая это, настоящее правило определяет, что достаточно и всего трех свидетелей, чтобы подтвердить такое освобождение рабов, потому что само Божественное Писание говорит, что всякое слово станет, т. е. получит силу и утверждение, при двух или трех свидетелях336. Смотри и Апост. 82.

Правило 86

Тех, которые, к совращению душ, набирают и содержат блудниц, если они клирики, определяем отлучать и извергать, а если миряне – отлучать.

Толкование

Быть хозяином публичного дома, т. е. ко вреду душ набирать и содержать блудниц, чтобы получать плату за их блуд, запрещают даже гражданские законы и за это наказывают[337], а тем более – церковные правила. Поэтому и настоящее правило тех клириков, которые занимаются этим, одновременно отлучает и извергает (что является тягчайшим и двойным наказанием, так как в большинстве случаев достаточным наказанием для клириков считается только извержение из сана), а мирян отлучает.

Правило 87

Оставившая мужа – прелюбодейка, если вышла за другого, согласно священному и божественному Василию, который весьма уместно привел из пророчества Иеремии следующие слова: «Если станет женой мужу иному, да не возвратится к мужу своему, но, оскверняясь, осквернена будет» (см. Иер. 3:1), и еще: содержащий прелюбодейку – безумен и нечестив (Притч. 18:23). Поэтому если окажется, что жена без оснований ушла от мужа, то он достоин снисхождения, а она – епитимии. Снисхождение же будет оказано ему в том, что он может находиться в общении с Церковью. Но тот, кто оставляет жену, законно с ним сочетавшуюся, и приводит другую, подлежит, по слову Господа (Мф. 5:32~и 19:9; Мк. 10:11Лк. 16:18), осуждению за прелюбодеяние. Правилами наших отцов установлено, чтобы таковые год плакали, два года слушали, три года припадали и седьмой год стояли с верными и затем удостаивались причащения Святых Таин, если, конечно, со слезами покаются.

(Апост. 48; Анкир. 20; Карфаг. 113; Василия Велик. 9, 35, 37, 77.)

Толкование

Настоящее правило составлено из трех правил Василия Великого. Его начало, заимствованное из 9-го правила Василия, гласит: «Женщина, которая оставит своего мужа и выйдет за другого, – прелюбодейка. Божественный Василий сделал такое мудрое заключение из пророчества Иеремии, который говорит: «Если женщина возьмет другого мужа, то она более не может вернуться к своему первому мужу (если только он сам не желает принять ее, согласно Зонаре), поскольку она осквернилась», а также из Притч Соломона, сказавшего, что нечестив и безумен тот, кто держит в своем доме жену, совершившую прелюбодеяние с другим мужчиной». Продолжение толкуемого правила, заимствованное из 35-го правила Василия, таково: «Поэтому если окажется, что жена без основательных причин ушла от своего мужа (т. е. ушла не потому, что он совершил блуд, причем отсюда вытекает обратное: жена может уйти от мужа и по уважительной причине, а никакой другой уважительной причины, кроме блуда и прелюбодеяния, нет), то муж достоин снисхождения как невиновный в ее беспричинном уходе и может взять другую, а жена, напротив, заслуживает епитимии за прелюбодеяние как виновная в своем уходе. Снисхождение же, которое получит ее муж, состоит в том, что он может стоять вместе с верными в церкви и не отлучается, однако не причащается Божественных Таин».

Остальная часть этого правила дословно повторяет правило Василия Велик. 77. В нем говорится: «Однако тот, кто оставляет свою законную жену (притом что она не виновна в блуде) и берет другую, подлежит епитимии за прелюбодеяние, согласно словам Господа: Кто разведется с женою своею и женится на другой, тот прелюбодействует от нее338. Ho по снисхождению, если он со слезами покается, такого и подобных ему отцы (т. е. отцы Анкирского собора 20-м правилом и Василий Великий 77-м правилом) наказывают отстранением от причастия на семь лет[339], из них один год такие грешники проводят с плачущими, два – со слушающими, три – с припадающими, а на седьмой год – со стоящими вместе с верными и потом причащаются».

Прочти также толкование и примеч. к Апост. 48 и Анкир. 20[340].

Правило 88

Никто да не вводит внутрь священного храма никаких животных, разве только кто-либо остановится в храме во время путешествия, поскольку, не имея жилища и пристанища, будет стеснен величайшей нуждой. Ведь если не ввести животное внутрь, оно может погибнуть, а сам он, лишившись животного и потому не имея возможности отправиться в путь, подвергнется смертельной опасности. Ибо мы научены, что суббота ради человека (Мк. 2:27), а потому считаем, что всему должно предпочитать спасение и безопасность человека. Если же кто-то будет уличен в том, что без нужды, как сказано, вводит животных в храм, то, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Толкование

Настоящее правило запрещает кому-либо вводить в священный храм каких бы то ни было животных, ибо храмы достойны почитания и благоговения. Разве только кто-то в путешествии и при стеснительных обстоятельствах, вызванных, например, суровой зимой или проливным дождем, не имея, где укрыться, введет свое животное в храм, чтобы снаружи оно не погибло, а он сам не подвергся смертельной опасности, поскольку окажется не в состоянии отправиться в дальнейший путь пешком и претерпит скорби, не находя способа приобрести другое животное. Правило приводит и свидетельство из Писания, которое говорит: Суббота ради человека. А понимать это можно двояко: или в том смысле, что как суббота предназначена законом для того, чтобы отдохнули раб и подъяремное животное человека и благодаря этому отдыху могли служить своему хозяину, таким же образом и этот отдых животного в храме бывает не ради животного, но ради человека, которому оно принадлежит. Или в том смысле, что как требование оставлять все дела в субботу ослаблялось ради того, чтобы напоить животных (Лк. 13:15) или, например, достать их из ямы, куда они упали в субботу, и чтобы после этого они работали на человека, так и требование почитать храм ослабляется ради спасения человека, имеющего животное. Если же кто-то без такой нужды введет какое-либо животное в храм, то, если он клирик, пусть будет извержен, а если мирянин – отлучен.

Прочти и VI Всел. 74.

Правило 89

Проводя дни спасительного Страдания в посте, молитве и сокрушении сердца, верные должны оканчивать пост (ἀπονηστίζεσθαι) около средних часов ночи после Великой субботы, потому что божественные евангелисты Матфей и Лука, первый изречением no прошествии субботы341, а второй – очень рано342, указывают нам на глубокую ночь.

(Дионисия Александр. 1.)

Толкование

Это правило определяет, что христианам подобает проводить всю Великую седмицу святых Страстей в посте[343], молитве и сокрушении сердца, конечно истинном, а не лицемерном (в особенности же и более всего Великий пяток и Великую субботу, в которые им следует понуждать себя совершенно воздерживаться от пищи), а около полуночи, иными словами, после полуночи между прошедшей Великой субботой и наступающим Великим воскресением, прекращать пост[344], потому что Господь уже воскрес, как показывают божественные евангелисты. В самом деле, Матфей, говоря, что женщины пришли посмотреть на гроб no прошествии субботы, показал, что прошла суббота и большая часть ночи после субботы, а Лука, в свою очередь, говоря, что они пришли очень рано, показал, что осталась бόльшая часть ночи до рассвета воскресного дня. Из свидетельств того и другого следует, что Господь воскрес около полуночи, по прошествии шестого часа и при наступлении седьмого[345].

Согласование

О времени воскресения Господа пространнее говорит 1-е правило св. Дионисия, из которого заимствовал все эти сведения и настоящий Собор. Правило св. Дионисия еще добавляет, что тех, которые разрешают пост до полуночи, мы порицаем как малодушных и невоздержных, а тех, которые терпят до рассвета, хвалим как мужественных и воздержных. Кроме того, «Апостольские постановления» (кн. 5, гл. 19) говорят, что христиане должны прекращать пост на рассвете первого дня недели (Мф. 28:1)346, т. е. в воскресенье.

Смотри также толкование и примеч. 225 (1 к VI Всел. 233) и Апост. 69.

Правило 90

Мы приняли от наших богоносных отцов каноническое предписание: почитая Воскресение Христово, не преклонять колен по воскресеньям. Поэтому, чтобы нам иметь ясное представление о том, как это надо соблюдать, четко установим для верных: после бывающего в субботу вечернего входа священнослужителей в алтарь, по укоренившемуся обычаю, никто да не преклоняет колен до следующего вечера в воскресенье, в который, вновь преклоняя колена по входе на вечерне, мы таким образом приносим молитвы Богу. Ибо, считая ночь, следующую за субботой, предвестником Воскресения нашего Спасителя, мы с этого времени начинаем духовные песнопения, а завершаем праздник в наступивший день, когда стемнеет, и таким образом, мы всю ночь и день торжествуем Воскресение.

Толкование

Поскольку мы приняли (определяет настоящее правило) от богоносных отцов I Собора, а также божественного Петра и Василия Великого347 повеление не преклонять колен по воскресеньям ради Воскресения Господа, то разъясняем верным, что мы должны прекращать коленопреклонения после входа в святой алтарь, совершаемого священниками на вечерне в субботу, и вновь начинать их после входа священников в святой алтарь, совершаемого на вечерне в воскресенье, иначе говоря, коленопреклонения прекращаются на время от одного вечера до другого. Ведь, считая следующую за субботой ночь предтечей и предвестником Воскресения Господа, мы с этого времени приступаем к воскресным песнопениям. Получается, что мы начинаем праздник с наступлением темноты в следующую за субботой ночь (которая считается воскресной), празднуем его до тех пор, пока длится свет воскресного дня, и тогда заканчиваем его, таким образом, мы торжествуем Воскресение целую ночь и целый день.

Смотри также I Всел. 20[348].

Правило 91

Жен, которые дают средства, способствующие извержению плода из чрева (ἀμβλωθρίδια), и принимают яды, убивающие утробный плод, подвергаем епитимии убийц.

Толкование

Некоторые женщины, тайно совокупляясь с мужчинами, зачинают от них и, для того чтобы не быть уличенными, выпивают какие-нибудь ядовитые напитки или съедают ядовитые травы, чем убивают зародыш в своем чреве и таким образом производят выкидыш. Поэтому настоящее правило налагает епитимию убийц как на женщин (или мужчин), которые дают такие средства, так и на женщин, которые их берут и выпивают или съедают[349].

Согласование

Василий в 8-м правиле определяет в точности то же самое. Однако как отцы в Анкире (21-е правило), так и Василий Великий (2-е правило), поступая более снисходительно, наказывают таковых не до конца жизни, но на 10 лет. Слово же ἀμβλωθρίδια, что отмечают некоторые, и особенно Свида, означает и само зелье для убиения плода, как называет его правило Анкир. 21, и зародыш, которого оно погубило. Женщины, дающие эти ядовитые травы, и женщины, принимающие их, осуждаются как убийцы и в 60-й кн. «Василик», тит. 39. To же самое говорит и Афинагор в «Апологии в защиту христиан». Смотри также Апост. 66.

Правило 92

Тех, кто похищает женщин под предлогом супружества, или помогает похитителям, или соглашается с ними, определил святой Собор, если они клирики – лишать их степени, а если миряне – предавать анафеме.

Толкование

Настоящее правило дословно повторяет правило IV Всел. 27, и потому прочти толкование там.

Правило 93

Та, которая, после того как ее муж ушел и пропал без вести, сожительствует с другим до получения известия о смерти мужа, прелюбодействует. Таким же образом и жены воинов, которые вышли замуж, потому что неизвестно, где их мужья, подлежат тому же определению, как и те, которые не дождались возвращения отсутствующего мужа. Впрочем, здесь этот поступок имеет некоторое извинение, потому что предположение о смерти мужа можно сделать скорее. А та, которая по неведению вышла замуж за покинутого на время своей женой, а потом была им оставлена, потому что к нему вернулась прежняя жена, совершила блуд, но по неведению, поэтому брак ей да не возбраняется, но лучше, если она останется так. Если же воин, жена которого из-за его долгого отсутствия сочеталась с другим мужчиной, спустя некоторое время вернется, таковой, если желает, пусть возьмет свою жену обратно, причем ей и мужчине, введшему ее в свой дом во втором браке, дается прощение ради неведения[350].

Толкование

Это правило составлено из трех правил Василия Великого. В начале его дословно повторяется 31-е правило Василия, гласящее: «Если муж какой-нибудь женщины ушел и по истечении долгого времени не вернулся, а она прежде, чем услышала и получила извещение о его смерти, вышла за другого, то эта женщина – прелюбодейка»[351]. Далее приводится дословно 36-е правило Василия: «Таким же образом и жены воинов, которые вышли замуж во второй раз, потому что не получили вестей о возвращении своих мужей, суть прелюбодейки. Однако эти жены, вышедшие замуж во второй раз, имеют некоторое извинение (т. е. большее, чем вторично вышедшие замуж жены не воинов), потому что можно предполагать, что их мужья, так как они воины и находятся на войне, скорее умерли, чем живы[352]. А та женщина, которая (эта часть правила дословно повторяет 46-е правило Василия. – Прп. Н.) вышла замуж за оставленного на время своей женой, не зная, что он был женат, а потом будет им отвергнута, потому что к нему вернулась его прежняя жена, совершила блуд, однако по неведению, – впрочем, она и не осуждается как прелюбодейка. Поэтому ей не будет возбранено взять законного мужа, если она захочет, однако лучше и надежнее, если она замуж не выйдет». Остальная часть правила – это собственное определение Собора. Если же воин, жена которого вновь вышла замуж из-за его многолетней службы на чужбине, спустя годы вернется с войны, таковой, говорю, если хочет, может взять свою жену обратно, простив как ее, так и ее второго мужа, потому что они вступили в брак, не зная, что он жив[353].

Правило 94

Приносящих языческие клятвы правило подвергает епитимиям, и мы назначаем для них отлучение.

Толкование

Языческие обычаи должны быть ненавистны христианам, поэтому настоящее правило отлучает тех христиан, которые по обычаю язычников клянутся или их лжеименными богами – «Клянусь Зевсом!», – или силами природы, например «Клянусь солнцем!», «Клянусь небом!», или чем-нибудь подобным. Так и правило Василия Велик. 81 подвергает их епитимиям. Однако Василий на 11 лет наказывает тех, которые, не будучи сильно принуждаемы мучениями, отреклись от веры, вкусили идоложертвенное и поклялись языческими клятвами, конечно, потому, что сами в них верят. А настоящее соборное правило отлучает, как говорит Вальсамон, не только их, но и христиан, не отрекшихся от веры, а клянущихся клятвами по обычаю язычников. Поэтому таковая клятва, как и всякая клятва, связанная с недозволенной религией, не соблюдается, по 19-й гл. 13-го тит. «Номоканона» Фотия.

Согласование

Христианам запрещены не только клятвы, приносимые по обычаю язычников, но и всякая клятва вообще, ибо Господь говорит, чтобы мы совершенно ничем не клялись: ни небом, ни землей, ни Иерусалимом, ни собственной головой, но вместо любой клятвы говорили только «да, да» и «нет, нет» (см. Мф 5:34–37). А все другое, что мы скажем сверх этого, – от диавола[354]. Это подтверждает брат Божий Иаков (Иак. 5:12). Ветхозаветный прор. Осия также запрещает клятвы: He клянитесь Живым Господом (Ос. 4:15). Поэтому и Василий Великий говорит в 29-м правиле, что клятва запрещена совсем, а тем более та, которая дается с целью причинить зло кому-то другому. Следовательно, тем начальникам, которые дают клятву, чтобы причинить зло подвластным и подчиненным им, он повелевает каяться в том, что они опрометчиво поклялись, и не сдерживать этих клятв, данных во зло. Кроме того, в 10-м правиле он порицает Севира, потому что тот поступил против правила и связал клятвой пресвитера Кириака, вопреки законоположению Евангелий. И это все о том, что не подобает клясться.

Тех, кто уже дал клятву и потом нарушил ее, тот же Василий Великий в 64-м правиле, не делая между такими разграничения, наказывает лишением причастия на 10 лет. А в 82-м правиле наказание на клятвопреступников налагается с разграничением: если кто-то преступил клятву под давлением и принудительно, то несет епитимию 6 лет, если же без принуждения – 7 лет. Тот же Василий в своем 28-м правиле, а также в правилах, кратко изложенных (137), говорит, что достойно смеха, если кто-то обещает Богу не есть свиного мяса или решает воздерживаться некоторое время от какого-либо иного рода пищи или питья, и что не подобает давать таких обещаний, происходящих от невежества, но употребление пищи следует считать делом безразличным355. Если же Василий в 17-м правиле позволил литургисать Вианору, который поклялся не литургисать, то он сделал это не просто, но, во-первых, потому, что Вианор дал клятву из-за насилия и неизбежной опасности, во-вторых, он позволил ему служить тайно и в другом месте, а не там, где он поклялся, и, в-третьих, Василий добавляет, что Вианор должен покаяться в том, что дал клятву.

Все посвященные и клирики, преступившие клятву, подлежат извержению, по Апост. 25, толкование которого прочти.

Правило 95

Тех из еретиков, которые присоединяются к православию и к части спасающихся, мы принимаем по следующему чинопоследованию и обычаю. Ариан, македониан, новациан, называющих себя чистыми (καθαρούς)[356] и левыми (ἀριστερούς)[357], четыренадесятников, или тетрадитов, и аполлинариан, если они дают расписки и анафематствуют всякую ересь, не мыслящую так, как мыслит святая Божия Кафолическая и Апостольская Церковь, мы принимаем, запечатлевая, т. е. помазывая, святым миром сначала чело, потом очи, ноздри, уста и уши, и, запечатлевая их, говорим: «Печать дара Духа Святаго». О павлианистах, потом обратившихся к Кафолической Церкви, вынесено постановление: непременно их перекрещивать. Евномиан же, которые крестятся однократным погружением, монтанистов, называемых здесь фригами, савеллиан, которые придерживаются мнения о сыноотечестве и иное нетерпимое творят, и все прочие ереси (поскольку здесь их много, особенно много приходящих (ἐρχόμενοι)[358] из Галатийской страны) – всех тех из них, которые желают присоединиться к православию, мы принимаем как язычников. В первый день мы делаем их христианами, во второй – оглашенными, затем на третий день заклинаем их с троекратным дуновением в лицо и в уши – и так оглашаем их, заставляем пребывать в церкви и слушать Писания и тогда уже крестим. Так же принимаем и манихеев, валентиниан, маркионитов и подобных еретиков. Несториане должны давать расписки и анафематствовать свою ересь, а также Нестория, Евтихия, Диоскора, Севира и прочих основателей подобных ересей, их единомышленников и все упомянутые выше ереси, а затем приобщаться святого причастия.

Толкование

Настоящее правило от начала и до слов «тогда уже крестим» буквально повторяет правило II Всел. 7, а слова в середине, начиная от «о павлианистах» и до «непременно их перекрещивать», – это буквальная выдержка из правила I Всел. 19, поэтому мы здесь не толкуем их снова, но смотри толкование их в своем месте. А остальная часть правила – это собственное определение настоящего Собора, гласящее, что манихеев[359], валентиниан[360] и маркионитов[361], переходящих в православие, подобает крестить, как и евномиан и монтанистов, по толкованию Вальсамона. А несториане[362], евтихиане, последователи Диоскора и севириане[363] должны письменно анафематствовать свою ересь, ересиархов и всех тех, кто мыслит в соответствии с их еретическим учением (к ним причисляются и монофелиты, равно как, конечно, и новациане, и македониане), а затем причащаться Божественных Таин.

Согласование

Василий Великий в 47-м правиле повелевает крестить и энкратитов[364], и саккофоров[365], и апотактиков[366], потому что и эти ереси суть отрасли маркионитов и придерживаются их лукавых догматов[367].

Правило 96

Облекшиеся во Христа через крещение дали обет подражать Его жительству во плоти. Поэтому тех, которые во вред взирающим убирают и украшают волосы на голове изощренным плетением и этим вводят в соблазн неутвержденные души, мы отечески врачуем подходящей епитимией, воспитывая их и научая жить целомудренно, чтобы, оставив обманчивость и суетность всего вещественного, они постоянно переносились умом к негибнущей и блаженной жизни, со страхом имели непорочное поведение, приближались, насколько возможно, к Богу через очищение жизни и украшали внутреннего человека более, чем внешнего, добродетелями и благими, безупречными нравами, так чтобы не носить в себе никакого остатка порочности, происходящей от сопротивника. Если же кто-то будет проводить жизнь, нарушая настоящее правило, да будет отлучен.

Толкование

Bсe вы, во Христа крестившиеся, во Христа облеклись (Гал. 3:27), – говорит великий Павел. К этому настоящее правило прибавляет, что облекшиеся во Христа должны жительствовать как Христос, пребывать во всяческой непорочности и чистоте и не украшать излишне и изощренно свое тело. Поэтому правило отлучает тех христиан, которые заплетают волосы на голове, расчесывая их, подравнивая и выставляя напоказ это плетение волос как некую приманку для неутвержденных душой и легко склоняющихся ко греху – как мужчин, так и женщин[368]. Воспитывая таковых этой епитимией отлучения, правило учит их вместе со всякой обманчивостью и суетностью также оставить и украшение вещества и этого тленного тела – и возводить свой ум к той блаженной и нетленной жизни; чистотой жизни приближаться, насколько возможно, к Богу и украшать более внутреннего человека, т. е. душу, добродетелями и благими нравами, чем внешнего человека, т. е. тело, этими ложными и суетными украшениями – чтобы более не оставлять в себе и следа диавольской скверны, коль скоро они отреклись от диавола через святое крещение.

Согласование

Поэтому Бог и повелевает в книге Левит (Лев. 19:27), чтобы никто не делал из волос на своей голове того, что называется по-гречески σισόη, т. е. кос, по неизвестному толкователю. Так и все апостолы вместе в «Апостольских постановлениях» (кн. 1, гл. 3) повелевают мужчинам свои волосы подстригать, а не причесывать их искусно, не намащать благовониями и не заплетать в одну или много кос, чтобы не возбудить этим в женщинах любовное влечение369. И в частности ап. Павел, замечая это изящное украшение волос и желая его запретить, сказал, что если мужчина отращивает волосы, то для него это бесчестие370. С этой целью и божественный Епифаний сказал, что длинные волосы – это вещь, чуждая для Кафолической Церкви. Однако заметь, что как предосудительно не стричь волосы ради красоты и благообразия и с дурной целью, так, наоборот, запрещено и стричь или брить их с какими-нибудь завитками, а проще говоря, ради красоты и миловидности. Поэтому слово σισόη, которое употреблено в книге Левит, Симмах передает так: не сбривайте в круг поверхность вашей головы. Акила же так: не делай круг на волосах твоей головы. Итак, из всего этого следует вывод о том, что миряне должны подстригать волосы просто, без украшений и излишеств.

Правило 97

Тех людей, которые или тем, что живут с женой, или иным образом превращают священные места в обыкновенные, не делая между ними различия, относятся к ним с пренебрежением и с таким расположением остаются в них, мы повелеваем изгонять и из тех мест при священных домах, которые предназначены для оглашенных. Если же кто-то не соблюдет этого, то, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин, да будет отлучен.

Толкование

Священными местами правило называет здесь не божественные храмы, но здания вокруг божественного храма, предназначенные для оглашенных. Некоторые жили в них со своими женами и вели себя так же, как в прочих обычных местах, не делая различия, т. е. не видя разницы между святым и несвященным местом. Поэтому правило повелевает изгонять оттуда таковых людей. А тот, кто не соблюдет этого, если он клирик, да будет извержен, а если мирянин – отлучен[371].

Согласование

Поэтому и 5-я кн. «Василик» (тит. 1, гл. 12), согласно с настоящим правилом, определяет, чтобы те, которые, бросив оружие, ищут прибежища в церкви по причине какого-то злоключения, пользовались безопасностью и защитой в пределах церкви. Однако они не могут есть, пить или спать в храме, но должны оставаться в садах, галереях, дворах или жилых помещениях, которые кругом примыкают к храму (Фотий. Номоканон. Тит. 5, гл. 2). По Арменопулу, тех, кто нашел убежище в пределах церкви, никто не мог оттуда выгнать, если только это не были убийцы, прелюбодеи и похитители дев (Василики. Кн. 5, гл. 21).

Правило 98

Тот, кто вступает в брачную связь с женщиной, обрученной с другим, еще при жизни обручившегося, да подлежит обвинению в прелюбодеянии.

Толкование

Обручение, которое совершается по законам, т. е. при условии, что мужчина и женщина находятся в законном возрасте и обмениваются залогами, при этом бывает священнодействие и обручающиеся по обыкновению целуются, – такое, продолжаю, обручение имеет ту же силу, что и совершенный брак (см. также примеч. 1 к Апост. 17). Поэтому настоящее правило определяет: тот, кто возьмет в жены женщину, таким образом обрученную с другим, при жизни ее жениха, должен подвергаться наказанию как прелюбодей, т. е. как тот, кто взял в жены замужнюю. Поэтому жених называется супругом своей невесты, как и прав. Иосиф Обручник называется в Евангелии мужем Святой Девы и Святая Дева, в свою очередь, – женой Иосифа, поскольку и по ветхому закону обручение имело силу брака[372].

Правило 99

Нам стало известно, что в армянской стране бывает и так, что некоторые, отваривая куски мяса, приносят в священные алтари отборные части и отдают их священникам по иудейскому обычаю. Поэтому, охраняя незапятнанность Церкви, запрещаем священникам принимать особые части мяса от приносящих, но пусть довольствуются тем, что приносящему будет угодно дать, притом что такое приношение будет совершаться вне церкви. Если же кто-то делает это не так, да будет отлучен.

Толкование

И Зонара, и Вальсамон, и Аристин, и анонимный толкователь – все они согласно толкуют, что армяне варили мясо в алтаре. Но мне кажется, что эти толкователи ошиблись, потому что не разделили запятой выражения «отваривая куски мяса» и «в священные алтари», но соединили их между собой. Это неверно, ибо слова «в священные алтари» не связаны со словами «отваривая куски мяса», но, будучи отделены от них запятой, связываются со словами «приносят отборные части». Ведь то, чтобы они варили мясо в святом алтаре и делали из него поварню, столь нелепо, что поверить в это невозможно. Итак, настоящее правило говорит, что существовавший в Армении обычай варить мясо в домах и потом приносить части его в святой алтарь для священников (как иудеи приносили священникам грудь, плечо и другие части жертвенных животных), – этот, продолжаю, обычай впредь не должен существовать, а также и священники не имеют права брать те части животного, которые хотят, но должны благодарить за те, которые даст им приносящий их христианин, причем это приношение должно происходить вне церкви, a не в священном алтаре. Эти слова доказывают нашу собственную мысль, изложенную выше, ибо если бы мясо варили в алтаре, правило непременно запретило бы и это, как запретило приношение, поскольку варить мясо в алтаре – дело еще более неуместное. Тот, кто нарушит правило, да будет отлучен. Вальсамон же говорит (в толковании Апост. 3), что он видел игумена, изверженного из иерейского сана и лишенного игуменства за то, что принес в святой алтарь мясо и сыр.

Смотри также толкование Апост. 3.

Согласование

Заметь, что, согласно Зонаре, правило разрешило священникам принимать части мяса не во всем мире вообще, но только в Армении, и то из-за распространившегося тогда у армян обычая[373].

Правило 100

Глаза твои пусть правое видят и со всею заботливостию храни сердце твое, – увещевает премудрость (Притч. 4:25~и 23), ибо телесные чувства легко передают свои впечатления душе. Поэтому изображения, которые пленяют взор, – представлены ли они на досках или каким-то иным образом – совращают ум и побуждают к вожделению постыдных удовольствий, мы повелеваем отныне ни в коем случае и никоим образом не начертывать. Если же кто-то попытается это делать, да будет отлучен.

Толкование

Поскольку некоторые изображали на стенах и досках непристойные сцены, например обнаженных женщин, которые моются или целуются с мужчинами, и другие постыдные вещи, которые обольщают взоры смотрящих на них и возбуждают в уме и сердце плотские похоти, то настоящее правило повелевает ни в коем случае не изображать такие картины. Если же кто-то изобразит подобное, да будет отлучен, поскольку все пять телесных чувств, в особенности первое и царственное, т. е. зрение, с легкостью вводят в душу образы того, что воспринимают. Поэтому и Соломон советует, чтобы очи каждого смотрели на правое и благое и чтобы каждый со всякой предосторожностью берег ум и сердце от постыдных чувственных впечатлений.

Правило 101

Созданного по образу Божию человека божественный апостол велегласно провозглашает телом Христовым и храмом (1Кор. 12:27; 2Kop. 6:16). Поэтому, став выше всего чувственного творения и сподобившись через спасительное страдание небесного достоинства, человек, когда ест и пьет Христа, непрестанно преобразуется для вечной жизни, освящаясь и душой и телом через причастие Божественной благодати. Следовательно, если кто-то желает во время собрания причаститься пречистого Тела и стать единым с ним через причастие, пусть он, сложив руки во образ креста, так приступает и принимает общение благодати. А тех, которые вместо руки делают из золота или другого материала какие-либо вместилища для принятия Божественного Дара и с их помощью сподобляются пречистого причастия, мы ни в коем случае не допускаем до таинства, как предпочитающих образу Божию бездушную и подвластную человеческим рукам материю. Если же кто-то будет уличен в том, что преподает пречистое причастие тем, которые приносят такие вместилища, да будет отлучен и он, и приносящий их.

Толкование

В то время был распространен такой обычай: миряне причащались как священники, принимая Святой Хлеб в руки точно так же, как ныне принимают антидор. Поскольку же некоторые, под предлогом благоговения и большего почтения к Божественным Дарам, делали сосуды, золотые или из другого дорогого материала, и, принимая в них пречистое Тело Господне, причащались его таким образом, то настоящее правило не приняло такой обычай, хотя бы он происходил от благоговения. Ведь человек превосходит все чувственные и бездушные творения и, следовательно, его руки почетнее любого сосуда, так как человек сотворен по образу Божию, ест и пьет Тело и Кровь Христовы и через них освящается, и кроме того, по апостолу, он представляет собой тело и храм Христа. Следовательно, желающий причаститься Тела Христова пусть слагает две руки во образ креста[374] и принимает его в них. А мирянин, который примет Тело Христово при помощи сосуда, и священник, который преподаст его такому мирянину, – оба да будут отлучены, потому что предпочитают бездушный сосуд созданному по образу Божию человеку.

Правило 102

Получившие от Бога власть решить и вязать должны исследовать свойство греха и готовность согрешившего к обращению и затем применять соответствующее недугу лечение, чтобы из-за неумеренности в том и в другом не ошибиться в спасении страждущего. Ибо болезнь греха не проста, но сложна и многообразна и пускает множество пагубных ростков, от которых зло обильно разливается и простирается вперед до того, что способно оказать сопротивление (ἀντνσταίη) [375] силе лечащего. Поэтому тот, кто обнаруживает врачебное духовное искусство, должен сначала рассматривать расположение согрешившего: стремится ли он к здравию или, наоборот, своими собственными нравами навлекает на себя недуг – и замечать, как он следит за своим поведением в это время. И если он не сопротивляется врачу и заживляет душевную рану благодаря тому, что употребляет предложенные лекарства, в таком случае отмерять ему милосердие по достоинству. Ибо у Бога и у того, кому вручено пастырское управление, вся забота о том, чтобы овцу заблудшую вернуть и уязвленную змием исцелить. Так что у испытывающего плоды покаяния и мудро руководящего человеком, призванным к вышней светоносности, забота не о том, чтобы столкнуть в стремнины отчаяния, не о том, чтобы ослабить (ὑπενδοῦναι) [376] узду, приводя этим к жизни расслабленной и небрежению, но о том, чтобы непременно хоть одним из способов, лекарствами либо более суровыми и терпкими, либо более мягкими и нежными, противостать страсти и подвизаться ради полного заживления раны.

Итак, нам должно знать и то и другое: и свойственное акривии, и свойственное обычаю, – а с теми, которые не принимают совершенства, поступать в соответствии с показанным в предании образцом, как учит нас священный Василий.

Толкование

После того как этот Собор вынес определения о многих и различных епитимиях, в настоящем правиле он наконец оставляет все на суд епископов и духовников и на их власть вязать и решить, говоря, что им подобает рассматривать и свойство греха, простителен он или смертен, и расположение грешника к покаянию и затем применять подходящее для его недуга лечение, чтобы в случае, если они будут давать сильным духом и ревностным к покаянию снисходительные епитимии, а более нерадивым и малодушным, наоборот, строгие, они, не исправив ни тех ни других, не погубили их. Ведь грех столь многообразен и разрастается столь сильно, что оказывает сопротивление (ἀντιστέκεται), т. е. превозмогает силу и искусство духовного врача (или так: грех многообразен и сильно разрастается, пока не будет остановлен и иссушен искусством духовника). Следовательно, духовный врач должен прежде всего рассматривать расположение и наклонность грешника: любит ли он здравие души, имея горячее покаяние, или, напротив, взращивает во вред себе грех; каким образом он относится ко греху, не отвергает ли спасительные лекарства, которые ему дают (как это делают вышедшие из ума, отвергая лекарства врачей, лечащих их тело), и не увеличивает ли этим рану греха еще более.

Все это, продолжаю, духовнику подобает рассматривать прежде всего и в соответствии с этим оказывать милость, облегчая епитимии нерадивому и малодушному, но делая их более тяжелыми для сильного духом, и то и другое творя по милости, чтобы сильного духом очистить от греха, а у малодушного не сделать рану еще хуже. Проще говоря, и у Бога, и у духовника единственная цель – обратить заблудшую овцу, грешника, исцелить его, уязвленного мысленным змием, диаволом, не ввергнуть в отчаяние тяжелыми епитимиями и вместе с тем не ослабить узду, как у коня, легкими епитимиями и не подтолкнуть его таким образом к небрежению и нерадению, – но каким угодно способом, сильными или легкими лекарствами, стараться исцелять грешника от греховных ран, испытывая плоды его покаяния и с мудростью направляя его к вышнему блистанию Святой Троицы (что есть Царствие Божие, по Григорию Богослову). Итак, духовнику подобает знать и то и другое (здесь дословно повторяется правило Василия Велик. 3): и акривию, и обычай[377]. И если грешники не хотят принять той акривии, ради которой оказывается снисхождение в продолжительности епитимий за грех, пусть духовник повелит им соблюдать по крайней мере обычай, т. е. полное число определенных правилами лет и назначенные правилами епитимии.

* * *

177

Этот Собор называется и является Вселенским по многим причинам.

Во-первых, потому, что в приветственном слове Собора к Юстиниану, а также и в 3-м правиле этого Собора написано «Вселенский».

Во-вторых, потому, что VII Вселенский собор в 8-м деянии и 1-м правиле называет его Вселенским. Кроме того, и Адриан I, папа Римский, в послании к Тарасию, находящемся во 2-м деянии VII Всел. (Синодикон. С. 748), причисляет его к Вселенским.

В-третьих, потому, что этот Собор в своих правилах устанавливает законы и выносит определения для всей вселенной, а не одной ее части: и для Восточных Церквей, и для Западных, и для поименно названных Церквей Рима, Африки, Армении, а также митрополичьих областей в Берберии, что выясняется из правил 12, 13, 18, 29, 55, 56. Было бы, конечно, смешно, если бы этот Собор, не будучи Вселенским и не имея авторитета Вселенского собора, устанавливал законы для такого огромного количества митрополичьих областей, и тем более исправлял правила многих Поместных соборов, о чем смотри примеч. к VI Всел. 2.

В-четвертых, потому, что четыре вселенских патриарха присутствовали на этом Соборе лично, а Римский папа – в лице своих местоблюстителей, и Собор принят всеми Церквами, что есть существенный и основополагающий признак Вселенских соборов.

В-пятых и в-последних, потому, что правила этого Собора согласуются с Божественными Писаниями, апостольскими и соборными преданиями и постановлениями, что, как мы сказали в предисловии к I Вселенскому собору, само по себе есть признак и отличительная черта Вселенских соборов, хотя и не самая важная.

178

Я сказал, что в собственном смысле вернее называть этот Собор Шестым по следующей причине: хотя поздние толкователи правил и др. иногда называют его Пято-Шестым, как Собор, восполнивший упущение V и VI Вселенских соборов, т. е. принявший правила, которые совершенствуют церковное устройство и которых те Соборы не издали, однако этот Собор в прямом смысле слова и поистине есть Шестой и должен так называться. Во-первых, потому, что, по словам римского писателя в предисловии к деяниям настоящего Собора, архиереи, составившие VI Вселенский собор при Погонате, составили и этот Собор при его сыне Юстиниане. Согласно словам этого писателя, 43 архиерея из присутствовавших на VI Вселенском соборе были и на этом Соборе. Впрочем, из слов св. Тарасия, обращенных к VII Вселенскому собору, кажется, что их было больше.

Во-вторых, потому, что VII Вселенский собор и в 4-м, и в 8-м деянии, а также в 1-м правиле называет его VI Вселенским собором. И Адриан I в послании к Тарасию принимает правила этого Собора как принадлежащие собственно Шестому собору (Синодикон. С. 748) и в письме Карлу, королю Франции, называет его святым VI Собором. Легаты папы, когда присутствовали на VII Вселенском соборе, также подтвердили, что этот Собор был Шестым, и Иннокентий III о 32-м правиле этого Собора говорит: «Установлено на VI Вселенском соборе», и Грациан упоминает об этом Соборе под именем собственно Шестого.

Наконец, в-третьих, еще и потому, что этот Собор отождествляется более с Шестым, нежели с Пятым, поскольку более близок к нему по времени и проводился в той же Трулльской палате, где был собран и VI Вселенский собор.

179

К этому году относится время его проведения. Прошедший перед ним VI Вселенский собор состоялся в 680 г. в 9-м индикте, а закончился в 681 г., в 1-м месяце 10-го индикта, как свидетельствуют деяния VI Собора. А настоящий Собор, как свидетельствуют его 3-е и 17-е правила, был собран в 6199 г. от Адама, а от Рождества Христова в 691 г., т. е. в 5-м индикте после только что прошедшего периода 15 индиктов, в 10-м индикте которого закончился предыдущий VI Собор. Таким образом, от VI Собора до настоящего прошло 10 или 11 лет, а не 27, как говорят латиняне.

180

Собор состоялся при Павле Константинопольском, по свидетельству «Синодикона» (с. 698), а не при Каллинике, как пустословят Биний и Бароний.

181

He только Вальсамон, как он говорит, нашел в древних кодексах «Номоканонов» свидетельства о том, что эти епископы были представителями папы на данном Соборе и что были также другие легаты папы: предстоятели Сардинии, Фессалоник и Коринфа, – но и правило VI Всел. 3 ясно свидетельствует, что на Соборе присутствовали легаты и представители папы (о них см. там же в «Синодиконе»). А предстоятели Гортины, Фессалоник и Коринфа замещали папу на этом Соборе не из-за того, что подчинялись папе, как рукоположенные им, но, как говорит Властарь, из-за дальности пути (имеется в виду от Рима до Константинополя).

182

 Ioan. Damasc. Adv. Const. Cabalin. 5 // PG 95, 320D.

183

 Greg. Nazianz. Or. 2. 1 // PG 35, 408A.

184

В других источниках – «под которой (ὑφ’ ᾗ)» (тогда перевод был бы такой: «под которой как основание – Христос»).

186

 Cm. Лк. 1:2.

187

 См. Пс. 72:8.

188

Заметь, что Богослов позаимствовал это изречение из первого письма Демосфена, в котором тот говорит: «Приступающему ко всякому важному слову и делу, я полагаю, подобает начинать прежде всего с богов» (Demosth. Ер. 1. 1 // TLG 0014/063. 1. 1. 1–2).

189

Некоторые утверждают, что апостолы, когда намеревались разлучиться и отправиться на проповедь, в 44 г. (как мы сказали прежде) устроили величайшее и достопамятное собрание, на котором и составили Символ веры. Придерживающиеся этого мнения приводят свидетельства многих западных отцов в пользу того, что Символ этот есть апостольский. (Так и некоторые из современных нам новых богословов приводят свидетельства из него по тем или иным поводам в своих богословских рассуждениях.) На него, вероятно, указывает и «переданная апостолами вера», о которой упоминает здесь правило. Но поскольку святейший и мудрейший Марк Эфесский об этом Символе дал вполне удовлетворительный ответ латинянам во Флоренции, сказав: «Мы даже и не знаем Символа апостольского», как пишет великий экклисиарх Сильвестр в разд. 6, гл. 6, постольку под этой «переданной апостолами верой» здесь подразумевается или неписанное, через живую речь апостолов переданное изложение догматов веры, или та вера, которая в совокупности представлена в святых Евангелиях и апостольских Посланиях, а может быть, и «Постановлениях», – т. е. догматы веры. Впрочем, как кажется, Символ этот включен в «Апостольские постановления» (кн. 7, гл. 42) (Const. Ар. VII, 41 // PG 1, 1041C–1044A).

190

Ариево инобожие заключалось в том, что он говорил, будто иной есть Бог Отец и иной – Сын. О первом Арий говорил, что Он не создан, a о втором, Сыне, что Он создание и, следовательно, Отец больше, а Сын меньше. Таково лжеучение о неравных степенях, которое, как говорит здесь правило, уничтожил I Собор.

191

Заметь, что под отцами III Собора правило имеет в виду тех, которые собрались в Эфесе в первый раз. Когда злосчастный Евтихий, якобы противясь Несториеву разделению, сам впал в новую ересь: мыслил и учил об одной природе во Христе после вочеловечения, тогда ввиду смятения, произошедшего из-за этого в Церкви, тот же император Феодосий Младший собрал в том же Эфесе и второй Собор. Председателем этого Собора он поставил Диоскора Александрийского в надежде на то, что тот окажется вторым Кириллом, непосредственным преемником которого он и стал. Но Диоскор, скорее, оказался его противоположностью: он был монофизитом, единомышленником и защитником Евтихия, поэтому и утвердил его ложное учение и низложил божественного Флавиана Константинопольского. Тысячи зол случились на этом Соборе, довершением которых было убийство (см. сноску к предисловию правил IV Вселенского собора в настоящем издании: т. 2, с. 127) блж. Флавиана, отчего Собор и получил название Разбойничьего.

192

К этой части правила в некоторых кодексах есть примечание: отцы настоящего Собора, признавая поклонение иконам, обличали нечестивых иконоборцев, а те обвиняли отцов в монофелитстве, и потому это правило пригвождает клевету иконоборцев к позорному столбу. В настоящем правиле отцы вместе с VI Собором открыто предают анафеме ересь монофелитов и исповедают две природные воли и два природных действия в Едином Господе нашем Иисусе Христе. Таким образом, иконоборцы уподобились евтихианам и последователям Диоскора, которые отцов IV Собора называли несторианами за то, что те ниспровергли ересь их, или даже иудеям, или, лучше сказать, демонам, подстрекавшим иудеев называть Господа бесноватым, поскольку Он изгонял демонов из людей Своей Божественной властью и силой.

193

 Исключаются некоторые правила отдельных Поместных соборов, которые были не столько одобрены, сколько исправлены или, точнее сказать, улучшены настоящим Собором. Например, правила Карфаг. 4 и 33 были улучшены 13-м правилом настоящего Собора, правило Неокесар. 15 улучшено 16-м правилом, Карфаг. 48 – 29-м правилом этого Собора, и другие правила были подобным образом улучшены другими правилами.

Отметь, что правила Постника, хотя и не упоминаются в этом правиле (не знаю, по какой причине, – вероятно, из-за того что они снисходительны), тем не менее приняты всей Церковью. Смотри также предисловие к правилам Постника. Подобным образом принимаются Церковью и составленные позже правила св. Никифора, а также канонические вопросоответы Николая.

194

Что это за вновь собранный при Нектарии Собор в Константинополе, о котором говорит настоящее правило? О нем смотри после правил Собора в Сардике.

Кроме того, отметь, что это правило называет правила Тимофея I, отличая их от правил Тимофея Александрийского, называемого Элуром, который жил во времена IV Собора, т. е. позже Тимофея I.

И еще обрати внимание: поскольку латиняне обвиняют настоящий Собор за то, что он не упомянул состоявшиеся на Западе Поместные соборы и их правила (которые собрал Бартоломей де Карранца и многие другие до него), то на это мы отвечаем так. Собор перечислил те правила Соборов и отцов, которые употреблялись в Церкви, и вместе с тем принял те правила западных Поместных соборов, которые согласуются с правилами Вселенских соборов. И вообще, как V Вселенский собор принял мнения западных отцов Августина и Амвросия, но, разумеется, не все, а только соответствующие правой вере и служащие обличением еретиков, так и мы принимаем в западных Соборах правое, а не все, потому что Римский папа предписывает на этих Соборах много нелепого. Потому и большинство западных Поместных соборов допустили ошибки, и к тому же на них принято добавление к Символу веры – первое и последнее из зол и непосредственнейшая причина раскола.

195

В других источниках слово «противозаконный» пропущено.

196

 Апост. 17.

197

 Апост. 18.

198

По этой причине 2-е постановление 1-го тит. «Новелл» (Фотий. Тит. 9, гл. 29) предписывает рукополагающему неженатого спрашивать его, может ли тот жить в целомудрии и девстве, а также предписывает лишать сана того епископа, который позволил иподиакону или диакону жениться после хиротонии. К этому 6-я новелла Льва прибавляет, что если кандидат на вопрос архиерея ответит согласием, его рукополагают. А того, кто дал позволение диакону жениться после хиротонии, должно извергать. Постановление 44 тит. 3 определяет: «Дети, которые родятся от иереев, диаконов и иподиаконов, женившихся после рукоположения, не считаются ни их внебрачными детьми, ни незаконнорожденными, и они не могут получить что-либо от таких своих отцов ни в качестве наследства, ни в качестве дара, ни через вымышленную ссуду, ни по другому обязательству – ни они, ни их матери. Но все имущество этих священнослужителей получает церковь, к которой они относятся. Такие беззаконники, после того как будут лишены священства, не могут быть ни поставлены на мирскую должность, ни возведены в военный чин, но проводят всю свою жизнь как частные лица и простые люди» (Фотий. Там же).

Почему же нельзя жениться после хиротонии? Причину называет 3-я новелла Льва Мудрого, которая определяет следующее: «Недостойное и неподобающее дело – после возвышения от плотской униженности брака на духовную ступень священства вновь возвращаться к этой униженности, но скорее следует быть обратному. А именно: после плотской униженности брака (т. е. после вступления в брак) восходить на высокую ступень божественного священства. А поступающие иначе будут извергнуты» (36-й ответ Вальсамона; см.: Греко-римское право. С. 381).

Обрати внимание и на еще бо́льшую строгость: 7-я и 8-я новеллы Льва предписывают даже насильно заставлять тех клириков и монахов, которые сбросили свое одеяние и стали мирянами, носить одеяние клириков и монахов.

199

Экзокатакилы – высшие должностные лица при Константинопольском патриархе.

200

Поэтому и Вальсамон (Греко-римское право. Ответ 61. С. 392), приводя это правило как свидетельство, говорит, что чтец, который получил от игумена право управлять имуществом монастыря, не должен сидеть выше иереев или поминаться на службах после игумена, за исключением только того случая, если он куда-либо отправится как заместитель игумена.

201

Отметь, что Арменопул (Краткое изложение правил. Разд. 3, тит. 2), a также Вальсамон говорят, что патриарх Лука своим определением запретил клирикам служить в мироварных лавках (т. е. в таких, где изготовляют и продают благовония) и банях, поскольку это занятие становится поводом к обману и получению постыдной прибыли; он запрещает диаконам заниматься врачебным искусством и отлучает клириков, которые занимаются мирскими и общественными делами.

202

Поэтому и Златоуст согласно с этим правилом говорит, что никто не должен ходить лечиться к врачам-евреям (т. 6, с. 360) (см., например: Ioan. Chrysost. Adv. Jud. 8. 5 // PG 48, 935).

204

Заметь, что этот Собор вселенским правилом запретил архиереям иметь жен по трем весьма важным причинам:

1. Архиереи принадлежат к чину совершеннейшему и высочайшему из всех прочих чинов Церкви: им подобает быть также совершенными в добродетелях, а наиболее в девстве и чистоте, почему они и должны жить строго целомудренно.

2. Архиереи, имевшие жен и детей, после смерти оставляли своим детям епископский сан как наследство, и многие из церковных вещей нещадно расхищались, как говорит об этом Апост. 6.

3. Попечение о жене, детях и всем доме мешало им заботиться о своей пастве, ведь, по словам Павла, женатый заботится о мирском, как угодить жене (1Кор. 7: 33).

Итак, чтобы избежать всех этих несообразностей, Вселенский собор настоящим правилом запретил архиереям вступать в брак.

Я сказал «вселенским правилом» потому, что и до этого Собора брак архиереям был запрещен, однако не вселенским, а частным правилом. Откуда же это явствует?

Во-первых, из того, как божественный Златоуст толкует изречение ап. Павла о епископе Если кто непорочен, муж одной жены (Тит. 1:5–6) говоря: «Поэтому он сказал: Муж одной жены. Сказал не потому, что сейчас в Церкви это соблюдается, – ведь архиерей должен быть облечен в совершенную святость и чистоту – но потому, что тогда для пребывавших в блуде эллинов считалось делом великим иметь только одну жену» (Слово 2 об Иове) (Ioan. Chrysost. In Job 2. 2 // PG 56, 569).

А во-вторых, из 4-го и 33-го правил Поместного собора в Карфагене, которые были распространены в определенных местах Африки и предписывали епископам, пресвитерам и диаконам налагать на себя ограничения, т. е. давать обещание воздерживаться от своих жен, разумеется при обоюдном согласии.

Данный же Собор настоящим правилом установил, чтобы обычай, согласно которому архиереи не только воздерживались бы от своих жен, но и вообще не жили с ними, господствовал повсеместно. 30-м правилом данного Собора также позволено воздерживаться от своих жен пресвитерам и диаконам, но не повсеместно, а только в некоторых варварских местах, из-за дикого нрава варваров и слабости их веры. To, что архиереи и после данного ими обещания жили, как говорит Собор, вместе со своими женами, ясно из Карфаг. 33.

Правило настоящего Собора не противоречит правилу Апост. 5 или повелению ап. Павла, не отменяет и не упраздняет их.

Во-первых, потому, что божественные апостолы, разрешая архиереям иметь жен, не сделали этого законом, но снизошли к немощи живших тогда людей и к обычаям иудеев и языческих народов, поскольку и иудейские, и языческие первосвященники имели жен. Поэтому божественный Златоуст (в том же слове) говорит: «...Ставь епископов, если кто непорочен, муж одной жены – не потому, что возводил это в закон, но потому, что снисходил к заблуждению» (Ibid). Данный Собор, видя, что Церковь процветает и христианское жительство преуспевает в добродетелях, положил за правило, чтобы и жительство архиереев украшалось цветом безбрачия и целомудрия. Поэтому божественный Златоуст, толкуя приведенное выше изречение aп. Павла, говорит, что тогда ап. Павел только допустил брак, поскольку «знал, что со временем, когда благочестие достигнет расцвета, эта природа (имеется в виду природа человеческая) сама по себе, по своей воле предпочтет благо безбрачия и девства, и выбор падет на лучших, т. е. неженатых, архиереев, сохранивших девство» (Ioan. Chrysost. In Job 2. 2 // PG 56, 569).

Во-вторых, апостольское правило запрещает епископу изгонять свою жену, т. е. удалять ее насильно, без ее согласия и желания, но не запрещает расставаться с женой с ее согласия. И этот Собор, признавая допустимым в 48-м правиле, чтобы жена с обоюдного согласия предварительно расставалась с мужем, который готовится стать архиереем, и после его хиротонии вступала в женский монастырь, не допускает одновременно и того, чтобы жена оставляла мужа по принуждению и против своего желания. Ведь если бы Собор утверждал это, то явно противоречил бы апостолам, равно как и словам Самого Господа, повелевающего, чтобы брак пребывал нерасторжимым (Мф. 19:6Мк. 10:9). Поскольку же Собор не говорит этого, то он не противоречит апостольскому правилу, но скорее согласуется с ним. И кратко сказать, этот Собор, благодаря преуспеянию Церкви к лучшему, располагая, как неким богатством, множеством безбрачных, т. е. иеромонахов, не желает иметь в архиерейском чине тех, кто состоит в браке, не потому, что порицает и осуждает брак, но потому, что предпочитает более прекрасное – безбрачие. Поэтому данный Собор в архиерейский чин принимает и состоявших в браке при условии, что они разлучились с женой или по причине ее смерти, или по согласию, как говорит апостол (см. 1Kop. 7:5).

К тому же этот Собор не расторгает брак, но рукополагает в архиерея того, кого находит свободным и разрешенным от брачных уз добровольно и при согласии жены, и извергает того архиерея, который живет со своей женой после хиротонии. Во-первых, потому, что из-за такого сожительства с ней он может разжечься и впасть с ней в плотское совокупление, которое более не является законным совокуплением, как прежде, но считается блудом и прелюбодеянием, поскольку он нарушил соглашение и данное им обещание воздерживаться от нее.

Во-вторых, потому, что такое сожительство становится соблазном для народа, как прямо говорит об этом данное правило.

206

 Ioan. Chiysost. Hom. in Ep. ad Tit. 2. 1 // PG 62, 671.

207

 Об этом прп. Никодим говорит в примеч. 2 к Апост. 2.

212

 См. Карфаг. 3, 4, 33.

213

Отметь, что когда патриарха господина Луку спросили, сколько дней подобает воздерживаться намеревающемуся причаститься, он соборно объявил, чтобы не только священнослужители, но и женатые миряне не прикасались к женам три дня. Если Господь приказал евреям три дня не приближаться к женам ради того, чтобы принять ветхий закон: Будьте готовы, три дня не входите к женам (Исх. 19:15), то насколько же более подобает соблюдать эти слова тем, которым предстоит через Божественную евхаристию не закон принять, а принять в себя Самого Законодателя Бога. Если даже архиерей Авимелех (или Авиафар), намереваясь дать хлебы предложения Давиду и его людям, спросил их, чисты ли они от жен, и те ответили, что три дня воздерживались от совокупления с женами (И отвечал Давид священнику и сказал ему: и мы от жен воздержались вчера и в третий день (1Цар. 21:5)), то как же не подобает три дня быть чистыми от жен тем, кто намеревается причаститься Господня Тела? А тем, которые собираются жениться, подобает вместе со своими невестами исповедаться, поститься, заранее готовиться и перед началом Божественной литургии венчаться. После же того как они обвенчаются, пусть начнется Божественная литургия, по завершении которой пусть приступят к причастию Божественных Таин. И в ночь после причащения они должны удерживаться от соития, как этот святейший обычай и порядок соблюдался и доныне соблюдается истинными и желающими спастись христианами. Потому, согласно Вальсамону, упомянутый выше господин Лука и подверг епитимии тех новобрачных, которые совокупились в тот же день, после святого причащения. На основании этого выводим из большего меньшее и говорим: если для подготовки к причащению достаточно трехдневное воздержание от плотского соития, то тем более достаточен трехдневный пост. И хотя ни одно из божественных правил не устанавливает пост перед причащением, однако способные поститься перед ним и целую неделю поступают хорошо.

Смотри также примеч. 3 к Апост. 69 и примеч. к Неокесар. 7.

214

В выражение «по своим определениям» Карфагенский собор вкладывает такой смысл: воздерживаться соответственно своим обещаниям, которые дали эти посвященные, т. е. вести целомудренную жизнь по согласию с женами. А этот Вселенский собор, усовершенствовав постановления Поместного, вкладывает в выражение «по своим определениям», как толкуют Зонара и Вальсамон, следующий смысл: воздерживаться во время священнодействия и своей чреды совершения богослужения. Таким образом, выражение Карфагенского собора «быть воздержанным во всем» (см. Карфаг. 3) настоящий Собор понял в смысле воздержания от жен во время своей чреды, а не всегда, заключив мысль того Собора в более осторожное выражение, чтобы из-за обещания постоянно воздерживаться от своих жен многие из священнослужителей не стали предаваться блуду и разврату. А Церкви, которые находились в Ливии и Берберии, были варварскими, почему 12-е правило настоящего Собора и упоминает поименно Ливию и Африку, где господствовал такой обычай.

215

Богохульствуют латиняне, говоря, что этот Собор ошибся, установив в Римской Церкви брак для священников, и открыто противятся Святому Духу, вещавшему через этот Собор. Настоящий Собор, будучи Вселенским, со властью издает законы для всей вселенной без исключения, ибо и папы, подобно любому архиерею, повинуются Соборам, как говорит папа Пелагий II. Этот Собор не ошибся, установив брак для иереев, поскольку он следует как Писанию, которое требует, чтобы брак пребывал нерасторжимым, так и I Вселенскому собору, который отказался принудительно расторгать браки иереев. Поскольку в Римской Церкви этот непререкаемый обычай, а скорее, правило, заставлял многих насильно разлученных с женами в конце концов предаваться блуду, разврату и иметь сожительниц (как и сейчас латиняне открыто и даже по закону имеют их), постольку, продолжаю, настоящий Собор и запретил этот обычай. Я говорю «насильно» потому, что многие, желая священнического достоинства, но будучи не в состоянии получить его из-за того, что имели жен, были вынуждены ради славы этого звания разлучиться с женами против своей воли. Запретить брак архиереям было необходимо по причинам, о которых мы сказали в 12-м правиле, а более всего ради того, чтобы они не дарили своим детям церковное имущество. Но в случае с иереями такой нужды нет, поскольку назначение иерея состоит в том, чтобы постоянно заботиться о небольшом приходе, селении и местах, находящихся по соседству. А кроме того, если кто-то из иереев с согласия своей супруги разлучается с ней или воздерживается от нее в течение какого-то времени, то это допустимо. Принудительно же разводиться, что предлагает римское правило иерейского исповедания, – противозаконно и есть ниспровержение закона, восстающее против Святого Духа. Если латиняне осуждают этот Собор, то почему же они исполняют его предписание? Ведь они позволяют иметь жен священникам латиномудрствующего народа маронитов, населяющего окрестности горы Ливан и Финикию. Пусть же эти несчастные обвиняют самих себя: поскольку они позволяют священникам маронитов, вопреки повелению ап. Павла и правилам (настоящему, правилам Дионисия Александр. 3, Тимофея Александр. 5 и 13, которые это запрещают), совокупляться с женами в самый день священнодействия; а также – поскольку позволяют второбрачным православным в Ляхии иметь священный сан, если только они примут папизм, что противоречит правилам и всем [обычаям] древности. И в чине церковных должностей сказано, что второбрачный не может быть клириком.

216

Посмотри, что говорит Григорий Богослов в слове на святые Светы: «Христос очищается, будучи 30 лет, а ты, еще не имея бороды, учишь старцев? Или думаешь, что можно учить, не заслужив уважения ни возрастом, ни, быть может, нравом? Тут уж, конечно, на языке и Даниил, и такой-то один, и такой-то другой, и юные судьи и готовые примеры... Ведь у всякого, кто поступает не по правде, готово оправдание. Но для Церкви редкость – не закон, так как одна ласточка весны не делает» (Greg. Nazianz. Or. 39. 14 // PG 36, 352AB).

217

Отметь: Зонара в толковании правила Карфаг. 33 говорит, что иподиакон не прикасается к Тайнам, и в подтверждение своих слов ссылается на Лаодикийский собор, который запрещает это служителю (ὑπηρέτην).

А судя по этому свидетельству, служитель и иподиакон должны быть одним и тем же лицом. Однако по многим причинам это не одно и то же лицо.

Во-первых, потому, что иподиакон прикасается к Священным Тайнам, согласно упомянутому правилу Карфаг. 33 и согласно VI Всел. 13, а также к служебным сосудам, как сказано в 21-й гл. 8-й кн. «Апостольских постановлений» (PG 1, 1117В), в то время как служитель не притрагивается к священным сосудам и не имеет места в диаконнике, по Лаодик. 21.

Во-вторых, потому, что служитель постоянно следит за дверями церкви, по Лаодик. 22 и 43, будучи придверником, а иподиакон – это не придверник: он отличается от него, по 4-му правилу настоящего VI Собора, которое говорит о них по отдельности, и по 3-й новелле Юстиниана, содержащейся в 3-й кн. «Василик», тит. 2, гл. 1 (Фотий. Тит. 1, гл. 30), и поставляющей в Великой церкви отдельно иподиаконов и отдельно придверников (последних было 100). Отсюда ясно, что блаженной памяти Евстратий Аргентис допустил ошибку на с. 273 книги «О таинствах», где он говорит, что гл. 57 кн. 2 «Постановлений» повелевает иподиаконам стоять при дверях для женщин. Мы же, внимательно посмотрев это место «Постановлений», обнаружили, что при дверях для женщин стояли, как и подобает, диакониссы, а не иподиаконы (PG 1, 732А); ничего подобного не содержит и упоминаемая им 11-я гл. 8-й кн. «Постановлений» (можно предположить, что прп. Никодим допустил ошибку или пользовался иным источником. На самом деле в «Апостольских постановлениях» говорится как раз об иподиаконах. Cм.: PG 1, 1089D.).

И в-третьих, потому, что, по утверждению некоторых, служители (λειτουργοί) Божественного священнодействия, о которых упоминает Златоуст в слове на притчу о блудном сыне, – это диаконы и иподиаконы (Ioan. Chrysost. De filio prodigo 3 // PG 59, 520) (ибо иподиаконы, по толкованию Зонары на Лаодик. 22, тоже возглашали: «Оглашеннии, изыдите», о чем именно сообщает там относительно этих служителей святой), легкий же плат ткани, который они носили на левом плече, – это нынешний так называемый орарь, а орарь правило Лаодик. 22 запрещает носить служителю (ὑπηρέτης). (Впрочем, что касается ораря, то это неверно, ведь его носили только диаконы, поскольку он им необходим (см. примеч. к Лаодик. 22, а также к VI Всел. 23), но не иподиаконы, поскольку им он не нужен.)

Итак, по различию действий служителей и иподиаконов кажется, что они отличаются друг от друга. С другой стороны, представляется, что и иподиаконы, и чтецы, и певцы, и заклинатели, и придверники, и остиарии, и вообще все клирики, поставляемые вне алтаря, носят общее название служителей лишь по имени, а не по закону, согласно правилам Василия Велик. 12, 89, Лаодик. 24, а также Лаодик. 20, как мы сказали и в примеч. 3 к Апост. 17, а особенно согласно Сардик. 14. Впрочем, последующие толкователи приписывают эти служения иподиаконам. Так, Гавриил Филадельфийский (в «Таинстве священства») говорит, что им поручено готовить и приводить в порядок святые сосуды и священные облачения, а также следить за ними. To же самое говорит Симеон Фессалоникийский (гл. 164), прибавляя, что они наблюдали за священными вратами, чтобы никто не входил в алтарь, и выводили из храма оглашенных, когда диакон возглашал: «Оглашеннии, изыдите». (Потому-то и ныне иподиаконы произносят: «Елицы вернии».) На великом входе они берут лишние святые сосуды и отдают их на хранение служителям, на литиях идут впереди с крестом. Еще они приготовляют светильники в алтаре, лампаду и трикирий, причащаются из рук архиерея или иерея перед вратами алтаря после диаконов (Sym. Thessal. De sacr. ordin. 164 // PG 155, 369AB).

Смотри также правило Василия Велик. 69, из которого ясно, что служитель есть иное лицо, чем иподиакон.

218

Ioan. Chrysost. Hom. in Acta apost. 14. 3 // PG 60, 116.

219

Это побуждает некоторых говорить, что этих семерых диаконов не следует изображать как служителей таинств, в стихаре с орарем и кадилом и с непокрытой головой. Но, с одной стороны, Игнатий Богоносец пишет в послании к траллийцам, что архидиакон Стефан служил для Иакова, брата Господня, службу чистую и непорочную (Іgn. Ep. ad Тrаl. 7 // PG 5, 788А), а с другой стороны, в гл. 4 и 46 кн. 8 «Апостольских постановлений» семь диаконов, одним из которых был и Стефан, перечисляются после епископов и пресвитеров и сопричисляются к ним (PG 1, 1069C, 1153C). Имея все это в виду, я полагаю, что они же были и служителями таинств, а потому нет ничего неуместного в том, чтобы и изображать их как служителей таинств.

220

Действительно, и Созомен говорит (кн. 7, гл. 19), что в остальных городах число диаконов было разным, а в Риме до его времени, говорит он, было семь диаконов, подобно тому, как семерых избрали апостолы (PG 67, 1476AB). Об этом свидетельствует и божественный Максим в толковании на 3-ю гл. «Церковной иерархии» божественного Дионисия (PG 4, 136C). Сам Дионисий называет этих диаконов избранными (Dion. Areop. De eccl. hierarch. III, 2 // PG 3, 425C).

221

К настоящему правилу есть примечание, в котором сказано: обрати внимание на это правило и подивись, как им сегодня пренебрегают. Преподобнейший патриарх, господин Иоанн Халкидонский, который был при Алексее Комнине, учил каждое воскресенье, почему и имеются его поучения в отдельной книге; существует еще «Кириакодромион» Иоанна или Георгия Ксифилина, патриарха Константинопольского, а также других патриархов и епископов.

Согласно с этим правилом говорит и св. Иустин во 2-й апологии христиан. Он сообщает, что в воскресенье христиане со всех мест собирались в церковь и после того, как на литургии прочитывались чтения из Нового и Ветхого Заветов, архиерей произносил поучение. «Затем, когда чтец закончит чтение, предстоятель говорит наставление, призывая подражать этим добрым примерам» (Just. Martyr. Apol. 1. 67 // PG 6, 429В). A тο, что и пресвитеры суть предстоятели церквей, видно из 15-го слова Григория Богослова (с. 226), в котором он называет пресвитеров пастырями, а епископов архипастырями (Greg. Nazianz. Or. 16. 4 // PG 35, 937C). Кроме того, Зонара называет их сидящими вместе с епископами в алтаре, а Златоуст – учителями и предстоятелями народа (Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 11. 1 // PG 62, 553), если же это так, то ясно, что они и «сопредстоятели» церквей.

Смотри свидетельство Златоуста в примеч. к 58 Апост., а также Лаодик. 19.

222

Папалитра, которая еще называется гаррарой, как говорит Петр Антиохийский в письме к Керулларию (Petr. Antioch. Dissertatio 4. 6 // PG 120, 800В), – это выстриженные в кружок наподобие венка волосы на темени, причем обычай этот принадлежит не латинянам, но всей Церкви – Восточной и Западной, что подтверждается и настоящим правилом, и святыми отцами. Так, Иероним в письме к Августину говорит: «Прошу венец твой». Подобным образом и Августин писал к еп. Прокулиану: «Во имя нашего венца». Папалитру стали носить не в честь ап. Петра, как говорят западные. Изначально она служила собственно внешним признаком клириков, по которому они, согласно настоящему правилу, отличались от тех, кто к клирикам не относился. А кроме того, в ней заключен и аллегорический смысл: она есть образ тернового венца Господа, как толкует св. Герман в сочинении о «Мистическом созерцании» (German Const. Contemp. rerum eccl. // PG 98, 392D).

Теперь клирики наших восточных Церквей выстригают эту папалитру безыскусно и без прикрас, просто постригая волосы сверху и чуть ниже, т. е. крестообразно, а середину оставляя неподстриженной и совершенно нетронутой, в то время как западные клирики носят папалитру для украшения. Они сбривают волосы снизу и сверху, а середину постоянно подстригают, делая папалитру непохожей на венец святых, почему Максим Маргуний в 35-м примеч. к правилам Антиохийского собора назвал папалитру латинян блудным венком (см.: Досифей. Двенадцатикнижие. С. 778).

Пусть же узнают из этого правила и наши клирики, что нужно выстригать на темени такой венец, ибо неправедно переносить пределы вечные, которые положили отцы наши (см. Притч. 22:28).

В настоящем правиле нужно обратить внимание на две вещи. Во-первых, священнослужители, которые извержены за канонические преступления, сначала лишались права иметь внешний вид клириков и таким образом изгонялись в чин мирян (неуместно было бы, имея внешность принадлежащего к клиру, стоять с мирянами), почему Вальсамон в толковании правила Василия Велик. 44 и говорит, что изверженные меняют внешний вид. С этим согласуются Апост. 25, Василия Велик. 3 и все прочие правила: в них говорится, что изверженных должно изгонять в чин мирян. Согласуются и другие правила, которые говорят, что если сами изверженные позже добровольно возненавидят грех, совершенно его отвергнут и покаются, такие пусть вновь принимают облик принадлежащего к клиру – тот облик, которого были лишены. А если так, то ясно, что они и возводились в чин священнослужителей, и пользовались честью сидения и стояния с клириками. И с этим, в свою очередь, согласуются правила Анкир. 1, 2, Неокесар. 9, 10, VI Всел. 3, 26 и Василия Велик. 27, в которых говорится, что извергаемые из священства могут пользоваться почетным правом сидеть и стоять с клириками, т. е. одной только внешней честью, приличествующей священнослужителям (об этой чести см. примеч. к VI Всел. 26).

223

Как из настоящего правила, так и из правила VI Всел. 58 следует вывод о том, что и диаконы преподавали мирянам Божественные Тайны. Поэтому и «Апостольские постановления» (кн. 8, гл. 28) согласно с этими правилами говорят, что во время служения литургии архиереем или иереем диакон получает от них Тайны и преподает народу – не как иерей, но как служащий иереям (PG 1, 1125A). Это служение диакона состояло главным образом в том, что он преподавал чашу, согласно тем же «Постановлениям» (кн. 8, гл. 13): «Диакон пусть держит чашу и, подавая, говорит: «Кровь Христова. Чаша жизни"» (PG 1, 1109A). Об этом же свидетельствует и Киприан в слове 5 об отпавших, и Амвросий Медиоланский в т. 1 «Об обязанностях», и Иоанн Златоуст в беседе 83 на Евангелие от Матфея (Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 82 (83). 6 // PG 58, 744.) (см. также Евстратия Аргентиса, с. 306). Причащающиеся же из потира вытирали свои уста орарем диакона, ради чего он и носил его, о чем мы скажем в толковании Лаодик. 22.

Я сказал «главным образом» потому, что св. Иустин во 2-й апологии говорит, что диакон причащал прочих и Святым Хлебом. «Называемые у нас диаконами дают каждому из присутствующих причаститься благословенного Хлеба, Вина и воды, относят и тем, кто отсутствует» (Just. Martyr. Apol. 1. 65 // PG 6, 428B). Вероятно, это же имеет в виду и правило Анкир. 2.

224

Из этого правила становится ясно, что непременно должны быть извержены те духовники, которые, считая, будто благочестие служит для прибытка, по словам Павла (см. 1Тим 6:5), и будучи христопродавцами, от исповедующих им грехи христиан требуют денег как некоего долга и за это дают разрешение причащаться Божественных Таин даже недостойным. Нечестие величайшее! Его обличает и осуждает в одном из своих слов ученейший и искуснейший среди богословов Иосиф Вриенний, говоря, что в этом и заключается та причина, по которой наш православный род пленен и предан в руки нечестивых и безбожных агарян.

«Что ты мне дашь, и я разрешу тебе причащаться?» – что это, как не слова Иуды, с которыми тот, предавая Господа, обратился к иудеям: Что вы дадите мне, и я вам предам Его? (Мф. 26:15).

Преосвященнейшие святые архиереи! Позаботьтесь ради любви к Богу искоренить в ваших епископских областях это величайшее зло, из-за которого каждый день продается единожды проданный за род наш сладчайший Иисус Христос.

225

Если Вальсамон и говорит в толковании этого правила, что подобные зрелища и представления запрещаются только по воскресеньям и великим праздникам, но не в другие дни (а такой вывод он делает из правила Карфаг. 70, которое говорит, что эти зрелища следует переносить на другие дни), то мы возражаем; во-первых, 51-е правило настоящего Вселенского собора, как мы сказали, не в одни только дни запрещает их, а в другие разрешает, но запрещает вообще и безоговорочно. А во-вторых, тот же Карфагенский собор в 17-м правиле говорит, что всех христиан всегда призывают не приближаться к тем местам, где вокруг подобных представлений бывает сквернословие и прочие непристойности.

Приводим также слова Василия Великого (см. правило 20 из пространно изложенных) о том, что никакое само по себе предосудительное дело никогда не может стать добрым ради времени, в которое совершается. «Никакое из предосудительных дел ни в какое время не может быть для нас приемлемым» (Basil. Маgn. Ascet. (fus.) 20. 1 // PG 31, 972А). А поскольку эти зрелища и представления предосудительны, значит, и в том случае, когда они устраиваются в непраздничные дни, они непохвальны и недобры, ибо все это дела сатанинские. Говорит также и Златоуст (Беседа 12 на Первое послание к коринфянам. Т. 3. С. 318): «И не говори мне про обычай. Если это порочно, то хоть бы его и ни разу не было, если же добро – пусть будет» (Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Cor. 12. 5 // PG 61, 103). Иными словами, если дело плохое, пусть не совершается ни одного раза, а если доброе, пусть совершается всегда. Тот же Златоуст называет театры и скачки триумфом сатаны (Слово 20 о статуях. Т. 6. C. 610) (изложенное прп. Никодимом мнение свт. Иоанн высказывает в толковании на книгу Бытия. Cм.: loan. Chrysost. Hom. in Gen. 6. 1 // PG 53, 54), и он же говорит, что пребывание в театрах породило прелюбодеяние, невоздержанность и всякое бесстыдство, а посещение конных состязаний приводит к спорам, поношениям, побоям, оскорблениям и постоянной вражде (Слово 15 о статуях. Т. 6. С. 564) (Ioan. Chrysost. Ad popul. Antioch. 15. 4 // PG 49, 159). Смотри также слово, в котором он запрещает приближаться к театрам, потому что они превращают людей в законченных прелюбодеев (Т. 5. С. 89) (Idem. Contra theatra // PG 56, 541–554).

226

Из настоящего правила выясняется, что все иереи, которые или извержены из священного сана за свои явные преступления, или запрещены в служении по совету духовного отца за тайные грехи, заслуживающие извержения из сана, или сами, обличаемые совестью, отказываются от священства, – все они, продолжаю, не могут ни благословлять, ни освящать, ни совершать любое другое священнодействие ни тайно, ни явно. А если так, значит, они не могут ни причащать кого-либо, ни совершать освящений, молебнов, крещения, елеосвящения или чего-то подобного, потому что во всех этих священнодействиях преподается благословение и освящение, а они этого освящения не имеют, по смыслу настоящего правила. Они также не могут принимать исповедь и становиться духовниками, потому что, по словам Симеона Фессалоникийского (ответ 11), принимающий исповедь помыслов должен и благословлять, и читать разрешительную молитву, и литургисать, и причащать исповедующихся, и предстательствовать за кающихся (Sym. Thessal. Respons. 10–13 // PG 155, 864C). Говоря кратко, духовник должен иметь право священнодействовать, по словам Иоанна Китрского (см. также примеч. к Апост. 39). A тο, что упомянутые иереи не могут все это совершать, выясняется из многого.

Во-первых, если иерей, по неведению вступивший в противозаконный брак, иначе сказать, согрешивший невольно (по Немезию, «невольное» есть то, что произошло или в результате насилия, или по неведению) (Nemes. Emes. De natura homin. 30 // PG 40, 720B), согласно этому правилу, не может ни благословлять, ни освящать, ни совершать какое-либо другое священнодействие, то сколь более не может этого делать изверженный или отрекшийся от сана из-за произвольного греха, наказываемого извержением?

Во-вторых, если 3-е правило настоящего Собора, упоминающее то же правило Василия Велик. 27, определяет, чтобы не благословляли и не освящали запрещенные в служении на время, то сколь более не могут благословлять или освящать изверженные или снявшие с себя сан, наказанные извержением раз и навсегда, по правилу Василия Велик. 3, и уже не имеющие возможности вернуть себе священство, от которого отпали?

В-третьих, правило Николая 8 воспрещает добровольно отрекшемуся от священного сана произносить начальный возглас «Благословен Бог...», отпуст «Христос, истинный...», причащаться в алтаре и кадить кадилом, а предписывает ему стоять вместе с мирянами. И если оно запрещает таким даже кадить, то сколь более – благословлять, и освящать, и совершать высшие священнодействия, о которых мы сказали?

Если же правило Неокесар. 9 и говорит, что иерей, который совершит плотской грех прежде рукоположения и скажет о нем на исповеди, не должен совершать приношение, т. е. священнодействовать, однако сохраняет прочие преимущества, если, повторяю, это правило и говорит так (и только на этом правиле основываются те, которые считают, будто сложившие с себя священство из-за своих грехов могут и благословлять, и освящать, и совершать высшие священнодействия), то мы со своей стороны толкуем это правило в истинном его смысле, согласно с прочими правилами. Итак, правило, говоря о том, чтобы такой иерей не священнодействовал, подразумевает, что вместе с высшим и более общим священнодействием ему запрещены и низшие и более частные действия священника. А прочие преимущества, которые, как говорит правило, должны у него оставаться, заключаются в том, что такой иерей, во-первых, имеет внешний вид клирика и не становится на место мирян (чего лишаются изверженные за канонические преступления, пo VI Всел. 21). Во-вторых, сидит с иереями, по настоящему правилу этого Вселенского собора, а также Анкир. 1 и Василия Велик. 27. В-третьих, стоит с иереями, согласно VI Всел. 3. В-четвертых, пользуется внешней честью, по Антиох. 1, т. е. честью в собраниях вне церкви, или почетным правом совершать действия в церкви вне алтаря, по Вальсамону, или, вернее сказать, честью, воздаваемой ради внешнего вида, какой имеют пресвитеры. В-пятых, носит имя иерея, по Вальсамону (а Зонара и Вальсамон говорят еще, толкуя то же правило Неокесар. 9, что такому разрешается и причащаться в святом алтаре. Впрочем, и правило Василия позволяет причащаться с пресвитерами и диаконами тем, которые совершили неполный грех и запрещены в служении на время (имеется в виду правило Василия Велик. 70)).

Эти преимущества и эти почести и есть те прочие преимущества, которые, как говорит правило, могут оставаться у исповедующих свой грех пресвитеров – но не действие, или благословение, или какое-либо священнодействие. Ведь низведенным со степени священства нигде в вышеуказанных правилах не дается права совершать какое-либо из священнодействий, но предоставляется только право занимать седалище, стоять с пресвитерами, а проще говоря, пользоваться внешней честью, и ничего более. А потому каким образом это одно единственное правило Неокесарийского собора может противоречить шести другим правилам: двум Вселенским – VI Всел. 3, 26 – правилам Анкир. 1, 2, Антиох. 1 и Василия Велик. 27? В любом случае противоречия и несогласия в речениях Духа нет, поскольку это было бы нелепо. Итак, и это одно правило подобает понимать так же, как и шесть остальных. A тο, что слова правила Неокесар. 9 «да не совершает приношения» предполагают и всякое священнодействие, и что «прочие преимущества» в том же 9-м правиле означают сидение и честь, – таково понимание Вальсамона, изложенное в толковании на данное правило VI Вселенского собора. Кроме того, под «священным правилом», которое упоминается в настоящем правиле, и имеется в виду, как он понял, правило Неокесар. 9, а настоящее правило VI Собора следует за правилом Неокесарийского.

После всего сказанного я удивляюсь, каким образом утвердился современный обычай низведенным со степени священства иереям благословлять и освящать, в то время как об этом не говорят ни правила, ни сами толкователи. Хотя 79-я новелла Льва и говорит, что женившиеся и изверженные за это пресвитеры, диаконы и иподиаконы не должны носить мирское одеяние и подвергаться осуждению до того, чтобы быть отстраненными от другого служения в Церкви, исполнение которого не является для них недозволенным (т. е. беззаконным и противоречащим правилам), однако же она говорит и то, что это – другое служение, а именно приличествующее церковнослужителям (см. также примеч. к VI Всел. 15), но не благословение, освящение и свойственные священству священнодействия, касаться чего таким людям правилами не дозволено.

Я знаю, что все сказанное кажется суровым и огорчительным для иереев, изверженных или снявших с себя сан за свой грех. Но мы, однажды взявшись за толкование правил, говорим то, что сообразуется с правилами и признается ими справедливым, так что имеющие страх Божий и благую совесть пусть узнают это и исправятся. To же самое, но не налагая епитимию, а только предлагая совет, должны говорить и духовные отцы не уличенным в грехе священнослужителям, оставляя на их совести все остальное: захотят ли они сами сложить с себя сан или нет.

227

Basil. Маgn. De hominis struct. 2. 12 // PG 30, 56BC.

228

Ioan. Chrysost. Hom. in Ep. I ad Tim. 11. 3 // PG 62, 557.

230

Isid. Pel. Ep. I, 74 // PG 78, 233BC.

231

Следовательно, и иереям, и архиереям во время чумы следует употреблять для причащения больных такой способ, какой не противоречит этому правилу. Они должны класть Святой Хлеб не в виноград, а в какой-нибудь священный сосуд, из которого могильщики и больные могут брать его лжицей. Сосуд и лжицу следует затем погружать в уксус, а уксус выливать в алтарный колодец (алтарный колодец – непопираемое место, куда обычно выливают воду после мытья полов в алтаре, стирки облачений, мытья священных сосудов). Или же они могут причащать каким угодно другим, более надежным способом, не нарушающим правило.

232

Преподавать святое причастие следует не только отдельно от винограда, но и отдельно от частиц, вынимаемых на проскомидии. Поэтому и Симеон Фессалоникийский (гл. 94) говорит, что иереи должны внимательно следить, чтобы причащать христиан не частицами, а Самим Телом Господа (Sym. Thessal. De sacra liturg. 94 // PG 155, 284D). Если же намеревающихся причаститься много (что бывает особенно в Великий четверг, праздники Рождества Христова, святых апостолов и Богородицы), то пусть иереи не опускают частицы в святой потир, чтобы случайно не ошибиться и не причастить кого-либо частицей, но оставляют их на святом дискосе и, после того как причастят христиан, пусть влагают их в потир и заканчивают таинство, как это принято делать и в монастырях Святой Горы. Хотя частицы соединяются с Кровью Господа и Его Телом, однако же они не становятся Самим Телом Господа.

233

Отсюда мы делаем вывод о том, что такое разрешение поста в Великий четверг вошло в обычай в Африке, а может быть, и в других областях еще до II Вселенского собора, потому что Лаодикийский собор, проходивший раньше II Вселенского, обличает этот обычай в упомянутом 50-м правиле.

Может вызвать удивление, почему же правило VI Всел. 89 говорит, чтобы мы проводили Великую седмицу в посте. И правило Дионисия Александр. 1 говорит, что иные христиане проводят совершенно без пищи шесть из этих дней, иные – четыре, иные – три дня, а иные – два. Кроме того, «Апостольские постановления» говорят (кн. 5, гл. 18) (PG 1, 889A), что шесть этих Страстных дней никто не должен есть ничего другого, кроме хлеба, воды, соли и овощей, не вкушая ни вина, ни мяса. Это подтверждает и Лаодик. 50, а также VI Всел. 29, как мы сказали. Почему же, повторяю, все они говорят так, а уставы дают разрешение в Великий четверг на масло и вино? (Впрочем, самые точные рукописные уставы царских и великих монастырей Святой Горы в Великий четверг дают разрешение только на вино, но не на масло, им-то мы и должны следовать. А написано в них так: «Вкушаем вино и варево без масла».) Мне кажется, что это произошло из-за того, что насчет Великого четверга утвердились два противоположных мнения. С одной стороны, отцы Карфагенского собора отменяют в этот день сухоядение, а с другой – все упомянутые правила, как мы сказали, в этот день его предписывают. Поэтому богоносные отцы, составившие уставы, как бы пройдя средним путем между двумя этими мнениями, определили, чтобы в этот день было разрешение только на вино; тем самым они оказали снисхождение в честь Господней вечери, которая состоялась в этот день. Однако лучше поступает тот, кто и в Великий четверг воздерживается как от вина, так и от масла. Напротив, те, которые после литургии Великой субботы разрешают пост на масло и вино, поступают явно противозаконно. Божественные апостолы в «Постановлениях» (кн. 5, гл. 18 и 19) предписывают христианам поститься всю Великую пятницу и Великую субботу, как и сами они постились в эти дни, поскольку пост этих двух дней узаконен Самим Господом, Который сказал: Придут дни, когда отнимется у них жених, и тогда будут поститься (Мф. 9:16~(Мф. 9:15)) (PG 1, 889АВ–892А). Именно в Великую пятницу и Великую субботу Господь был схвачен иудеями, распят и погребен ради нашего спасения.

Если же кто ссылается на слова Типикона о том, что вечером в Великую субботу входит келарь и дает по одному укруху хлеба и по одной мерной чаше вина (см.: Типикон, сиесть Устав. M.: Издательский Совет РПЦ, 2002. С. 952), то мы отвечаем, что эта мерная чаша вина и ломоть хлеба – не обычное вино и не обычный хлеб, но хлеб и вино, благословленные иереем. Во-первых, выше Типикон говорит, что должно совершаться благословение хлебов, и далее упоминает об этом. Во-вторых, в большинстве уставов написано об одном куске не вообще хлеба, но хлеба определенного и уже упомянутого, т. е. хлеба, ранее благословленного. И в-третьих, эта мерная чаша была с благословленным вином, которое смешивали с водой и давали братии для освящения, а прежде всего, предлагали причастникам, для того чтобы они «запили», т. е. ополоснули рот, как принято делать после Божественного причащения.

Многие постятся (т. е. совершенно воздерживаются от пищи) по три дня в святую Четыредесятницу, так почему бы им не поститься и в эти два дня, в Великую пятницу и Великую субботу, что более необходимо? Если же они не могут выдержать оба этих поста, то пусть лучше постятся эти два дня, чем держат пост те три дня. Божественный Златоуст говорит в беседе на Великую седмицу, что как Великая седмица выше всех прочих седмиц года и есть их глава, так и Великая суббота – глава Великой седмицы (Ioan. Chrysost. Hom. in Magn. Hebdom. 1 // PG 55, 519). A тο, что вышеупомянутое благословение хлеба, – это обычное уставное благословение пяти хлебов, более ясно и подробно показывает рукописный устав монастыря Пантократора. Кроме того, в нем говорится, что от благословленных хлебов должна даваться достаточная часть каждому брату, равно как и от благословленного вина. Отсюда следует, что и хлебы должны быть большими по размеру, и вина достаточно много по количеству, чтобы их хватило.

234

 Ioan. Chrysost. Ep. 112 // PG 52, 683.

235

Фотий отмечает (тит. 3, гл. 14), что если кто совершит священную литургию в частном месте (т. е. обычном, а не предназначенном для молитвы, как толкуют некоторые), в предместье или селении или позволит совершить литургию другим клирикам, не входящим в число назначенных на это архиереем, тогда место, в котором была отслужена литургия с ведома владельца дома, посвящается церкви этого селения через епископа, эконома и правителя. Если же владелец не знал, то сам он не подлежит наказанию, а тех, которые об этом знали, отправляют в ссылку, причем их имущество отдают местной церкви.

Вальсамон говорит, что антиминсы освящаются архиереем с той целью, чтобы возлагать их на святые трапезы молитвенных домов и считать их, в соответствии с названием, заменяющими освященную святую трапезу (латинское mensa означает «трапеза», почему и пелены, полагаемые на святые трапезы, называются менсалиями) (слово «антиминс» образовано от латинского слова mensa (стол) при помощи греческой приставки ἀντι- (вместо)). А иереи, получающие их от архиереев, тем самым безмолвно получают от них, как видно, и позволение литургисать на этих антиминсах в молитвенных домах. Иоанн Китрский также говорит в 13-м ответе, что не согрешил иерей, совершивший литургию или крещение с антиминсом в особом месте дома или корабля, где есть иконы, как не согрешают и иереи императоров, которые священнодействуют в бамбуковых палатках на пустынных равнинах. Точно так же говорит и Вальсамон (ответ 14): «А совершающего литургию в подобных местах без антиминса извергают».

В эти антиминсы должны быть вшиты частицы мощей мучеников, чтобы антиминсы действительно заменяли собой освященную трапезу, – как и предписывает чин их освящения, находящийся в Евхологионе. Поэтому в Московии антиминсы без святых мощей никогда и не используются. Смотри также примеч. к VII Всел. 7.

236

Я сказал «без великой нужды» потому, что, по словам Василия Великого (правило 310 из кратко изложенных), не следует ни обычную вечерю вкушать в церкви, ни Господню вечерю в обычном доме, разве только во время затруднительных обстоятельств кто-нибудь выберет наиболее чистое место и дом (PG 31, 1304C). Поэтому апостолы и предписывают епископу во время гонений совершать собрания в домах, чтобы ни один благочестивый не посещал церковь и сборище нечестивых. И в церковной истории мы видим множество произошедших под давлением обстоятельств случаев, достойных упоминания. Так, мы читаем, что сщмч. Лукиан, антиохийский пресвитер, находясь в темнице, совершил литургию на своей груди, поставив вокруг себя бывших там клириков и верных в том же порядке, как в храме. Феодориту, еп. Кирскому, когда он находился в пустыне под открытым небом, святую трапезу заменили руки иеродиакона, и он совершил на них Божественное тайноводство. Ведь грудь и руки иерея, по слову Златоуста, дороже и священнее каменной трапезы и бездушных сосудов, на ней стоящих. Однако такие случаи чрезвычайно редки. А для молитвенных домов или для любого другого места, где необходимость заставляет совершать литургию, так называемые антиминсы совершенно обязательны.

Если же кто-нибудь недоумевает, что происходит с тем домом, в котором было совершено таинство, в случае если его захватывают враги: остается ли он священным или становится обычным, то пусть посмотрит примеч. к IV Всел. 24. Кроме того, Синесий говорит, что если в доме или каком-то месте люди, собравшись во время нашествия язычников, вознесли по обыкновению молитвы, то дом не становится от этого священным, потому что и те дома, где во времена арианства совершались молитвы и таинства, остались обычными частными домами, какими были и прежде.

237

Хотя настоящий Собор в данном 31-м правиле и позволяет совершать крещение в молельне с разрешения архиерея, однако явно, что в 59-м правиле он совершенно запрещает это делать, о чем говорит и Зонара. Собор при этом не противоречит самому себе, но, вероятно, постановляет так с той целью, чтобы свидетелями крещения во всякое время оказывались многочисленные христиане, собирающиеся в православных церквях, и чтобы в метрических книгах Кафолической Церкви записывались имена крестившихся и дата крещения. А благодаря этому не допускалось бы такое беззаконие, чтобы крестившийся крестился второй раз, если нет свидетелей того, что он когда-то был крещен (согласно Карфаг. 80 и VI Всел. 84). Установил это Собор также для того, чтобы всем был известен восприемник крестившегося и вследствие этого не имело места духовное родство, когда крестившемуся придет время вступить в брак. Оба этих случая могли бы легко произойти, если бы крещение совершилось в молитвенном доме, ведь там не собирается столь много христиан. Но, возможно, Собор запрещает совершать крещение в молитвенных домах в тех случаях, когда это происходит без согласия архиерея, т. е. точно так же, как и литургию запрещается совершать в молитвенном доме без согласия архиерея.

Есть и третья причина, по которой крещение следует совершать в церквах, а не в молитвенных домах: иерей должен сначала совершить проскомидию, затем, будучи облачен в полное священническое облачение, выйти и крестить ребенка, а после крещения начинать Божественную литургию и в конце ее причастить крещенного младенца. Как природа сразу по телесном рождении младенца уготовила ему молоко в качестве телесной пищи, так и благодать сразу по духовном рождении младенца готовит ему Божественное причащение для питания духовного. Однако если жизнь ребенка находится в опасности, то его крестят в любое время и в любом месте.

238

Ioan. Chrysost. Hom. In Matth. 82 (83). 2 // PG 58, 740.

239

Главой ереси гидропарастатов, т. е. тех, кто приносил воду вместо вина, был Татиан, прежний ученик св. Иустина (Феодорит. Свод еретических басней. Кн. 1, гл. 20) (PG 83, 369CD).

241

Чудо пречистого ребра Господня оказалось двояким, и не только оттого, что излились кровь и вода (кровь, так как Господь – человек, а вода, так как Он превыше человека, по объяснению Григория Богослова) (Greg. Nazianz. Or. 45. 29 // PG 36, 661D), но и оттого, что они излились теплыми и живыми, потому что это ребро было живым и животворящим ради ипостасного соединения с животворящим Божеством, по словам Симеона Фессалоникийского (Sym. Thessal. Exp. de Divino templo 94 // PG 155, 741D). Поэтому, чтобы изобразить первое чудо, законоположено вливать в святой потир Кровь и воду, а чтобы изобразить второе чудо, с самого начала постановлено, как говорят Вальсамон и Герман Константинопольский, вливать эту воду во время причастного стиха горячей и кипящей, а не холодной или чуть теплой, чтобы и сам иерей, и прочие причащающиеся именно горячей Крови и воды чувствовали, что они причащаются того самого, что некогда изошло из животворящего ребра Спасителя.

Итак, погрешают, много погрешают те иереи, которые пренебрегают этим и не подогревают хорошо святую теплоту, но вливают ее в божественный потир чуть теплой. Вода должна кипеть и бурлить, когда ее вливают (так чтобы от нее нагревался и святой потир), на что указывает и само ее название: греческое слово ζέον (теплота) означает «кипящая вода». Поэтому и божественный Никифор в 13-м правиле говорит, что без горячей и кипящей воды пресвитер не должен совершать литургию. А латиняне, которые совершают литургию не с кипящей водой, тем самым представляют мертвым живое Божество и оживотворяемое Им Божественное ребро Спасителя. Иереям же следует быть внимательнее и при первом вливании воды в потир во время проскомидии вливать воды меньше, а после вливать горячей воды больше, с двоякой целью: чтобы согреть первое соединение в потире и чтобы смешение вина и воды было умеренным и мы тем самым не дали повода латинянам обвинять нас в том, что мы портим смешение в потире излишним количеством воды.

Уместным в примечании к настоящему правилу и весьма полезным для священников будет следующее наше дополнение. Что следует делать, если случится, что Божественные Тайны прольются или их съедят грызуны? Симеон Фессалоникийский (вопрос 81) говорит: «Если они прольются после совершения великого входа (иначе сказать, прежде освящения и пресуществления) или мыши съедят хлеб на жертвеннике и об этом узнают после великого входа, то иерей должен сделать второе соединение в потире и совершить проскомидию на другом хлебе с чтением пророческих слов и повторением молитвы предложения. Затем он должен начинать молитвы, положенные после великого входа, потому что они совершительные (а те молитвы, что произносятся до входа, нет нужды повторять, потому что они не совершительные). Пролитые же Дары иерей должен тщательно собрать в святой сосуд вместе с землей и прочим материалом и затем поместить в алтарный колодец или другое священное место, надежное и непопираемое, чтобы по ним не ходили и не сделали с ними ничего другого неподобающего. Если там, где пролиты Святые Дары, пол устлан небольшими и легко сдвигаемыми мраморными плитами, то иерею следует совсем их вынуть и убрать в отдельное место; если же большими и неподвижными, то пусть их не вынимает, но глубоко выдолбит долотом пол на всем пространстве, где были пролиты Святые Дары, и все эти выдолбленные куски положит в алтарный колодец, а само выдолбленное место вымоет как можно более тщательно. Если Святые Дары пролиты не полностью, но осталась какая-то часть, то следует добавить в потир столько, сколько необходимо для священнодействия.

Если Святые Дары пролились на священное облачение иерея, роскошное и дорогостоящее, прежде совершения таинства и освящения, то его следует хорошо выстирать в особом сосуде, так чтобы на облачении ничего не осталось, a тο, что смыто с одежды, вместе с водой вылить в алтарный колодец. А если Дары пролились на облачение после совершения таинства и пресуществления, то необходимо непременно вырезать ту часть одеяния, на которую они пролились, и использовать ее как священный покров, выстирав там же, где моют и святые потиры.

Священник, проливший Дары, прежде всего должен исповедать свой грех архиерею, и если это случилось по небрежности и невнимательности, его подвергают соответствующему наказанию и на время запрещают в служении, если только в том месте нет острой необходимости в иерее: тогда его не запрещают в служении, но налагают на него епитимию, заключающуюся в посте, молитвах и поклонах» (Sym. Thessal. Respons. 81 // PG 155, 946D–949А).

По Вальсамону (по рукописям ответ 20, в его изданных ответах этого нет), если Дары разлиты прежде освящения, то проступок следует уврачевать умеренной епитимией. Но когда Дары разлиты после пресуществления, то, если это произошло по небрежности иерея, на него налагают более строгую епитимию и запрещают в священнослужении, а если по действию демонов, то его грех, совершенный против воли, подвергается более легкой канонической епитимии, чтобы диавол такой уловкой и действием не добился того, что иерей не священнодействует беспрерывно, т. е. чтобы диавол не нашел повода препятствовать иерею в постоянном служении литургии. To же самое говорит и Иоанн Китрский в 11-м ответе, сохранившемся в рукописях. А Мануил Харитопул, патриарх Константинопольский, соборным решением определил, что если преждеосвященные Хлеба съедят кошки или мыши, то иереи подвергаются епитимии за то, что не хранили их в безопасности (Греко-римское право. С. 239).

Священники, которые совершают литургию в часовнях, должны быть чрезвычайно внимательны, чтобы мышь не унесла со святого дискоса хлеб, на котором уже была совершена проскомидия. Поэтому они должны тщательно укрывать дискос покровом и иметь служителя, который следил бы за святым предложением, или должны следить за ним сами, чтобы из-за их невнимательности Божественный Хлеб не пропал и из-за этого они не понесли епитимию. Если же случится, что Святые Дары покроются плесенью (т. е. в соответствии с одними лишь акциденциями хлеба и присущей этим акциденциям влаги, согласно Корессию), то священнику не следует их сжигать или опускать в алтарный колодец. Пусть он сначала осторожно высушит их на горячих угольях, как об этом говорит Нектарий Иерусалимский, а затем смешает со сладким вином и потребит, как мудро советуют опытные в подобных делах и рассудительные люди. Однако для того, чтобы Дары не заплесневели, священники должны оставлять их на воздухе на достаточное время, пока не испарится присущая акциденциям влага. Или лучше, как говорят другие, более рассудительные, чтобы священники более надежным и легким способом сушили Святой Хлеб на горячих угольях, весьма осторожно разжигаемых, и таким образом сохраняли его.

Симеон Фессалоникийский (ответ 83) говорит, что если иерей забудет совершить соединение и покроет пустой потир, а на великом входе это заметит, то он тут же на святой трапезе должен совершить соединение и прочесть молитву предложения и затем продолжать литургию. Если же он заметит это во время причащения, то должен совершить соединение, прочесть молитву предложения и повторить молитвы, начиная от великого входа, запечатлеть потир крестным знамением во время призывания Святого Духа и совершить все прочее по порядку, и тогда он может причаститься (Sym. Thessal. Respons. 83 // PG 155, 952A).

242

Обрати внимание на то, что настоящее правило признаёт литургию брата Божия, которая в древности совершалась в Палестине и которую сейчас не служат, разве только в некоторых местах и изредка. Вальсамон же хотя и видел, что даже Вселенский собор принимает ее, тем не менее в 1-м ответе Марку Александрийскому говорит, что ее принимать не следует, вероятно потому, что она кажется поврежденной в некоторых местах. Так, песнопение «О Тебе радуется», которое она предписывает воспевать после «Изрядно о Пресвятей Пречистей», было не древним, но появилось позже. Смотри также катехизис. Кроме того, Мануил Малакс в 220-й гл. «Номоканона» говорит, что литургия Иакова служилась в Церкви до времен Василия Великого.

243

Отметь, что, согласно «Апостольским постановлениям» (кн. 2, гл. 57) все прочие слова Божественных Писаний читал народу чтец, стоя в центре на возвышении, а Евангелия читал диакон или пресвитер (PG 1, 728А–729А). Согласно Григорию Богослову, как утверждают некоторые, чтец читал и Евангелия. Тот, кажется, и сам говорит в «Первом обличительном слове на царя Юлиана»: «Как же Юлиан не знал их (т. е. евангельских заповедей. – Прп. Н.) в точности, он, бывший некогда чтецом Божественных словес и удостоенный чести служения великому алтарю?» (Greg. Nazianz. Or. 4. 97 // PG 35, 632В). Но, вероятно, Божественные словеса, которые он читал, представляли собой другие Писания, а совсем не Евангелия, которые, как говорит святой, Юлиан «знал», а не «читал», хотя общий смысл предложения и позволяет понимать иначе. Или же Богослов говорит так еще и по той причине, что чтения, которые читают чтецы в Церкви, испещрены евангельскими изречениями.

244

Привилегии Константинополя – повод для зависти, и в силу этого их многие то и дело упраздняли. Но они соответствуют правилам и в силу этого их многие то и дело восстанавливали. Так, например, Диоскор поставил Константинопольского предстоятеля пятым и нарушил правило II Всел. 3, но это правило восстановил IV Вселенский собор. А когда узурпатор Василиск отменил эти привилегии своим хрисовулом (хотя сам же и восстановил их посланиями, отменявшими его хрисовул), их возобновил Юстиниан. После этого, когда тиран Фока отдал первенство Римскому престолу (хотя Ираклий это отменил), настоящий Трулльский собор, имевший достоинство Вселенского, возобновил привилегии Константинопольского престола. Следовательно, в этом Собор не погрешил, как из зависти пустословят паписты, потому что сделал это не от себя, но последовав предшествовавшим Соборам.

Смотри о привилегиях Константинопольского престола в «Томосе примирения» (гл. 19, с. 29), где вместо Юстиниана назван Зинон.

245

Кафедрой (θρόνος) называется не просто поселение (παροικία), но такое поселение, в котором живут христиане и клирики. Следовательно, те, которых рукополагают к церквам в городах, где нет христиан и клириков (наподобие тех фиктивных восточных патриархов, что у папистов), рукоположены без назначения, поскольку не стоят во главе полноты верных и клириков; а это противоречит канону, согласно IV Всел. 6. Поэтому такие архиереи не должны пользоваться честью епископской кафедры: ведь их цель не предстательство за народ, но честолюбие и корыстолюбие (см. также примеч. 123 (1 к посланию III Вселенского собора). И если Вальсамон говорит, что вышло постановление императора Алексея избирать архиереев в Церкви Востока даже в том случае, когда они не могут отправиться туда по причине нашествий язычников, то он, нужно сказать, имеет в виду, что следует рукополагать их не в те места, где нет христиан и клириков, как мы сказали, но в те, где есть и христиане и клирики, однако эти места захвачены варварами и язычниками, – как определяет и правило настоящего Собора. Ибо не следует пастырю быть без паствы, а епископу – без своей епископской области.

246

Отметь, что хотя такие архиереи плененных варварами кафедр и не могут отправиться на свои места, чтобы не подвергнуть себя очевидным опасностям – ведь это значило бы искушать Бога, по словам Златоуста (26-я беседа на Послание к евреям) (Ioan. Chrysost. Hom. in Hebr. 26. 11 // PG 63, 182), – все же им следует, и находясь вдали, посланиями или другими способами поддерживать свою паству, пока варвары не удалятся.

247

 Поскольку сам Юстиниан II Ринотмит и собрал настоящий VI Вселенский собор, и освободил Кипр от рабства, и назвал его по своему имени новым Юстинианополем, то отцы Собора, чтобы почтить императора и воздать ему благодарность, подчинили Геллеспонтскую митрополичью область Кипрскому предстоятелю. Впрочем, Зонара говорит, что он не знает, подчинялся ли когда-либо митрополит Кизика Кипрскому предстоятелю, а о том, что ныне не подчиняется, он знает хорошо. Анонимный же толкователь говорит, что, после того как Кипр был освобожден от язычников и Кипрский предстоятель вернулся на свою кафедру, епископские области Геллеспонта также вернулись к Константинопольскому предстоятелю.

248

Пусть никто не удивляется, видя, что, с одной стороны, Великий Василий говорит в 18-м правиле, что зрелость ума и рассудительность появляется у девиц старше 16 или 17 лет, а с другой стороны, настоящий Собор говорит в находящемся перед нами правиле, что это происходит в 10-летнем возрасте. Зрелость ума у одних появляется раньше, a у других – позже. Так, одни, будучи по природе более восприимчивыми и утонченными, скорее приобретают и способность различения добра и зла, по Вальсамону. Поэтому и священный Тимофей в 18-м правиле говорит, что грехи одних судятся Богом с 10 лет, а других – с более старшего возраста. А если Бог судит грехи человека, совершенные с 10-летнего возраста, то ясно, что они совершаются при зрелости ума. Действительно, божественный Василий говорит (15-е правило из пространно изложенных): «Праведный Судия по достоинству дел воздает почести преуспевающим и наказывает согрешающих после того, как они достигнут зрелости ума» (Basil. Magn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956B). Кроме того, и божественный Златоуст утверждает (в «Слове к верующему отцу»), что юные с 10 лет должны бороться со страстями и злом и получать наказание за грехи, которые совершают (Ioan. Chrysost. Adv. oppugnat. vitae monast. III, 17 // PG 47, 378). Потому и Иоанн Китрский в 4-м правиле говорит, что дети мужского пола должны исповедовать грехи духовникам с 14 лет, а женского – с 12 (не говоря о том, что, по мнению некоторых современных учителей, в настоящем лукавом роде девочки должны исповедоваться с 6 лет, а мальчики с 8, пo причине умножения беззакония (Мф. 24:12) и потому, что помысл у человека, как написано, устремлен ко злу от юности (Быт. 8:21)).

Другие же, напротив, будучи по природе более дебелыми и вялыми, получают способность различения добра и зла позже и в более старшем возрасте. Поэтому Бог говорит, что израильтяне начинали различать добро и зло после 20-летнего возраста: И вознегодовал во гневе Господь в день тот и поклялся, говоря: эти люди, вышедшие из Египта, от двадцати лет и выше, знающие добро и зло, не увидят земли, о которой Я клялся Аврааму, Исааку и Иакову (Числ. 32:10–11). Правило Карфаг. 135 говорит, что девы принимают монашеский образ в возрасте 25 лет, за исключением случая, если какое-либо обстоятельство – вероятность похищения или опасность смерти – вынуждает преподать им его раньше. В общем, о зрелости ума и, следовательно, о различении добра и зла судят по мере естественного «познания и рассуждения каждого», как сказано в упомянутом правиле Тимофея Александр. 18. И откровенно говоря, чем дальше идет наш век, тем лукавее становятся дети, и следовательно, некоторые из них различают добро, а в особенности зло, уже и ранее 10-летнего возраста.

Итак, исходя из всего этого настоящий Собор не только из-за преуспеяния Церкви и христиан, о чем он говорит, но и из-за природной способности людей к более тонкому различению добра и зла (о чем он не говорит) желает, чтобы монахами становились с 10-летнего возраста. Он внимает словам Соломона о том, что рассудительность для людей становится сединой и старостью: Мудрость есть седина для людей (Прем. 4:9), и словам Елиуя из книги Иова: Не многолетние мудры, и не старцы (только) разумеют (правый) суд, но есть дух в людях: дыхание Вседержителя научает (их) (Иов. 32:9~и 8).

Кроме того, поскольку настоящий Собор не остановился на возрасте 10 лет, но дал власть архиерею увеличивать срок, а Двукратный собор 5-м правилом предписывает три года испытывать желающих стать монахами, то именно таким образом эти годы снова сводятся почти к 16 годам, указанным Василием, когда обет намеревающегося стать монахом признается надежным и имеющим силу как обет человека возмужалого и, следовательно, способного рассудить, может ли он сохранить девство или нет.

Следует отметить и то, что поистине было бы прекрасно, если бы, согласно с этим правилом, монахами становились «юные и безбородые» в возрасте 10 или хотя бы 13 лет (т. е. после трехлетнего искуса) и с такого нежного возраста боролись со страстями и миродержителем и если бы «ко всякому упражнению в добрых делах их побуждали с самого начала», по словам Василия Великого (15-е правило из пространно изложенных) (Basil. Magn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956B), ибо благо, – говорит Иеремия, – мужу, когда он в юности своей несет иго (см. Плач Иер. 3:27). Но поскольку современное нам поколение стало склонно к страстям, архиерей, как и предписывает настоящее правило, должен увеличивать срок для намеревающихся стать монахами, пока у них не отрастет борода, потому что для самих этих монашествующих полезнее, чтобы рассудительность их ума и, следовательно, опыт стали совершеннее, и потому что таким образом их безбородые и женоподобные лица не будут для живущих с ними монахов соблазном и причиной погибели.

Смотри также примеч. 12 (1 к I Всел. 3) и Гангр. 16.

249

 Имеется в виду правило, входящее в канонические сборники.

250

 Basil. Маgn. Ascet. (fus.) 15. 4 // PG 31, 956В.

251

Пример вдов и диаконисс, который приводит это правило, не является неуместным, каким сочли его некоторые на том основании, что якобы одно дело вдовы, другое – диакониссы. Впрочем, правило приводит их в пример, вовсе не имея в виду воздержание от брака (в чем могут упражняться как диакониссы в 40 лет, так и вдовы в 60). Да и не то здесь, о чем говорит Зонара, – мол, если диаконисса, будучи девственницей и не вкусив наслаждения, воздерживалась до 40-летнего возраста, то можно быть уверенным, что, конечно, она будет хранить свое девство и впредь; а вдове, как вкусившей наслаждения с мужем, нужно достичь 60 лет для большего испытания, и т. д. Все это не соответствует смыслу настоящего правила. Но мы, по мере возможности разъясняя этот пример, утверждаем: вдова, о которой упоминает Павел, должна была причисляться к чину вдов без хиротесии, согласно 1-й и 2-й гл. 3-й кн. «Апостольских постановлений» (PG 1, 760А–764А), чтобы получать помощь от Церкви, по Василия Велик. 24, и иметь достаточно средств на пропитание. Так и сам Павел добавляет: Если какой верный или верная имеет вдов, то должны их довольствовать и не обременять Церкви, чтобы она могла довольствовать истинных вдовиц (1Тим. 5:16). Но хотя, продолжу я, такая вдова и причислялась к чину вдов, а не к чину диаконисс, все же из числа этих вдов, имевших одного мужа, рукополагались и диакониссы, откуда ясно, что и они рукополагались в 60 лет. И тому есть причина: если причисление к более низкому чину вдов совершалось только в таком возрасте, чтобы они не впали в роскошь в противность Христу (см. 1Тим. 5:11), то не тем ли более вдовы, которые после хиротесии становились диакониссами, не должны были принимать рукоположение в ином возрасте? Притом их брак после хиротесии несравненно более противоречил законам, чем брак вдов и, следовательно, опасаться за них следовало больше.

Это можно доказать не только рассуждением, но и самым делом. Созомен (кн. 7, гл. 16) свидетельствует, что император Феодосий издал закон (до настоящего VI и даже до IV Вселенского собора), по которому ни одна женщина не должна была принимать служения диакониссы, если у нее нет детей и она не старше 60 лет. «По этой же причине, – предполагает Созомен, – и император Феодосий, заботясь о добром имени и святости Церквей, законоположил, чтобы женщинам, если они не имеют детей и не достигли 60 лет, не вверялось служение Богу, согласно с указанным повелением ап. Павла» (Sozom. Hist. eccl. VII, 14 // PG 67, 1461C). Но эти 60 лет для диаконисс IV Вселенский собор уменьшил до 40, определив в общем и без пояснений, что диаконисса не должна принимать рукоположения прежде достижения 40 лет, причем неважно, будет ли она из девственниц или вдов, бывших замужем один раз.

Итак, по этим соображениям пример вдов и диаконисс, который приведен в этом правиле, подходит и прекрасно согласуется со смыслом правила. Диакониссы сравниваются с теми диакониссами, которых поставляли из вдов. A тο, что диакониссы поставлялись из вдов, имевших одного мужа, свидетельствуют, во-первых, «Апостольские постановления» (кн. 6, гл. 17): «Диакониссой да будет непорочная дева, а если не так, то по крайней мере вдова, имевшая одного мужа, верующая и почтенная» (PG 1, 957А). Во-вторых, 48-е правило настоящего VI Вселенского собора, которое говорит, что жена того, кто станет архиереем, если достойна, должна становиться диакониссой; и в-третьих, пример знаменитой Олимпиады: будучи вдовой, она была диакониссой. A тο, что брак диаконисс беззаконнее брака вдов, ясно из IV Всел. 15 и Василия Велик. 24: 15-е правило вышедшую замуж диакониссу вместе с соединившимся с ней предает анафеме, а правило Василия вышедшую замуж вдову только отлучает от причастия, пока она не отстранится от нечистоты, ибо и вдовы обещали не вступать во второй брак, как, например, Анна, дочь Фануилова. Ясно это также из 1-й гл. 3-й кн. «Апостольских постановлений» (PG 1, 760B–761A) и слов Павла: Они подлежат осуждению, потому что отвергли прежнюю веру (1Тим. 5:12).

Смотри также примеч. 63 3 к I Всел. 19.

252

Заметь, что, согласно настоящему правилу, монахи, живущие в киновиях и монастырях, должны соответствующим образом постригать свои волосы, потому что монахи соответствующим образом стриглись, что ясно и из настоящего правила, и из слова «О девстве» Афанасия Великого (Athanas. Alex. De virgin. 11 // PG 28, 264B), и из 1-го слова «О мире» Григория Богослова (Greg. Nazianz. Or. 6. 2 // PG 35, 724A), и из многих историй Лавсаика. Для монахов настоящее время есть время печали, по словам божественного Златоуста (Беседа 56 на Матфея) (Ioan. Chrysost. Hom. in Matth. 55 (56). 5 // PG 58, 545) и Иоанна Лествичника. Бог же говорит через прор. Исаию, что знаком печали, плача и рыдания служит острижение волос на голове (см. Ис. 22:12). И если, согласно Павлу, вообще любой муж, отращивающий волосы, бесчестит себя (см. 1Кop 11:14) (см. также примеч. 357 1 к VI Всел. 96), то сколь более бесчестят себя монахи, отращивающие волосы? Если же все вообще монахи должны соответствующим образом постригать свои волосы, то сколь более должны постригать их монахи и диаконы молодые, живущие в монастырях или кельях? Ибо такие соблазняют других как своим безбородым лицом, так и длинными причесанными волосами. Но монахам, живущим в городах, и особенно в царствующем граде, следует этого остерегаться.

253

Постригом здесь правило называет великий ангельский образ, поскольку, по Вальсамону (толкование на 2-е правило Собора в Святой Софии), в собственном смысле слова постригом является облачение в великую ангельскую схиму. Должно нам знать, что изначально монашеская схима была только одна, великая, как пишет об этом св. Феодор Студит в своем завещании: «Не преподавай кому-либо так называемую малую схиму, а после – великую, потому что монашеский образ один, как и крещение, и потому что так поступали святые отцы» (т. е. преподавали один монашеский образ. Theod. Studit. Testament. 12 // PG 99, 1820C). И божественный Григорий Палама в письме иеромонаху Павлу говорит: «Это есть великая монашеская схима. Малой же монашеской схимы отцы не знают, и хотя некоторые из позднейших отцов по видимости разделили схиму на две, однако тем, что они предлагают одни и те же вопросы и ответы, те же обеты как в малой, так и в великой схиме, они вновь устанавливают одну схиму» (Greg. Pal. Ep. ad Paul. Asen. 4 // Συγγράμματα. T. 5. Σ. 248). И Симеон Фессалоникийский (гл. 20) говорит, что как крещение только одно, так и монашеский образ один, ибо малая схима – это обручение и начало великой схимы и придумана некоторыми позднейшими отцами по причине немощи (или же и нерадения) людей (Sym. Thessal. Dial, contr. haer. 20 // PG 155, 104C). И в Евхологии, как и у Вальсамона (в толковании 2-го правила Собора в Святой Софии), малая схима названа обручением великой. А Иов Амартол в слове «О таинствах» (см.: Хрисанф Иерусалимский. Синтагматион) говорит еще и о третьей схиме: «Монашеская схима восходит от меньшего к совершеннейшему, от так называемой малой схимы, или рясофора, к святой схиме пострига, а от нее уже к так называемой великой ангельской схиме». Подобным образом и в Евхологии три отдельных последования схимы: последование рясофора, малой схимы и великой схимы. И малосхимником в нем называется не рясофорный, как у Иова, но тот, кого у нас обыкновенно именуют ставрофорным, – его Иов выше назвал имеющим схиму пострига.

Из всего сказанного следует, что рясофорные уже не могут сбросить рясу и вступить в брак – да не будет! Как они дерзнут на это, в то время как и власы на голове их пострижены, а это означает, что они отверглись всякого мирского мудрования и посвятили свою жизнь Богу? Как они дерзнут на это, когда с благословения носили монашескую рясу и камилавку (подразумевается так называемый камилавхий, который пo традиции в Греческой Церкви носят рясофорные иноки. – Ред), поменяли имя и над ними были прочитаны иереем две молитвы, в которых иерей благодарит Бога за то, что Он «избавил их от суетнаго мирскаго жития и призвал на честное обещание монашеское», и просит Его принять их «во иго Его спасительное»? И если тот, кто только дал обещание стать монахом, пусть и не приняв рясофора, не должен нарушать обещание, но должен исполнять его (см. также примеч. 1 к Василия Велик. 28), по изречению обеты мои Господу исполню (см. Пс. 115:9) – то сколь более тот, кто носил рясу? Поэтому и Вальсамон говорит (в толковании на Двукрат. 5), что рясофорный более не имеет права стать мирянином, но следует его принудить исполнить свое первое намерение, т. е. принять совершенную схиму, a если не желает, то подвергнуть наказанию, как предписывает закон в 1-м тит. 4-й кн. «Василик». Смотри также примеч. 2 к Василия Велик. 18, там приведены слова Вальсамона о том же. А ставрофорным малосхимникам и вовсе нет пути назад, т. е. они должны быть столь же строги к себе, как великосхимники, по двум причинам: во-первых, потому, что дали Богу те же и столь же непреложные обещания и обеты, что и великосхимники; во-вторых, потому, что сподобились украситься от Бога теми же одеждами (за исключением трех), что и великосхимники. Притом пусть не измышляют извинения во грехах (см. Пс. 140:4), что они не великосхимники и потому не обязаны хранить строго монашеский образ жизни, и пусть не будут нерадивы в стремлении получить и совершенную великую схиму.

Как обручение в сравнении с браком несовершенно, так и малая схима несовершенна, поскольку представляет собой обручение великой схимы, как мы сказали, а следовательно, те, кто ее имеют, несовершенны. Пусть обратят внимание и на слова Симеона Фессалоникийского, который говорит (гл. 360): «Те, которые несовершенны в схиме, должны усовершенствоваться, чтобы не умереть несовершенными, без совершеннейшего таинства (τελετής) схимы... и как тот, кто не крещен, не христианин, так и тот, кто не принял совершенной схимы, не монах (имеется в виду – не совершенный монах. – Прп. Н.)» (Sym. Thessal. De ordine sepult. 360 // PG 155, 673AB).

Отметь также и следующее. Хотя и Афанасий Афонский, и преподобноисповедник Дунале, упоминаемый в «Синаксаристе» (17 декабря), и некоторые другие приняли вначале малую схиму, а затем великую в разные времена, однако лучше и правильнее поступают те, которые сразу становятся великосхимниками, не принимая малой схимы, потому что этим единственным принятием схимы они показывают, что монашеская схима действительно только одна, как и требует предание святых. А молитва, напечатанная в книге оглашений Студита, который говорит, что ее составитель принял вначале малую схиму, а затем великую, хотя и умилительна, и душеполезна, однако принадлежит не Феодору Студиту, а некоему Феодосию, как видно из ее содержания, и составлена на основе разных источников.

Отметь еще, что хотя любое время подходит для того, чтобы стать монахом, однако более подходит для этого время Четыредесятницы, как время покаяния, по 25-му ответу Симеона Фессалоникийского (Sym. Thessal. Respons. 25 // PG 155, 876D). A Иов говорит, что за одной литургией не принимают постриг от руки одного старца много монахов или монахинь, но только один или одна.

Ангельской же монашеская схима называется по разным причинам, но главным образом по следующим двум: во-первых, потому, что монах, хотя и облечен плотью, должен подражать бесплотной жизни и девству ангелов, во-вторых, потому, что монах должен всегда славить Бога, как ангелы на небесах, по словам Симеона Фессалоникийского (Idem. De poenit. 265 // PG 155, 489B). А Дионисий Ареопагит говорит в главе «О монашеском совершении», что «отречение от делимого, не только существующего в жизни, но и воображаемого, являет совершеннейшее монашеское любомудрие, выражающееся в знании единотворящих заповедей» (Dion. Areop. De eccl. hierarch. VI, 3. 2 // PG 3, 533D).

254

 Вальсамон, видя, что настоящее правило вступившего в брак монаха наказывает только как мирянина, впавшего в блуд, говорит, что это снисхождение может быть оказано тем монахам, которые сами добровольно расторгнут свой беззаконный брак и прибегнут к исповеди и покаянию, а не тем, которые приносят покаяние недобровольно.

255

Как мы можем заключить из слов правила, она забыла об этом благодаря тому, что уже пробыла в монастыре какое-то время и прошла испытание. А следовательно, и тогда монахи и монахини, проходя испытание, носили мирские одежды и не были облечены в рясу. Правило говорит, что черные одежды они надевали после того, как поступали в монастырь, а яснее это видно из Карфаг. 135 (см. об этом также 1-й ответ Николая Константинопольского). И отметь, что, по парафразу Пахимера на св. Дионисия, черная одежда монахов означает, что они живут уединенно (μοναχικῶς), сосредотачиваясь на самих себе, подобно тому как черный цвет сосредотачивает на себе взор: «Монашеский чин... жительствует уединенно, ибо на это и указывает черное одеяние» (PG 3, 548А). Потому и божественный Афанасий в слове «О девстве» говорит: «Одеяние твое да будет черным, но не выкрашенным краской, a естественного цвета» (Athanas. Alex. De virgin, 11 // PG 28, 264В).

He только черные одежды приличны монахам, но и серые, не совсем черные и не совсем белые, соединяющие в себе черное и белое. Поэтому и Златоуст в сочинении «О девстве» говорит: «Не в серых одеждах и тонах девство» (Ioan. Chrysost. De virgin. 7 // PG 48, 537). О таких одеждах монахов свидетельствует также историк Зосима. Черный цвет означает еще скорбь и печаль, которые подобает иметь монаху, ибо опечаленные и скорбящие об умерших сродниках носят обычно черные одежды.

Поскольку мы упомянули о монашеских одеждах, уместно здесь разъяснить и то, что каждая из них означает.

Итак, хитон (который представлял собой нечто вроде рубашки, что теперь называется нижней рясой, или подрясником) означает ризу веселия и Божественную правду, в которую облекается монах вместо кожаных риз и наготы Адама, согласно Евхологию и писаниям Симеона Фессалоникийского (Sym. Thessal. De poenit. 273 // PG 155, 497B). Затем – паллий, особое одеяние, подобное по виду современной так называемой верхней рясе, или рясе-мантии. Симеон Фессалоникийский тоже называет его одеянием. И авва Исаак, говоря «завернись в свой паллий», имеет в виду род одежд (Ἰσαὰκ τοῦ Σύρου. Λόγοι ἀσκετικοὶ 57. 3 // ΕΠΕ. Τ. 8 (Β). Σ. 364), но современные монахи, отказавшись от паллия, вместо него используют так называемый параман, в то время как название «параман» означает одежду наподобие второй мантии (кажется, поэтому и в Евхологии малая схима называется мантией), а не тот квадрат, величиной в пядь, который теперь носят на спине монахи-малосхимники. Паллий, продолжаю, означает одежду нетления и чистоты и Божественный покров и осенение, согласно Евхологию и словам Симеона Фессалоникийского (Sym. Thessal. De poenit. 273 // PG 155, 497B). Кожаный пояс, стягивающий поясницу, где находятся почки и вожделевательная сила души, означает умерщвление плотских вожделений и целомудрие, а также то, что монах должен быть готов на служение, согласно Евхологию и писаниям Симеона, Кирилла Иерусалимского, Дорофея и Созомена (кн. 3, гл. 13) (Πο PG гл. 14. PG 67, 1072). Сандалии или иная обувь означают, что монах должен быть готов бежать дорогой благовествования мира, не претыкаясь, но попирая мысленных змиев. И как ноги находятся внизу всего тела, так и тело должно быть в низшем положении и подчинении душе, как сказано в Евхологии, у Симеона и Кирилла Иерусалимского.

Таковы одеяния монаха, имеющего малую схиму, или ставрофорного, а великосхимник сверх того имеет еще три одежды: кукуль, аналав и мантию. Кукуль, по Евхологию, означает шлем спасения (Еф. 6:17) и осенение Божественной благодатью, отгоняющее помышления о мире сем, a пo словам Симеона и Кирилла Иерусалимского – беззлобие и смирение, потому что и незлобивые младенцы носят такие кукули, согласно Созомену и Дорофею. А аналав (Созомен называет его еще анаболевом и говорит, что делается он из кожи, – сейчас мы называем это полиставрием) означает, что монах восприемлет крест Господень и следует за Господом, как говорится в Евхологии и писаниях Симеона и Дорофея. A тο, что на нем спереди и сзади изображены кресты, означает, согласно Кириллу Иерусалимскому, что и мир должен быть распят монаху через удаление от него, и монах – миру через беспристрастие к нему, как сказано, для меня мир распят, и я для мира (Гал. 6:14). По словам Созомена, то, что аналав обхватывает лопатки, означает, что монах должен быть готов на служение. Мантия же (которую Созомен называет хитоном без рукавов, а Дорофей коловием), поскольку покрывает все остальные одежды, означает, что монах, завернутый в свою мантию, пребывает как бы в гробу, по объяснению Симеона. А Созомен и Дорофей говорят, что она, поскольку не имеет манжет и рукавов, означает, что монах не должен ни на кого поднимать руки и совершать дел ветхого человека. Просторность же мантии означает крылья ангелов, по словам Кирилла Иерусалимского, потому что монашеская схима называется ангельской; а четыре угла мантии означают четыре основных добродетели: рассуждение, целомудрие, правду и мужество. На мантии был также и багряный знак, по которому, согласно авве Дорофею, узнают монахов и который означает, что они воины Царя Небесного. A о том, что мантия – принадлежность только великосхимника, говорит Симеон Фессалоникийский. Вот его слова (гл. 273): «И в конце облекается в мантию, поскольку она покрывает все одежды. В это время иерей говорит громче: «Брат наш (имярек) прият великий и ангельский образ"». В Евхологии, впрочем, совсем не упоминается о мантии великосхимника. А для камилавки и наметки не полагается отдельного благословения, хотя некоторые произносят благословение кукуля и над камилавкой ставрофорного монаха.

Из всего сказанного следует, что иерею нужно благословлять верхнюю рясу вместо упомянутого парамана, величиной с пядь, и давать ее для ношения монаху, которого он постригает. Иначе в момент, когда он будет давать верхнюю рясу, он окажется в смешном положении, из-за того что для нее недостает молитвы и благословения. А если кто-то хочет носить и этот маленький параман поверх подрясника вместо креста, то в этом, как мне кажется, нет ничего неуместного.

256

 PG 31, 1164В.

257

 Basil. Magn. Poenae 12 // PG 31, 1308C.

258

 Idem. Ascet. (fus.) 32. 1 // PG 31, 996A.

259

 1Kop. 7:35.

260

Потому и Иоанн Глика, хотя он был логофетом дрома и имел жену и детей, однако сразу, как только стал патриархом, его жена стала монахиней, по свидетельству Никифора Григоры (книга «Римская история») (PG 148, 444). Отметь, что подобно жене готовящегося стать архиереем следует поступать и жене намеревающегося стать монахом. Так, она должна, во-первых, разлучаться с ним по общему согласию, во-вторых, оставаться впредь незамужней и, в-третьих, после его пострига тоже становиться монахиней, как и ее муж. Разлучаться они должны по общему согласию, а не насильно, потому что апостол говорит супругам: Не уклоняйтесь друг от друга, разве no согласию (1Кор. 7:5) и Соединен ли ты с женой? не ищи развода (1Кор. 7:27). И еще: Жена не властна над своим телом, но муж, и муж не властен над своим телом, но жена (1Кор. 7:4). Если же они не имеют власти над самими собой, но подчинены один другому и несвободны, то, следовательно, без общего согласия не могут и разлучиться. И Господь говорит: Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает (Мф. 19:6).

Согласен с апостолом и Василий Великий, ибо на вопрос, как следует принимать в монашеское жительство состоящих в браке, он отвечает (см. 12-е правило из пространно изложенных), что сначала их нужно спрашивать, по общему ли согласию они это делают, как говорит Павел, и тогда принимать при многих свидетелях (PG 31, 948С–949А). Если же одна сторона супружеской пары, т. е. муж или жена, не соглашается на это, но восстает против такого разлучения, потому что менее другой стороны заботится о благоугождении Богу, которое достигается в монашеской жизни, тогда, помня слова ап. Павла: К миру призвал нас Бог (1Кор. 7:15), пусть их не принимают и самих себя не ввергают в смятение. И Господь сказал: Кто не возненавидит отца и матери, и жены и детей, не может быть Моим учеником (см. Лк. 14:26). Если такие супруги не исполняют и этого, они не могут стать учениками Христа в монашеском звании, потому что ничто нельзя предпочитать послушанию Богу, т. е. Его заповедям, среди которых есть и повеление принимать таковых при условии их взаимного согласия на монашество и не принимать, если они не возненавидели друг друга. Потому Василий Великий и повторил дважды, в разных местах, одно и то же слово: ничто нельзя предпочитать послушанию Богу. Толкуется же это еще и так: если одна сторона противится другой, то пусть намеревающийся принять их говорит им, что они должны оставаться в мирном супружестве, к которому призвал их Бог, и что они не могут стать учениками Христа, если не возненавидят друг друга. Святой еще добавляет, что та сторона, которой другая не позволяет монашествовать, может и находясь в супружестве достичь своей цели, монашеской чистоты, через горячую молитву и пост.

Кроме того, божественный Августин в письме 45 к Армедарию говорит, что одна сторона супружеской пары не может уйти в монахи против воли и желания другой. Если же она станет монашествовать против воли другой, то необходимо принуждать ее вновь соединиться со второй половиной. И божественный Иероним (письмо 14) сильно обличал Галатию за то, что она захотела стать монахиней против воли своего мужа.

Итак, мы сказали о том, что жена намеревающегося стать монахом должна разлучаться со своим мужем по общему согласию. Ясно и то, что ей следует впредь оставаться безбрачной. Ведь если она вступит во второй брак, то это будет прелюбодеянием – и по слову Господа, сказавшего: Всякий, кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать (Мф. 5:32) и по слову Павла: Жена, если при живом муже (т. е. если он телом действительно жив, как жив и монах) выйдет за другого, называется прелюбодейцею (Рим 7:3). И Златоуст говорит (Беседа 19 на Первое послание к коринфянам, гл. 7): «Так как бывало, что супруги разлучались или ради воздержания, или под другими предлогами, или из-за неудовольствий, то лучше, чтобы этого с самого начала не было, но если это уже случилось, то пусть жена остается с мужем, – если и не для совокупления, то для того, чтобы не приводить другого мужа» (PG 61, 154), иначе говоря, пусть остается безбрачной.

Итак, ясно и следующее: по двум названным причинам жена собирающегося стать монахом должна и сама стать монахиней. Ибо согласие, которое она дала своему мужу на то, чтобы он стал монахом, принуждает ее впредь не вступать в брак, но оставаться безбрачной. В свою очередь, для того чтобы сохранить это безбрачие прочным, безопасным и не вызывающим подозрений, она принуждена удалиться из мира, поступить в монастырь и принять монашеский постриг. Поэтому и Лев Мудрый достойно своей мудрости определил относительно супругов в 20-й новелле так: «Поскольку брак расторгался и по согласию, ради целомудрия, то и предписываем расторгать его не иначе как при условии, что обе стороны тут же после разлучения становятся монашествующими, забирая каждый свое имущество» (Арменопул. Кн. 4, тит. 12). Из всего сказанного следует, что неверно говорит Вальсамон, будто женщина может стать монахиней и против воли своего мужа. Иные высказывают мнение, что одна сторона супружеской пары, после того как другая примет монашество, может второй раз вступить в брак, поскольку считается, что другая сторона умерла, так как избрала иную жизнь. Таким заграждает уста настоящий Собор: несмотря на то что собирающийся принять хиротонию во епископа также избрал иную жизнь, Собор не позволяет его жене второй раз выйти замуж, потому что это прелюбодеяние. И хотя в 4-й гл. 22-й новеллы Юстиниана (Василики. Тит. 7, кн. 28) говорится, что муж и жена могут, переходя к лучшей, монашеской, жизни, разлучаться и оставлять мир, однако это их разлучение предполагает, конечно, взаимопонимание и взаимное согласие. Смотри также с. 745 «Истории Иерусалимских патриархов» блаженной памяти патриарха Досифея, который говорит, что мнение, будто одна из сторон супружеской пары может вступить в брак после того, как другая примет монашество, есть заблуждение и что подлежат анафеме те, кто не повинуется святым отцам, но позволяет одному из супругов уходить в монашество против воли другого. Еще обрати внимание: то, что не должны иметь силы обеты и обещания жены, подвластной мужу (как и самого мужа, без согласия жены), подтверждается 30-й гл. книги Чисел. Там говорится, что если жена даст какое-то обещание Богу и услышит это муж ее и промолчит, то она должна исполнить свое обещание. А если муж не промолчит, но возразит, то не должно исполнять на деле обещание, и Господь за это не осудит ее (см. Чис. 30:8–9).

Смотри также примеч. 1 к Апост. 22.

Остается сказать о том, что не просто по взаимному согласию следует монашествовать супругам, но, более того, следует спрашивать жену, согласна ли она сама монашествовать и согласен ли на это ее муж, и если после трех месяцев она не изменит своего благого намерения, тогда можно ее постригать, если, конечно, жене исполнилось 40 лет и у нее твердые убеждения, согласно толкованию Вальсамона на 2-ю гл. 1-го тит. «Номоканона» Фотия.

Смотри также Иова Амартола, который требует, чтобы супруги становились монахами по общему согласию (Хрисанф. Синтагматион. С. 133).

261

Отметь, что патриарх Сисиний, а также Иоанн Антиохийский издали согласный с этим вселенским правилом томос, определяющий, чтобы монастыри не передавались мирянам. А патриарх Сергий, напротив, издал другой томос, который определял отдавать монастыри мирянам; впрочем, не для того, чтобы они превращали их в мирские жилища – настоящим правилом это запрещено, – а для восстановления и усовершенствования их. Ну а если хорошо поразмыслить, то становится ясно, что не по правому суду вынес Сергий такое определение. В самом деле, если бы целью отцов было не отдавать монастыри мирянам только с тем, чтобы они не делали из них мирских жилищ (в то время как правило IV Всел. 24 говорит об этом вполне определенно), то зачем настоящее правило стало бы прибавлять, чтобы никто вообще не отдавал монастыри мирским людям? Это прибавление было бы излишним и напрасным пустословием. Далее, правило IV Всел. 8 предписывает монастырским клирикам и предстоятелям подчиняться власти архиерея. И если согласно томосу Сергия монастыри отдаются мирянам, следовательно, монастырские предстоятели должны подчиняться и архиерею, и мирянам, а значит, служить двум господам. Но служить двум господам невозможно, как сказал Господь (см. Мф. 6:24), и оттого, что архиерей приказывает одно, а миряне – другое, возникают разногласия и соблазны. Поэтому монастыри не следует отдавать мирянам даже ради восстановления и усовершенствования, но следует отдавать их клирикам и монашествующим. Священное нужно отдавать священникам, а не мирянам. Поступать иначе – это бесчинство и полнейшая несообразность. Я уж не говорю о том, что это и причиняет вред душам, и губит дома мирян, принимающих монастыри.

262

Из этого правила следует вывод о том, что всем клирикам и священнослужителям, а также монахам не подобает охотиться на зайцев и других животных или птиц. Если это правило запрещает клирикам одно только наблюдение за боями животных и диких зверей, то тем более оно запрещает им самим охотиться. Следовательно, если священнослужители, которые до посвящения были охотниками, не перестанут охотиться, то они подлежат извержению, а монахи – отлучению, согласно этому правилу.

263

 Λύγισμα (лигизма) – музыкальный термин, означающий один из жанров народной греческой музыки. Лигизма олицетворяла страстное пение, потому что сопровождалась особенными танцевальными движениями и отличалась извилистой, «закрученной» мелодической линией. Само слово λύγισμα происходит от глагола λυγίζω, что означает «изгибаю», «закручиваю».

264

Отметь, что последование Литургии Преждеосвященных Даров не принадлежит Григорию Двоеслову, поскольку он не знал греческого языка, согласно 29-му письму его 6-й кн., и поскольку среди его сочинений ее нет. Оно существует со времен апостольских преемников, по 56-му ответу Симеона Фессалоникийского (PG 155, 904–909), и с более раннего времени, чем времена Двоеслова, что видно из Лаодик. 49 и особенно из обычая христиан по средам и пятницам причащаться преждеосвященного хлеба. Этот обычай был распространен и на Востоке, как говорит Василий Великий в письме к Кесарии, жене патриция (Basil. Маgn. Ер. 93 // PG 32, 484В), и на Западе, как говорит Иероним в письме к Паммахию. Очевидно, что и прежде причастия, и после него причащающиеся произносили какие-то молитвы, которые, можно сказать, и составляли тогда Литургию Преждеосвященных Даров, – об этом говорит Аргентис. Смотри также примеч. 1 к Лаодик. 14.

А поминаем мы Григория Двоеслова на отпусте Литургии Преждеосвященных Даров или потому, что он, преподав такую литургию римлянам для постных дней Четыредесятницы (по словам Маврикия, иеродиакона великой Церкви, написавшего Синаксарь, и его переводчика, Максима Маргуния, и Михаила Константинопольского), дал совет и восточным совершать ее в Четыредесятницу ежедневно, как утверждают некоторые (см.: Досифей. История Иерусалимских патриархов. С. 526); или же потому, что хотя эта литургия и существовала прежде, но позже Двоеслов сделал ее более красивой и расположил ее молитвы и песнопения в той последовательности, в какой их можно видеть сейчас.

Установили же отцы Литургию Преждеосвященных Даров ради того, чтобы и в постные дни быть причастниками небесной жизни и благодати, которые подаются через Святые Тайны. Потому и Властарь (буква «Т», гл. 5) говорит: «Как воины на поле брани, после того как прекратят сражение, под вечер вкушают заранее приготовленную пищу, чтобы подкрепиться ею и на следующий день снова сразиться с врагами, так и мы, христиане, сражаясь против страстей и диавола в дни Четыредесятницы, причащаемся вечером (конечно, будучи достойными и подготовившимися) Тела и Крови Господних, освященных заранее в субботу и воскресенье, чтобы укрепиться ими и снова, более мужественно, сражаться с мысленными врагами». (Властарь говорит это не от себя, а переводит другую, древнюю схолию, которую мы нашли.) To же самое говорится и в молитвах этой самой Литургии Преждеосвященных Даров.

Отметь, что, согласно уставам и постановлениям западного Шалонского собора, Литургия Преждеосвященных Даров должна совершаться вечером, следовательно, совершающие ее сразу по наступлении утра погрешают и должны исправиться. Ибо как они могут говорить на этой литургии: «Исполним вечернюю молитву нашу Господеви», когда эта молитва даже не полуденная?

Согласно этому правилу не только в среду и пятницу, но также и в понедельник, и во вторник, и в четверг желающие могут невозбранно совершать Литургию Преждеосвященных Даров.

Те, которые не напаяют Святой Хлеб Пречистой Кровью, как предписано в Евхологиях, и ненапоенным сохраняют Его для совершения Литургии Преждеосвященных Даров, явно латиномудрствуют. Ибо нечестие латинян состоит и в том, что они преподают евхаристические Тайны мирянам под одним видом, т. е. только под видом Хлеба, как незаконно установил западный Собор, собиравшийся в Констанции германской в 1414 г. (a о том, по каким причинам сохранялся Преждеосвященный Хлеб, см. у Евстратия Аргентиса, с. 284, и примеч. 1 к Лаодик. 14). Сохранялось в церквах и Преждеосвященное Вино, как свидетельствуют об этом Златоуст (1-е письмо Иннокентию) (Ioan. Chrysost. Ep. ad Innoc. 1. 3 // PG 52, 533), Иероним (4-е письмо Руфину), Григорий Богослов (надгробное слово Горгонии) (Greg. Nazianz. Or. 8. 18 // PG 35, 809C), отцы Поместного собора в Толедо и др.

Смотри также примеч. 1 к Лаодик. 49.

265

Поскольку здесь речь зашла о поминовениях, отметим, что третины, которые совершаются в память усопших братьев, означают, согласно священному Симеону Фессалоникийскому, что усопший брат изначально получил бытие от Троицы. Девятины по усопшим означают, что разрешившийся в то, из чего был составлен, должен сопричислиться к девяти невещественным ангельским чинам, будучи и сам невещественным (Sym. Thessal. De ordine sepult. 372 // PG 155, 692B). А сорочины означают, что в грядущее воскресение, вновь получив телесный состав по высшему образу, и он должен быть вознесен, как Господь, и восхищенным на облаках предстать Судии (см. 1Фес. 4:17).

Поминовения в третий, шестой и девятый месяцы означают те же три состояния человека, и, проще сказать, они совершаются ради очищения умершего, особенно сорочины, как это ясно из примера Господа нашего, Который и в трех Своих рождениях соблюл три полных четыредесятницы (Христос пo Своей человеческой природе имел три рождения: от Приснодевы Марии, в крещении и в воскресении. По прошествии 40 дней после каждого из этих рождений следовало важное событие: на 40-й день после рождения Христос был принесен в иерусалимский храм, через 40 дней после крещения в реке Иордан победил диавола в трех искушениях, a по прошествии 40 дней после воскресения вознесся на небеса), в Самом Себе прообразовывая нашу жизнь. Ведь и смерть каждого именуется днем рождения, согласно Лаодик. 51. В «Апостольских постановлениях» (кн. 8, гл. 42) говорится, что третины совершаются ради тридневно воскресшего Христа, девятины – в воспоминание живых и усопших, а сорочины – по древнему обычаю, потому что так и Моисея оплакивал народ (PG 1, 1145–1148). Некоторые же говорят, что третины совершаются во очищение трех частей души, девятины – во очищение пяти чувств тела, естественной силы плодотворения (τοῦ γονίμου καί φυσικού) и движущей силы души (μεταβατικοῦ), a сорочины – во очищение четырех телесных начал, каждое из которых послужило преступлению десяти заповедей; а четырежды десять будет сорок (Автор толкования не указан, но смысл его восходит к схоластической византийской традиции (ср. Maximus. Conf. Quaest. ad Thallass. 55.171–177. Laga&Steel 1980). Естест